металлических сапог. Моё нутро сжалось в изюмину! Среди коллегии мэтров ходил расплывчатый слушок, якобы подземелья охраняет армия големов, живых доспехов, движимых магией. Поговаривали также, что эти стражи стали прототипом чёрных доспехов Первого Легиона Святой Церкви.
[Противник приближается со всех сторон. Общее количество сигнатур превышает восемьдесят…]
[Я разберусь!] — рыбина взялась за меч.
[Сдурела⁈ Надеешься осилить центурию[2]⁈ Должен быть другой выход…]
Время поджимало, я уже видела роящиеся во мраке лазуритовые глазницы, слышала скрежет металла о металл. Смерть неотвратимо приближалась!
[Надо осмотреть труп!] — Ага, сама не верю, что сказала подобное.
Среди вещей покойника ничего полезного не оказалось. Мёртвое мясо, завёрнутое в мантию, на поясе простенький еловый жезл…
— Это проверь. — Акула протянула мне отрубленную ранее кисть.
— Точно, перстни, умничка! Эфия, анализ, живо!
— Артефакт на безымянном пальце передаёт зашифрованное послание, скорее всего имя. Ошибки быть не может.
Трясущимися руками я принялась стягивать сросшееся с плотью кольцо.
— Бросьте, офицер, скопировать сигнал — пара пустяков.
Правильно, да… Уф! Вечно забываю, что приютила на предплечье хитрейшего из демонов. Тяжко вздохнув, вся взмыленная, я, кряхтя, поднялась на ноги.
Безмолвная центурия замерла, живые доспехи стояли, изучая нас пустыми прорезями в шлемах. Из чёрной брони доносился тихий гул, похожий на вой ветра в пустой зале.
Я положила ладонь на чёрный металл и прикрыла веки. Гладкая поверхность, исписанная рунами, жадно «слизнула» ауру с моей кожи.
— Хочешь переманить их на нашу сторону? — спросила Хокори. Я отрицательно покачала головой.
Мои соотечественники много зла совершили, однако одно дело грех обычный, человеческий… Если же они посягнули на святое: запитали големов вырванными душами… Тогда, боюсь, Лампару уже не спасти. Профессор мигом доложит Верховному Совету, и эпоха людей на этой планете кончится.
[Анализ завершён. Доспехи питаются камнями сжиженной маны.]
Услышав вердикт Железки, я выдохнула. Когда мы переехали на Север, в замок дяди, Дитя Истины подарил мне необычную игрушку — деревянного человечка. Тот тоже энергию кушал: подержишь его в руках — начинал двигаться. Помню, как смеялась, бегая по кругу от куколки… а сейчас совсем не смешно, вот ни разу!
— Эти… железные воины… мою ману почуяли? — Селёдка опустила глаза.
— Виноватых будем искать после боя! — решительно заявила я. Подружка сама не знает, насколько права. Големы слепы и глухи, однако магию, словно гончие чуют.
— Мы возьмём с собой… — Воительница подняла с пола кисти волшебника.
— Н-нет, оставь. — Меня всю передёрнуло. Чувство прикосновения к мёртвой плоти — отвратительно… никак не отпускало. Проверив сигнал системы «свой-чужой», я двинулась дальше. Дедушка ждёт.
[1] Ламнообра́зные — отряд акул
[2] лат. centuria — сотня
26. Вердикт Небесной посланницы
Астра:
Коридоры сменяли друг дружку. Поворот, поворот, поворот, факелы, стены, двери. В бесконечном лабиринте галерей и проходов любой заплутает, окромя, возможно, безумного архитектора этой подземной крепости. Благо со мной Эфия.
После случая с соплеменницей, Хокори словно бес овладел: взгляд потух, дыхание стало горячим, прерывистым, токмо искры меж зубов не проскакивали. Пёрла вперёд без оглядки, держа меч наготове. Пока пыталась за ней угнаться — семь потов сошло. У меня ножки коротенькие!
Нет, я всё понимаю, честно, смерть отрезвляет, заставляет «проснуться», снять розовые очки, но… рыбина, наоборот, отбросила всё человеческое, обратилась машиной почище профессора. Разговорить её не получалось, любой отвлечённый вопрос тонул в тишине. «Куда нам?», «За окружением следи!», «Поспешим!» — только это от Селёдки и слышала! Раскомандовалась, блин! Будто это ей дали миссию, будто это она здесь главная! Бесит!
Ладно, Господь с ней, не шибко-то и хотелось языком чесать. Вообще, чем дольше длится путешествие, тем чаще я ловлю себя на мысли: «Если что-то упустила, значит, неважно». Хотелось посетить могилу мамы и меч подружки на перековку отдать. С первым не срослось, а второе… оказалось «избыточным». Протей весь наш поход до мельчайших деталей просчитал, заранее. «Пощупать» Мессер мне не довелось, однако уверена: заклятий в нём — тьма тьмущая.
По пути нам попались ещё несколько колдунов. Хокори оформила бедолагам билетики на прямой рейс к Создателю, те и глазом моргнуть не успели. «Красный зверь» внутри подружки вёл себя, как шёлковый: вспыхивал ярко, сильно, а затухал мгновенно. Похоже, он больше моего шокирован состоянием хозяйки.
Меня беспокоят твари из чёрной жижи. Ага, они до сих пор нас преследуют. То здесь, то там на сером кирпиче проступают их уродливые физиономии. Способность протискиваться сквозь мельчайшие трещины — очень удобна.
— Подождите, ро́дные… мы вместе вернёмся на пляж… уже совсем скоро… — прошептала воительница, поглаживая пальцами залитую кровью и жиром поверхность клинка. С кем она говорит? Надеюсь, не с «душами ушедших». Боже, упаси свою дщерь от веры во всякую мистику ненаучную!
Чтобы привести спутницу в чувство, я пинком вышибла ближайшую дверь и повелительным тоном произнесла:
— Привал на покушать!
Хокори уже открыла рот, собираясь возразить, поэтому я добавила:
— Приказ санкционирован офицером Андропонии, мной! Все возражения через дуэль!
Что, дорогая, нечем крыть? То-то же! Нечего превращать МОЁ задание в личную вендетту!
* * *
Астра:
Выбранная наугад комната встретила нас запахом нафталина. Внутри стояли укрытые тканью серванты и стулья из красного дерева, обтянутые пятнистыми шкурами. Склад мебели? Неважно.
Смахнув пригоршню пыли с небольшого туалетного столика, я разложила на нём наши припасы. Можно сотню былин сложить о вечной стойкости духа и стремлении к цели, однако голод не тётка, во двор не выгонишь. Пустой живот даже величайшего героя сведёт в могилу.
Магический жест и простенькое начертание согрели мяско. Приятный запах оленинки быстро одолел затхлость сырого подвала. Селёдка стояла позади, наблюдая за моими нехитрыми манипуляциями…
— Апчхи! — Я едва успела ей рот ладонью прикрыть.
— Будь здорова.
— Прости, здесь так…
— У людей на «будь здоров» принято говорить «спасибо».
