— Д-да! С тех пор, как через мою деревню пронеслась красная молния, вокруг одни чёрные тени, но вы…
Рид осёкся, его нижняя губа задрожала. Дело в том, что я мысленно попросила Селёдку слегка поддеть её красного демона. Полумрак скрыл алую дымку от пучеглазов, волшебное восприятие Рида же… забило тревогу, напомнило о встрече с чудовищем. Он наконец-то заткнулся.
— Мой тебе совет, чем здесь кулаками махать, запишись в Академию. Там ты сможешь развить свой талант, станешь ближе к мечте.
Развернувшись на каблуках, я с приподнятым носиком покинула пивную, оставив перепуганного до смерти мальчишку подумать над моими словами.
[1] Самая крупная артерия организма, берущая свое начало из левого желудочка сердца
25. Прорыв
Академия высокого волшебства, отделения гильдии, госпиталь ассоциации врачей-чародеев — лишь верхушка айсберга. О существовании магии знали все, каждый имперец жадно впитывал её блага, однако по-настоящему понимали древнее искусство — единицы. Этим верховные колдуны и воспользовались. Под Лофосом раскинулся бесконечный лабиринт тоннелей, тайная обитель, цитадель Обозревающего Небеса. Служащие там избранные знали: мир за границами Лампары вовсе не дикий, его населяют разумные, невероятно опасные враги. Во имя свободы и верховенства Человечества чародеи работали над «оружием Судного Дня», инструментом, коему они вверили свои чаянья.
Маленькая волшебница всё детство провела подле Дитя Истины. Играла в куклы посреди лабораторий, ходила по пыльным архивам, держась за подол мантии своего дяди, сидела на его коленях во время заседаний коллегии. На кроху не обращали внимания, она же — слушала и запоминала. «Секретный люк есть в каждом гильдейском здании», с этой мыслью Астра уверенно толкнула входную дверь.
Звякнул колокольчик, и маг за небольшим прилавком громко хрюкнул. Мгновение назад он сладко спал, однако работа приучила его просыпаться на звон. Продрав глаза, чародей причмокнул и выдал заученную фразу:
— Добро пожаловать! Чего изволите?
Помещение было пусто, ни души. Тяжело вздохнув, мужчина прошёл к центру зала, потёр перстень на среднем пальце, сосредоточился. От тела колдуна волнами разошлась пурпурная дымка. Никого.
— Ветер? Опять неполадки с контролем погоды? — Ещё раз оглядевшись, волшебник вернулся в кресло, досматривать сон.
[Вроде, пронесло…] — Юная дзе сглотнула, окутанная тонким блестящим покрывалом.
Чародеи Лампары называли невидимость «Могуществом студента». Она легко рассеивалась, требовала дорогих ингредиентов, более того, скрыть своё присутствие от глаз — недостаточно. Человек издаёт звуки, оставляет следы, пахнет. Тем не менее, каждый первый ученик Академии считал своим долгом состряпать с её помощью «отменную шалость».
[Вы уверены, офицер? Идти через парадный вход — крайне опасно], — предупредил Эфия застывшую на цыпочках носительницу. — [Миряне не в силах развеять нашу невидимость, тем не менее…]
[Здесь ходят клиенты, ловушек нет. С других сторон — полдня начертания разминировать придётся], — объяснила Росса, ударив подругу по руке: Хокори потянулась к зачарованным мечам на витрине. Никакого «Купи меня» в них, конечно же, быть не могло, но саму витрину защитили от краж.
Тишину вновь разорвал звон колокольчика. Маг подскочил и произнёс приветственную фразу. Внутрь вошёл Рид — приснопамятный слепой боец. Девушки замерли.
— Здравствуйте, уважаемый! Я хочу учиться в Академии! — говорил парнишка всё так же громко.
— Хм, наслышан, наслышан. — Чародей зевнул. — «Мальчик, способный видеть без глаз», так?
— Именно! Вы обо мне ещё не такое услышите!
Волшебник достал пергамент и перо.
— Грамоте обучен?
— Никак нет!
— Понятно, исправим. Причина примкнуть к нашему братству?
— Дело в том… понимаете… — Рид слегка покраснел. — Я встретил ангела. Она… посоветовала прийти сюда.
— «Ангела»? — Удивился маг. Обычно, ответ на этот вопрос содержал слово «деньги».
— Д-да… знаете, эта девушка такая… сияющая, невообразимая…
Астра почувствовала, как её коснулось излучение магического восприятия. Юноша повернул голову.
— О, так вы здесь, госпожа! Вот так удача, объяснять не придётся!
У девочки сердце в пятки ушло.
— С кем ты говоришь? — Гильдиец нахмурился. Рассеивающий невидимость пурпур ещё не осел.
[Эфия, тревога! Вытаскивай нас, немедленно!]
[Добавляю к скрывающей пелене искажение пространства.]
Эффективно преломить поток маны мог лишь барьер, сравнимый с горизонтом событий чёрной дыры. От возросшей нагрузки Росса лишилась чувств, и акула, подхватив её на руки, поспешила скрыться за углом.
— Исчезла… — ойкнул боец, когда девочка буквально растворилась в воздухе.
— Так-с, — колдун постучал пером по пергаменту. — Я хотел сразу измерить твой потенциал, но… сходи-ка в наш госпиталь, голову проверь. Скажешь, что послала гильдия — примут бесплатно.
— Как…как прикажете, — повесил нос Рид.
— Кстати, насчёт твоего «ангелочка». Как она выглядела? Возраст, цвет волос, особые приметы какие-нибудь? Веснушки, например.
— Молодая была. Что же до остального… — Юноша, высунув язык, почесал за ухом. — Я не различаю лиц и цветов.
* * *
Астра:
******! Ненавижу оставаться без маны! Всё сразу немеет, гудит голова. И ведь сделала-то сущую мелочь: мальчишку учиться отправила. Тут же получила по шее. Моя доброта вновь сыграла со мной злую шутку!
Вселенная хочет мне что-то сказать? «Ты слишком часто отвлекаешься, Астра! Сосредоточься на миссии!», или «Будешь всем помогать — пупок развяжется!», да? Хах, и почему мироздание ворчит в моём воображении голосом Железки?
Думаете, я прогнусь, сверну с пути добродетели? Ещё чего! Провалы и ошибки — следствие слабости, а офицер дзе не может быть слабым априори! Взращу в себе такое пламя — спецметалл плавиться будет! Нет неразрешимых задач, есть маленькая я.
Худшее во всей этой ситуации то, что нам предстоит штурм подземной цитадели, а моя душа — пуста. Как же быть…?
Сквозь обморочную тьму я почувствовала, как мне в рот засунули что-то гладкое… леденец? «Конфета» быстро таяла, наполняя мои жилы огромным количеством маны. Когда я, наконец-то, открыла глаза, то изумлённо выпалила:
— Откуда столько⁈
Моё бедное тельце лежало на убегающих вниз
