в голове «настоящей наёмницы» надолго не задерживались. Прислуга начала сервировать стол, раскладывая перед воительницей десятки разнообразных приборов, а она… могла лишь сказать — каким из них проще убить. «Проглотив ледяной кол», акула решила повторять за «хозяйкой».
Высокородной мисс поднесли меню: белоснежный пергамент, исписанный изящным почерком, закреплённый на дощечке из красного дерева. Девочка лениво коснулась трёх позиций и почти шёпотом добавила: «обеим».
[Пойдём в другое место, а?] — мысленно шепнула акула. Укрытый полумраком зал давил на макушку, а надменные взгляды «человеков» подстёгивали обнажить клинок.
[Протей хочет, чтобы ты стала вождём. Значит, тебе, волей-неволей, но придётся встречаться со знатью Лампары. Пэры — странные, им важнее то, как собеседник выглядит и как себя ведёт, а не суть переговоров. Учись, пока я рядом.]
[Люди ужасны…]
[Спину выпрями!]
[Ещё одно слово, клянусь, руками есть начну…!]
Один из гостей, в мантии с глухим капюшоном бесцеремонно толкнул Хокори, садясь на своё место. Девушка еле сдержалась, чтобы не броситься на незнакомца.
— Какое имперцам дело, чем я ем⁈ — процедила воительница сквозь зубы.
— Ох, милочка, дурные слухи — кровь этого города, они — острее любого ножа…
— Благодарю покорно! — Человек в капюшоне резко обернулся к официанту, ударив акулину локтем в плечо. Содержимое ложки, которую та, дрожащей рукой несла ко рту, пролилось на платье. Из полумрака послышались несколько смешков.
— Вот ведь хамство! Приличные люди ждут, пока перед ними поставят тарелку! — вступилась за подругу Астра.
Страх провала, гнев и стыд перемешались в душе Хокори, алой дымкой покидая тело. Инстинкты взяли верх над рассудком, девушка встала и повернулась к обидчику.
— Слышь, ты, урод! — рявкнула воительница.
— Тысяча извинений, мисс. Возьмите сухариков, как знак моей неискупимой вины. — Мужчина протянул ей плетёную корзинку.
— В жопу себе их засунь! — Акула ударила его по руке, и корзинка укатилась куда-то под стол.
Волшебница не двигалась. Остановить разбушевавшегося адепта красной маны в ограниченном пространстве — задачка со звёздочкой.
— А это на десерт! — В лицо супостата полетел кулак, сдобренный яростной силой.
* * *
Астра:
Мир вокруг замер — включилось ускорение сознания. Эх, а день ведь так хорошо начинался… Ненавижу, когда в мой чёткий, размеренный план, вмешиваются случайные переменные! Да, возможность подумать есть, однако… почему именно сейчас⁈ Поесть спокойно не дают! Нет-нет, Селёдка — молодец, следует велению сердца. Я бы этого «сухарика» тоже прибила, ага. Другое дело: стоит времени продолжить свой бег — этот человек умрёт, поднимется шум и прощай моё прикрытие.
Как мне поступить? Новость о «взбесившихся волшебницах» за несколько минут соберёт вокруг ресторана десяток магов из ближайшего отделения гильдии, ещё и инквизиторы пожалуют. Бросаться в бой, размахивая энергетическими скальпелями — глупо. Сражаться с армиями мне пока рановато.
Взвесив все «за» и «против», я приказала Эфии подготовить коротенький телепорт, метров на двадцать, в соседний переулок. Прыгну, схвачу рыбину за ворот и «вжух», нас нет. Сожалею, но спасти «хама с сухариками» — я физически не успеваю. Сам дурак, сам виноват.
К вящей славе Всевышнего, претворить новый план в жизнь мне не дали: мана, необходимая для телепорта, куда-то испарилась, моё тело налилось свинцом, поэтому я никуда не «прыгнула», а могучий удар Хокори мужчина и вовсе голой рукой поймал. Чудеса.
Со стороны дворян посыпались охи-вздохи. Рыбина стояла, как вкопанная, безмолвно шлёпая губами — порыв красной энергии сорвал с незнакомца капюшон.
— Что-то ты к нам зачастил, Протей, — фыркнула я, глядя, как губы седьмого растягиваются в улыбке, обнажая белоснежные зубы.
— Отец…? Прости, я…
— Не беспокойся, рыбка. — Дзе подтянул возлюбленную к себе и крепко обнял.
Тем временем, ко мне подошёл официант, вид у него был смурной.
— Прошу меня простить, уважаемая, однако в нашем заведении такое поведение не одобряется. — Говорил он спокойно, «подметая» взглядом пол.
— Беру на себя всю ответственность за поведение подруги и её супруга. — Я сложила из салфетки красивую пирамидку и поставила её рядом с тарелкой. Так всегда делала мама, если хотела похвалить еду. — Забудем это досадное недоразумение. Впредь мы постараемся не тревожить других гостей. Сдвиньте наши столы и подайте десерт.
— Как будет угодно, мисс. — Слуга низко поклонился и подобрал крупную монету, которую я, как бы невзначай, положила на стол.
[Тиранша мелкая], — усмехнулся Протей, на что я лишь закатила глаза.
Позолотить ручку было хорошей идеей — перестановку сделали быстро. Седьмой щёлкнул пальцами: нас накрыл отводящий глаза и скрадывающий звуки барьер.
— Кушайте спокойно, — дзе откинулся на спинку стула. Хорошо хоть ноги на стол не водрузил.
Я покосилась на кусочек яблочного пирога… мне кусок в горло не лез! Члены первой десятки просто так не приходят, наверняка случилось нечто ужасное…!
— Сказал же, расслабься, опять маной пованиваешь. — Протей помахал ладонью перед лицом. — Я, вообще-то, похвалить тебя пришёл.
А⁈ Чегось? Я сплю?
— Ты молодец, заботишься о моей рыбке, учишь. Это дорогого стоит.
— Прекрати! У меня веснушки через волшебный макияж проступят от смущения! Честно говоря, я думала, ты разозлишься, что она… ну… красная.
— Мои расчёты предсказали это давным-давно.
Махинаторы, блин! Чувствую себя пешкой в дружеской партии, с одной стороны сидит главком, а с другой… этот. Гоняют меня по шахматной доске почём зря и ржут.
Селёдка нас не слушала, усердно полируя щекой плечо избранника.
— Так ведь… Эфия же работает исключительно на синей энергии. Ты её душу чистить будешь, прежде чем в Город забрать?
— Когда же, ты, поймёшь, наконец: я обожаю исключения из правил. — С этими словами седьмой извлёк из пространственного «кармана» терминал искусственного интеллекта.
Странное устройство, намного больше моего, стенки толстые, какие-то трубки, письмена. Экран, наоборот, у́же. Неужто старую модель притащил?
— Я стану дзе⁈ — обрадовалась Хокори, тут же закатав рукав.
