обойдетесь…Но если найдете способного продолжать мой труд, тогда я с удовольствием оставлю Черное море; если же не найдете, то вы не должны и не можете без явного вреда для службы прерывать моих занятий»[217]. И Лазарев не решился «прерывать», мало того, Манганари стал единственным греком, к которому Лазарев был внимателен и отличал его. Как видно из описанного разговора, русские моряки могли остаться без карт, которыми пользовались почти сто лет. Видимо, книги Шигин не читает. Хотя нет, иногда цитирует, свои, в других изданиях, сразу после остальных бредней, не затрудняясь указанием источников – деньги не пахнут. Пока одни бьются с реальными фальсификациями, другие борются за деньги, не брезгуя ничем. При Лазареве «многие офицеры греческой национальности» успешно продвигались по службе, сообщает нам Шигин. Посмотрим это «успешно».
Н. А. Аркас в 1833 году (при Грейге) – мичман. Через 12 лет (при Лазареве) в 1845 г. – капитан-лейтенант. Всё! Успех продвижения, как говорится, на лицо!
Михаил Николаевич Кумани. При Грейге в 1816 – кап. 2 ранга, 1823 – кап. 1 ранга, 1829 – контр-адмирал; при Лазареве в 1843 – вице-адмирал и после его смерти, в 1855 – адмирал.
Егор Павлович Манганари. 1816 – мичман, 1821 – лейтенант, 1839 – кап. 2 ранга. С 1849 по 1857 г. получил чин генерал-майора (точный год неизвестен, мог и после смерти Лазарева). Кто более-менее при Лазареве продвинулся, это Михаил Павлович Манганари: 1816-мичман, 1837 – капитан-лейтенант, 1846 – кап. 2 ранга, 1849 – кап. 1 ранга. Все остальные звания – после смерти Лазарева. Вот такие «успешные» продвижения.
СТР. 614
«Варшава» – единственный современный корабль, остальные устарели. По существу, Лазареву предстояло возрождать Черноморский флот после грейговского разорения» – писал Шигин. Трудяга! Флот возрождал! Что касается «Варшавы», так это отдельная песня. Адмирал Грейг не увидел спуска корабля: его спустили уже после отъезда. Воспользовался трудами – Лазарев. Какие восторженные отзывы. Не мудрено, это был первый корабль, в спуске которого он участвовал. После тщательных испытаний в море, дал самую высокую оценку «Варшаве». Вот несколько отзывов:
«Отделываю корабль «Варшава». Корабль сей будет самый огромный, удобнейший по внутреннему расположению и лучший по отделке в российском флоте, надеюсь также, что не уступит и никакому английскому»[218].
«Корабль столь остойчив, что полагаю убавить балласту… и тогда, думаю, что будет ходить ещё лучше, особенно в тихие ветры. Руля во всех отношениях слушается превосходно»[219].
«Находясь в полном грузу, носит нижние порты от воды на 7 фут 6 дюймов более, т. е. выше, нежели какой-либо до сего известный в Европе трехдечный корабль, да и двухдечных таковых весьма мало…Корабль весьма остойчив, ходит хорошо, ибо один раз при благоприятных обстоятельствах в свежий брамсельный ветр удалось выбить из него в бейдевинд 8 узлов, что для такой будары весьма много! Рулем правит, как шлюпка… Корабль во всех отношениях весьма красивый; несмотря на огромность корабля, которая видна только изнутри, смотрит от воды весьма низким, ровным и небольшого ранга, корма снаружи с галереями и перилами, шек чудесный, а внутри отделан превосходно…»[220].
«Варшава» строен по чертежу, составленному адмиралом Грейгом, и размерения прекрасны, но надобно же сказать (не в хвастовство), что надводная часть, внутреннее расположение, рангоут и паруса – мои…»[221]. Ну ещё бы. Грейг-то «только подводной частью» занимался, а остально всё он любимый. Конечно, конечно, какое уж тут хвастовство: «внутри отделан превосходно, не уступит английскому», это просто так – констатация…Всё, как всегда, «я, мои, моё, мною…». Болезнь какая-то…
«Варшава» ходит лучше всех кораблей…и смотрится во всех отношениях кораблем царским, каких на Балтике никогда не видывали, да и в Англии тоже…»[222].
Это был настолько совершенный 120-пушечный корабль, что английские кораблестроители очень интересовались его проектом; расспрашивали Корнилова о нем, когда тот был в Англии. Да сам Лазарев писал: «Старик Роулей при всей простоте своей наговорил Корнилову множество комплиментов, и странно, что спрашивал о корабле «Варшава» со многими подробностями»[223]. Что нашел странного в этом Лазарев, не знаю, но зависть лезет из всех щелей. Корабль строился по чертежу английского корабля «Нептун», но не имел его недостатков, над устранением которых Грейг трудился сам. Конечно англичанам хотелось знать, что именно он исправил. Но наши нынешние писаки, прочитали всё это и изобразили так, как считали нужным в данный момент – Лазарев строил такие корабли, что английские судостроители, видимо «изумившись», начали свои строить по русским чертежам. Какие именно – не указанно, да и какая разница – Лазарев «великий инженер-кораблестроитель, новатор!» Вот и всё! Поэтому, ещё раз: какие корабли были построены по чертежам Лазарева? И о «новаторстве» хотелось бы поподробней. Название английских кораблей, построенных по русским чертежам назовите, ну хоть одно. Писать, так уж полную правду. Сдавая в 1833 году управление Черноморским флотом вице-адмиралу Лазареву, Грейг передал ему 35 судов не старше 10 лет – 10 кораблей, 5 фрегатов, 2 корвета, 4 парохода, 3 брига, 2 шхуны, 9 транспортов и много мелких судов. Заметьте, все это после русско-турецкой войны, в целости и сохранности.
СТР. 615
«За 18 лет Лазаревым было построено 16 линейных кораблей и свыше 150 других судов, в т.ч. первые пароходо-фрегаты и корабли с железными корпусами». О пароходах и кораблях с железными корпусами я писала выше. Вопрос тот же – куда, к началу Крымской войны это всё делось? Войны и больших морских сражений не было, было крейсерство у кавказских берегов. Утомительно, но не смертельно. Почему нам нечем было воевать? Нет, не так. Почему флот и офицеры «лазаревской школы», не вступили в бой, почему затопили корабли? Ну как же, приказ же был – затопить! Даже интересно, почему в своей книге, Шигин не задался этим вопросом? Почему капитан Стройников должен был вступить в бой с 15-ю турецкими кораблями и угробить людей, а в данном случае не должны были? Нашла почему (хотя и не считаю это весомым аргументом). За время крейсерства было угроблено 23 судна. Сколько из оставшихся судов были боеспособными? А судя по цифрам, даже приблизительным: 16+150 = 161. Минус 23, это 145. Где эти огромные, хорошо вооруженные пароходы и железные корабли? Да и вообще, чем прославился Черноморский флот, какими сражениями, новшествами, при, почти 18-летнем, так называемом, «командовании» Лазарева? Чем? Почему современники писали: «Черноморские моряки, руководимые Нахимовым. Истоминым, Корниловым, хорошо знали своё парусное дело…Но Черноморский флот после Синопа, принужден был запереться в бухтах многострадального Севастополя когда в Черное море против наших 12 исключительно парусных кораблей явились союзники, имея
