шар по центру залы. Высотой артефакт был в два человеческих роста, а шириной — и того больше. Сканеры девочка попридержала, чтобы не драконить гранд-мастера, но и без них было ясно — вот оно, Оружие Судного Дня.
— Ты пришла за ответами, — не оборачиваясь, утвердительно произнёс глава гильдии.
— Да.
— Знания — сила и стоят немало, что готов предложить мне птенчик, едва гнездо покинув?
Волшебница сглотнула. Это их первый настоящий разговор, не лекция, не порицание младшего старшим. Они говорили, как чародей и посланница старшей расы, на равных.
Речь Обозревающего Небеса напомнила Астре Митрию. Госпожа-ящер строила предложения похожим образом — превозносила прожитые годы и свою мудрость. Путешествуя, девочка повстречала разных людей: своих ровесников, взрослых, стариков и существ, древних, как сами звёзды. «Возраст — способ, а не мерило ума».
— Вы правы, мэтр, я расправила крылья. Мне было невыносимо сидеть среди разбитой скорлупы, вместе с такими же нахохлившимися трусами и бояться нос в мир высунуть. Я принесла знание, что поведали мне небеса.
— Красиво говорить ты научилась, молодец, не зря я боннам платил. Будет ли за привлекательной обёрткой столь же чарующее содержимое?
И вновь перед глазами Россы возникла Старшая — дракониха, проводившая бессчётное количество зим, без сомнений мудрая, однако давно выбывшая из гонки за знаниями. Они так напоминали друг друга, бывшие любовники, ныне поросшие кровной враждой.
Арбитр Небес могла бы расстараться, осыпать гильд-мастера всеми полученными знаниями, но семена, брошенные в сухую безжизненную почву — никогда не прорастут. Закрытый, зашоренный разум откажется воспринимать новое. Планируя этот диалог, волшебница позабыла о самом главном: её, девочку-подростка, за отсутствием доказательств, просто откажутся слушать.
— Вы помните женщину-химеру с белой чешуёй? — Астра решила начать с малого, всколыхнуть воспоминания дедушки.
— Старая змеюка ещё жива?
— Да, мэтр, я встретила…
— Прискорбно-прискорбно. Ну, ничего, мы это исправим.
— Значит… вы к ней больше ничего не испытываете?
— Поверь, внученька, химеры хитры и лживы, привязанность к ним — прямая дорога в могилу. Но вернёмся к делу, мудрость в обмен на мудрость.
— Я… — Росса «обернулась» магическим зрением: акула стояла позади, прислонившись к колонне и выжидающе скрестив руки на груди. — Позвольте показать вам. [Эфия, голографическая проекция.]
Меж собеседниками появился образ столицы гномов: трубы, коптящие свод, вагонетки, высекающие искры о шпалы, торговый район, наполненный диковинными гостями.
— Хм… — Обозревающий Небеса прошёлся вдоль «картины». — Кто преподнёс тебе эту иллюзию?
— Никто. Я видела город под горой своими глазами!
— Допустим. — Колдун постучал подушечками пальцев по подбородку. — Сочту за аванс, что ты хотела узнать?
— Расскажите про «последний тест», пожалуйста.
— Видишь ли, твоему дедушке жизненно необходим наместник, человек, которому я бы передал дела гильдии и семьи Заубер.
— Обещанные эксперименты над… — волшебница сглотнула, — «моим бездыханным телом», тоже часть «плана»?
— Преемник правителя обязан пройти испытание страхом. Забившуюся в угол мышку мир политики прожуёт и выплюнет. Наш род — кукловоды, это — великая судьба и тяжкая ноша.
— Получается… все те мучения… травля инквизицией… постоянная слежка…
— У меня было много потомков, каждого я проверял, каждому строил козни, а они… — глава гильдии выдал смешок, — оказались пустышками, ничтожествами, ни таланта, ни стержня! Когда ты «погибла в огне», я сдался, бросил идею взрастить себе смену, но потом… увидев тебя на входе, ЖИВУЮ… Богом клянусь… трепещи в груди старика живое сердце… оно бы остановилось! Кто бы мог подумать… Кроха, которую я нарёк двулунной, воссияла ярче солнца!
На бледном лице маленькой чародейки проступил румянец. Всю жизнь её горло сжимали тиски фатума, по дороге к свободе и независимости, она, казалось, делала шаг вперёд и два назад. В ней кипела жажда признания, желание стать не просто «красивым личиком под свадебной фатой». И вон оно — девочку хвалит светило всего Человечества!
— Удивлена? Ожидала услышать иное?
— Пожалуй…
— Ты дважды вырвалась из моих рук, отринула смерть и смело явилась мне, ореолом власти увенчанная! Я могу лишь гадать, какие ещё тайны кроются за этим взором!
Астра прикрыла ладонью лицо, мир вокруг замер. Она действительно ожидала другого — шла, исполненная решимости одолеть зло, затушить пламя войны в зачатке. Дедушка же, напротив, протянул ей руку, предложил высокий титул.
[Вам что-нибудь посоветовать, офицер?]
[Меня действительно настолько легко купить комплиментами?]
[Относительно.]
[Хех, вот ведь… он смотрит на свою внучку, а видит заслуги ИИ Андропонии.]
[Не соглашусь…]
[Тихо-тихо-тихо, профессор, у меня голова сейчас лопнет! Дай собрать мысли в кучу.]
Дрожащей рукой Росса коснулась терминала, «оплачивая» свой следующий вопрос. Голограмма подёрнулась, представив Обозревающему Небеса проекцию звёздной системы.
— Я так и думал, круглая! — Облизнув губы, колдун коснулся их планеты кончиками пальцев. — Потрясающая картина, какие детали! Через неё мы сможем направлять Оружие, сидя в крепости!
Волшебницу прошиб холодный пот от мысли, что даже такое мизерное знание, как карта, послужит умерщвлению миллионов невинных.
— Бесчисленные жертвы…
— Именно так, внученька, люди страдали веками! Нас убивали, третировали, держали за скот! Теперь же… окружившие Лампару твари познают гнев Человечества! Вместе мы их уничтожим!
— С этой целью вы ввели «дуэли на основе очереди» и поощряли изучение боевых заклинаний в Академии?
— Естественно! Мы долго боролись с уродцами, убивали химер, наивно чествовали каждую победу, а потом… я встретил Митрию. Змеюка показала мне глубину наших заблуждений! Разумны… владеют магией… живут столетиями…
Поддавшись воспоминаниям, пожилой чародей подрагивал, скрёб кожу ногтями, позволяя чёрной жиже капать на пол.
— Взойдя на престол гильдии, я выжег, вытравил лишнее! Войску нужны боевые заклинатели! В топку мечтателей!
— Инквизиторы убивали волшебников… горели костры…
— Это было необходимо, — уже спокойнее продолжил гранд-мастер. — Единственный способ выжить — истребить все прочие расы! Только когда последняя тварь испустит дух, я
