Придётся долго объяснять… я буду много говорить… и тебе это… может показаться скучным…
— Мы никуда не торопимся! — Я поспешил её успокоить. — С радостью выслушаю тебя. И не говори глупостей — мне с тобой рядом не может быть скучно!
Выдал я после секундного раздумья, как мне казалось, единственно «правильный ответ».
«Вот уж точно — с этой непредсказуемой особой никогда не соскучишься», — подумал я, с трудом подавив рвущуюся наружу улыбку.
— Присядем? — предложил я, жестом указывая на поваленное дерево.
Мы, наконец, удобно расположились на толстом, замшелом стволе, который, казалось, был создан самой природой для романтических свиданий.
— Знаешь… что сегодня за день? — спросила Мику серьёзно.
— Нет, — честно признался я.
«Абсолютно без понятия, даже какой сейчас год! Да и месяц — под большим вопросом. Но сейчас явно не время для подобных выяснений. И вообще, какая разница, где я нахожусь и какое сейчас время года, если со мной рядом такая хорошенькая девушка… и вечер обещает быть… волшебным… Если только моё дурацкое волнение всё не испортит!»
— Вернее… какой сегодня праздник? — поправилась она, заглядывая мне в глаза.
— Какой? — Я вопросительно приподнял бровь.
— Сегодня… праздник Танабата!
Мику выдержала многозначительную паузу, ожидая моей реакции.
«Слышал, конечно, о таком… но…»
— Да… я знаю, что он… популярен у тебя на родине… и, в общем-то… всё, — признался я, чувствуя себя полным профаном.
— Это… романтический праздник! — Мику с энтузиазмом принялась объяснять. — С ним связана одна легенда… про влюблённых, которых разлучили… и они могут встретиться лишь раз в году… как раз в этот день.
— Орихиме — дочь небесного царя… и Хикобосе — простой пастух… Их можно найти на небе. Отсюда они кажутся просто яркими звёздами… только я не помню, как их по-другому называют… Не по легенде — в астрономии… А между ними… молочная река… то есть — Млечный Путь… он их и разделяет…
Она закончила чуть жалобно:
— Ты… ты знаешь, что это за звёзды? Сможешь показать их мне?
— К сожалению, не знаю, — честно признался я.
«Будь здесь компьютер под рукой со всезнающим Интернетом, тогда… Но увы…»
— Жалко… Я их хотела поблагодарить… — Мику грустно вздохнула.
Но затем она снова оживилась и затараторила:
— За то, что моё желание… исполнилось! В прошлом году… на Танабату… я загадала желание… ну, написала его, как это принято, на полоске бумаги… и повесила на ветку…
— Целый год прошёл… и я уже думала, что про меня и то желание… на небесах совсем забыли… Может, некогда было всякие никчёмные желания выполнять — у них там и своих дел полно… а может, просто… желание не понравилось…
Мику замолчала, её голос стал тише, а глаза, обычно сиявшие, как два ярких огонька, потускнели.
— Или… было много других желаний… и до меня очередь не дошла… Всё-таки… я невезучая…
Она снова встрепенулась, словно прогоняя прочь непрошеные грустные мысли, и, собравшись с духом, продолжила:
— Но… несмотря на такие мысли… я очень-очень надеялась! Юкату вот… даже взяла с собой в лагерь! Мама отговаривала меня брать её с собой. Наверное, опасалась, что с ней что-нибудь случится… Она очень ценная и давно уже в нашей семье. — Мику сделала паузу, её губы тронула мечтательная улыбка. — В этой юкате мама как раз встретила папу…
— Мы с тобой… познакомились немного раньше, до праздника… но признались… всё равно только сегодня… — Мику замялась.
«Кажется, я начинаю смутно догадываться, какое именно желание исполнилось…»
— Да и желание… ещё не совсем до конца исполнилось, — Мику опустила взгляд. — Ну… мы договорились только, что мы… парочка… и встречаемся… а надо ещё… — Она запнулась. — У нас ведь… не так много времени… смена скоро закончится… и… Кто знает… что будет дальше… поэтому…
Мику порывисто вскочила, отступила на шаг от меня и, выпалила на одном дыхании:
— Я тебя… очень… люблю!
Замерла, испуганно зажмурившись.
«К этому всё и шло… А что чувствую я? Что-то… определённо чувствую… Вот только… любовь ли это? Но, с другой стороны, не скажешь же: „Я чувствую к тебе что-то странное, непонятное, поэтому мне нужно время, чтобы подумать и как следует разобраться в своих чувствах“.»
«Будь на моём месте кто-то попроще, уверен, он бы думал примерно так: „Хорошенькая? Хорошенькая! Нравится? Ещё как! В трусики забраться хочешь? Очень хочу! Чего ж тебе ещё надо, дуралей, — это любовь, зуб даю!“» — с усмешкой подумал я.
— И я тебя… — начал я, собираясь с силами и стараясь, чтобы голос не дрожал.
— … люблю…
К моему огромному облегчению, Мику не уловила ни тени неуверенности в моём голосе. Не стала переспрашивать: «Правда⁈ Ты уверен⁈» — вместо этого она радостно бросилась ко мне, заключая в крепкие объятия.
Некоторое время мы стояли тесно прижавшись друг к другу, а где-то там, с небес, вероятно, благосклонно взирали на нас звездные покровители, довольные хорошо проделанной работой.
«Доставили возлюбленного по заказу сквозь время и пространство точно в срок, минуя все преграды! Да, лёгких путей небожители явно не ищут», — с иронией подумал я.
Наконец, Мику чуть отстранилась, не разрывая, впрочем, объятий, и тихо произнесла, избегая смотреть мне прямо в глаза:
— А теперь мы должны исправить то, что ты натворил утром! Не желаю признавать свой первый поцелуй таким… таким… — Она запнулась, не находя подходящих слов, и обессиленно уткнулась носиком мне в грудь.
— Конечно, мы просто забудем то досадное недоразумение. Утром вообще ничего не было! — поспешил заверить я, осторожно приподнимая её голову за подбородок. Наши взгляды встретились, и я, наклонившись, мягко коснулся её губ своими.
После продолжительного поцелуя Мику снова засуетилась:
— Почему-то… всё пошло совсем не по плану! — в её голосе звучало лёгкое замешательство. — Я же ещё не рассказала про угощение… и мы его не попробовали… Мы… рано начали целоваться…
— То есть… я, наверное, поторопилась…
Она сделала паузу, собираясь с мыслями, а затем, немного успокоившись, продолжила:
— Так
