война? «1 сентября перед Севастополем на горизонте появился густой дым и постепенно вырос целый лес мачт союзного англо-французского флота с огромным десантом, направлявшегося к нашим берегам. В это время на рейде Севастополя стояла эскадра из 14 кораблей, 7 фрегатов, корвета и 2 бригов и 11 пароходов, находившаяся под флагом адмирала Нахимова, в полной готовности к выходу в море. Неприятельский флот, имевший свыше ста вымпелов, медленно прошел мимо Севастополя и стал на якорь у Евпатории». Ну и где действия? Почему не атаковали? Сразу, сходу? Знали ведь для чего идут? «Со старых судов свозились пушки…их затопили в бухте…». Затопили пароходы «Одесса», «Крым», «Херсонес», им было всего 12 лет. Это-старые? Я не знаю, почему так произошло, почему наш флот оказался не способным атаковать противника, и что «лазаревские ученики» не справились, не знаю! А может дело совсем в другом?
«Эгоизм у иных столько сильно действует, что никакое предложение есть ли только не ими самими выдумано, не приемлется, сколь бы, впрочем, полезно оно не было…». М. П. Лазарев. Может дело именно в эгоизме? И его самого и его учеников, которых он не научил слушать и принимать «чужих предложений» и главное, отстаивать свои? Он не воспользовался в своё время чертежами укрепления Севастополя, составленными Грейгом, решив, что и сам всё может? Корнилов не смог отстоять перед Меншиковым план нападения на неприятельский флот и затопил корабли? Время было упущено! Вот и не приняли план Корнилова. Воевали героически все, даже арестанты, которых выпустили и после войны наградили. А могло бы быть иначе? Могли бы Нахимов, Корнилов, Истомин остаться в живых? Не знаю! А хотелось бы! Сколько пользы они бы принесли флоту и России! А чем кончилось? России запретили иметь флот на Черном море. При всём героизме – этого ли они хотели? Чья вина?
СТР. 634
Здесь о памятниках Лазареву и Грейгу. Наворочено столько, психиатр нервно курит! Но наворочено в основном о памятнике Грейгу. Макет памятника Лазарева действительно привезли в Николаев, где и хотели установить. Но жители города были против, говорили, что Лазарев больше любил Севастополь, там и надо установить, а они собирали деньги на памятник Грейгу. Но более точно объяснил мотивацию горожан секретарь городской Думы Григорий Николаевич Ге, общественный деятель, историк г. Николаева: «…Адмирал Лазарев к городским общественным учреждениям относился с недоверием и особенно холодно. Кроме маленьких дел по городскому благоустройству, ни на что нельзя больше указать в области управления Николаевым ни в 30-х, ни в 40-х, ни в 50-х». Горожане не простили покойному равнодушного отношения к общине». На том и порешили. Поставили Лазареву памятник в Севастополе. Вот только злорадствуя по поводу сноса памятника Грейга в Николаеве, автор книги забыл упомянуть, что памятник Лазарева сносили аж два раза. Первый раз – «благодарные революционные потомки» с формулировочкой – «как пособника царизма». Кстати, а не ваш ли дед и сносил его? Имя вашего папы ВИЛЕН, насколько я понимаю это аббревиатура – ВЛАДИМИР ИЛЬИЧ ЛЕНИН? На вашем месте, я бы так не злорадствовала, не дай Бог, подтвердится! Второй раз, уже в наше время. Памятник в Сочи демонтирован был в августе 1990 года. На сессии районного Совета депутатов п. Лазаревское, после обращения «общественной организации с требованием убрать памятник на родину полководца в г. Владимир». (Шапсугов. Газета «Адыгэ Хасэ»). Постановление: «Считать не соответствующим общечеловеческим нравственным принципам и нормам решение органов местного самоуправления г. Сочи об установке на этнической родине адыгов памятника адмиралу М. П. Лазареву, непосредственному участнику военных действий против коренного населения, приведшей к массовой гибели мирного населения и национальной трагедии адыгов». Ну вот как-то так! Прав был писатель Юрий Давыдов, когда писал о Лазареве: «Никто не заказывал мне бронзовый бюст свиты его величества, генерал-адмирала Лазарева. Надо, не обинуясь, сказать: Лазарев был жесток. Не суров, как неизменно повторяют его апологеты, а именно жесток. Русский барин, сын сенатора, потомственный крепостник, он окончательно «закалился» волонтером британского флота. Английский матрос считался почти каторжником; английский морской офицер – почти надсмотрщиком. Переняв в эскадрах «владычицы морей» всё лучшее, Лазарев перенял и всё худшее…И сдается, виною тому, пожалуй, не только британские палубные нравы, а и душевный склад самого Лазарева». Деньги на памятник Грейгу собирали жители города и моряки. Об этом можно прочесть в «Морском сборнике», 1863 года, № 3, стр. 1–5. И не только[228]. 12 ноября 2021 года на сайте Николаева, была опубликована статья Елены Мищенко «Построен народом и им же разрушен»: история памятника адмирала Грейга». В ней всё четко и ясно: «В советский период А. Грейга считали угнетателем трудовых жителей Николаева. И так считалось до начала независимости, когда биографию военного губернатора стали тщательно изучать. Вот и узнали краеведы из архивных документов, что на памятник Грейгу деньги собирал весь Николаев. Таким образом горожане решили отблагодарить адмирала за всё, что он сделал для нашего города! В те годы разрешение на постройку памятника просили в столице. Его город получил. Подписку на сбор средств открыли 14 мая 1862 года. Большую часть средств собрали морские офицеры. И это не удивительно. Авторитет Грейга на флоте был очень высок. Но то, что николаевцы действительно уважают бывшего губернатора, указывает выбор места, где они захотели установить памятник. Средства собирали 11 лет. Памятник был открыт 21 мая 1873 года». Почему психиатр нервно курит? Так автор книги накатал, что это «сыновья добились установки памятника, Юлия Михайловна утвердила эскиз (?), сыновья и зятья оплатили работу». Но документ говорит о другом[229]. А что же Шигин? – «Торжественно прибыла в Николаев престарелая Юлия Михайловна (!). Великий Князь Константин Николаевич пообещал незаконной супруги узаконить брак с Грейгом». Стоп, стоп! Это что ж получается, «незаконной супруге» приносят эскиз памятника, и она его утверждает? И кто же это ей позволил, позвольте спросить? Уж простите за тавтологию. Шигину как историку, видимо неизвестно, что всё утверждал лично Император, да и зачем это знать, брякнул, да и ладно. Опять просветим. Письмо от 1872 года: «№ 521 Господину Управляющему Императорской дачи Ливадия. Государь Император в 14 день ноября 1872 года Высочайше повелеть соизволил: изготовленную для Его Величества малую модель памятника Адмирала Грейга, отправить в Ливадию, и когда Государь Император изволит там быть, то в своё время укажет место, где модель памятника, о которой здесь говорится, поставить. Модель до настоящего времени находясь, временно, в доме содержимом на случай приезда Высочайших особ в Николаев и ныне по распоряженнию Главного Командира Черноморского флота и
