— С виду откровенное приглашение в западню, — заявил он.
— Очень может быть, — согласился Балинор, подходя ближе. — Но нам придется подняться туда.
Менион кивнул, затем беспечно пожал плечами и направился к лестнице. Остальные, не говоря ни слова, потянулись за ним; Хендель шел за горцем, следом Балинор, а братья-эльфы замыкали цепочку. Они медленно начали взбираться по узким каменным ступеням, настороженно высматривая скрытые ловушки, прижимаясь плечами к стене, чтобы быть подальше от опасного края, за которым начиналась бездна. Виток за витком проходили они в затхлом сумраке. Прежде чем преодолеть каждую следующую ступень, Менион внимательно рассматривал ее, опытным взглядом изучая швы между каменными блоками стен в поисках скрытых механизмов. Время от времени он кидал перед собой камень, проверяя, не сработает ли потайная ловушка при нажиме на ступеньку. Но ничего не происходило. Пропасть внизу зияла безмолвной черной дырой, вырезанной в густом мраке башни, ни один звук не нарушал суровое молчание, кроме поскрипывания сапог по истертым ступеням. Наконец сквозь темноту чуть пробился дальний свет факелов, крошечные огоньки зябко вздрагивали от внезапных порывов ветра, неведомый источник которого скрывался где-то на самой вершине Башни. Лестница заканчивалась небольшой площадкой, и на ней уже виднелись смутные очертания огромной каменной двери, окованной железом. Они приближались к вершине Башни друида.
И тогда Менион натолкнулся на первую ловушку. Едва он коснулся ногой следующей ступени, как из стены, в несколько рядов, выскочили длинные зазубренные шипы, и, если бы Менион все же сделал шаг, его лодыжка тут же была бы пробита насквозь и он неминуемо рухнул бы в пропасть, потеряв равновесие. Однако Хендель услышал щелчок скрытой пружины за миг до того, как сработала ловушка. Он крепко ухватил оцепеневшего горца и дернул его назад, едва не спихнув остальных вниз по ступеням. Они сильно зашатались, застыв в нескольких дюймах от железных шипов. С трудом устояв на ногах, все пятеро несколько долгих минут стояли, привалившись к стене и шумно дыша в безмолвном сумраке. Затем сильными и точными ударами огромной булавы угрюмый гном сплющил шипы, снова открыв проход наверх. Теперь он шел впереди отряда в напряженной тишине, а перепуганного Мениона поставили за Балинором. Вскоре Хендель обнаружил вторую похожую ловушку и, обманув ее, сломал шипы и двинулся дальше.
Когда они почти добрались до края площадки и уже казалось, что все преграды позади, Даэль неожиданно вскрикнул. Его острый слух эльфа уловил звук, которого не услышали остальные, это был тихий щелчок новой потайной ловушки. На мгновение все застыли на месте, встревоженно вглядываясь в темные стены и ступени. Так и не заметив никаких признаков опасности, Хендель все же отважился сделать следующий шаг. Удивительно, но ничего не произошло, и, осторожно ступая, гном дошел до конца лестницы, пока остальные терпеливо ждали внизу. Как только Хендель благополучно добрался до площадки, все поспешили вслед за ним, и вскоре пятеро уже стояли наверху, тревожно оглядываясь на тонущую в черном мраке лестницу. Никто не мог понять, как им удалось избежать третьей ловушки. Балинор предположил, что причиной осечки стала многолетняя заброшенность башни, однако Хенделя это объяснение не убедило. Он не мог отделаться от тревожного ощущения, что они не заметили очевидного.
Гигантской тенью нависала башня над колодцем лестницы, холодные, сырые каменные глыбы, поставленные друг на друга столетия назад, с непреклонной твердостью выдержали все набеги безжалостного времени с долготерпением самой земли. Огромная дверь на площадке казалась неприступной, поверхность ее испещрили царапины, но железные петли выглядели такими же надежными, как и в тот день, когда их укрепили в скале. Вбитые в камень длинные железные гвозди удерживали петли и засовы, и пятерым друзьям, стоявшим перед дверью, показалось, что только землетрясение сможет сдвинуть эту незыблемую преграду хотя бы на дюйм. Балинор подошел ближе и осторожно провел ладонями по внушительному замку и выщербленным каменным створкам в надежде отыскать потайной механизм. Затем он с опаской повернул железную ручку и толкнул дверь. Ко всеобщему изумлению, каменная плита поддалась и приоткрылась, подрагивая и скрежеща ржавым железом. И уже через мгновение, когда дверь открылась настежь, с оглушительным грохотом врезавшись в стену комнаты, тайна башни предстала перед ними.
В самом центре ротонды, на блестящем пьедестале огромного черного Тре-Камня, острием вниз стоял легендарный меч Шаннары, похожий на сверкающий крест из серебра и золота. Отражаясь в зеркальной поверхности черного куба, длинный клинок вспыхивал в потоках солнечного света, льющегося сквозь высокие, оплетенные железными решетками окна башни. Никто из них прежде не видел чудесного меча, но все тотчас поверили, что перед ними именно он. Столпившись на пороге комнаты, друзья в изумлении разглядывали меч, все еще не веря, что после долгих дней и ночей бесконечного похода они видят перед собой древний талисман, ради которого рискнули самым дорогим. Великий меч у них в руках! Они перехитрили Повелителя чародеев. Друг за другом товарищи медленно вошли в комнату, сияя от счастья, усталость как рукой сняло, даже раны больше не болели. Долго стояли они, в немом благоговении рассматривая великолепный клинок, благодаря судьбу за чудесный подарок. Они не могли заставить себя сделать шаг и снять сокровище с постамента. Казалось, руки смертных не должны касаться этой священной реликвии. Но ведь Алланона с ними нет, и Ши пропал, а где же…
— А где Флик? — внезапно произнес Даэль вслух то, о чем подумали все.
Только сейчас они поняли, что Флика нет рядом. Беспомощно озираясь, они смотрели друг на друга в ожидании объяснений. Внезапно Менион, предчувствуя недоброе, снова развернулся к сверкающему мечу, и тут произошло невероятное. На глазах изумленной пятерки огромный черный куб Тре-Камня и стоящее на нем сокровище начали подрагивать и растворяться в воздухе. Спустя несколько секунд великий меч превратился в дым, а вскоре и дым развеялся без следа, и изумленные друзья остались одни в пустой комнате.
— Ловушка! Третья ловушка! — первым опомнился Менион.
Он уже слышал, как за спиной с громким скрежетом ржавых петель поворачивается огромная плита; не успели друзья опомниться, как исполинская дверь с грохотом захлопнулась, запирая их в каменной тюрьме. Горец метнулся через комнату и всем телом ударился в дверь как раз в тот миг, когда она закрылась и запоры замка с громким щелчком встали на место. Менион безвольно осел на истертый каменный пол, сердце его бешено колотилось от ярости и гнева. Все остальные не двигались, в немом отчаянии смотрели они, как принц Лиха закрыл лицо руками. И тогда под каменными сводами долгим эхом рассыпался его тихий сдавленный смех, словно горькая издевка над их глупостью и теперь уже неминуемым поражением.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
