Повелитель чародеев взмахнул рукавом, и вода в чаше снова стала мутной, скрыв и Башню друида, и пятерых смертных, угодивших в ловушку. Воздух вокруг черного призрака всколыхнулся яростным порывом, и его очертания вновь начали растворяться в тумане, пока не исчезли бесследно. Потекли долгие безмолвные минуты, а потом из сумрака медленно проступили стонущие тени; убедившись, что их хозяин снова ушел, маленькие черные силуэты опасливо подползли к краю чаши и пристально вгляделись в непрозрачную зыбь, плачем и вздохами сообщая недвижной воде свои жалобы.
На самой вершине Паранора, в уединенной и накрепко запертой комнате Башни друида, четверо измученных путников из Кулхейвена в отчаянии метались меж каменных стен своей тюрьмы. Только Дьюрин сидел, привалившись к стене, — рана причиняла такую боль, что эльф не мог пошевелиться. Стоя перед высоким зарешеченным окном, Балинор чуть покачивался на каблуках и смотрел, как тусклые лучи солнца долгими потоками просачиваются сквозь танцующую пыль, весело расчерчивая каменный пол темной комнаты крошечными квадратиками света. Они просидели взаперти уже больше часа, безнадежно заточенные за неприступной, окованной железом дверью. С потерей великого меча растаяла и надежда на победу. Сначала друзья терпеливо ждали, уверенные, что Алланон скоро придет за ними и пробьет толщу каменной двери, которая отрезала им путь к свободе. Они даже звали его по имени, надеясь, что друид услышит крики о помощи и примчится в башню. Менион напомнил товарищам, что с ними нет Флика, возможно, юноша бродит по закоулкам Паранора, выискивая их. Но скоро их радужные надежды потускнели и угасли, и каждый заставил себя признать, хотя и молча, что спасение не придет, а отважный друид и парнишка из Дола погибли в схватке с посланником Черепа и Повелитель чародеев вновь победил.
Менион снова подумал о своем пропавшем друге, гадая, что могло случиться с Ши. Несмотря на все усилия, они так и не смогли спасти жизнь одного маленького человека, и теперь остается только гадать, какая ужасная смерть ждет его среди диких равнин на границе Западных земель. Быть может, они никогда больше не увидятся. Алланон верил, что они найдут Ши, когда найдут меч, однако великий клинок потерян, а его единственный наследник бесследно исчез. А теперь в своем родовом замке пропал и сам Алланон, быть может, друид сгорел в бушующем пламени или захвачен в плен и брошен в темницу, и они никогда не выйдут из своей тюрьмы и сгниют заживо, а весь их поход окажется напрасной прогулкой. Принц мрачно улыбнулся, мечтая лишь о том, чтобы судьба подарила ему возможность встретиться с настоящим врагом, и тогда всемогущий Повелитель чародеев уж точно не избежит его меткого удара.
Внезапно Даэль, который всегда чутко прислушивался к любому шороху, тихонько шикнул, и все встревоженно застыли на месте, уставившись на массивную дверь. С другой стороны донесся слабый стук шагов по каменным ступеням. Менион положил руку на рукоять меча, лежавшего на полу в кожаных ножнах, и беззвучно вынул его. Принц Каллахорна рядом с горцем уже сжимал в руке свой широкий меч. Короткими торопливыми шагами все остальные тоже подошли к двери. Даже раненый Дьюрин с трудом поднялся на ноги и, сильно прихрамывая, доковылял до товарищей. Шаги достигли площадки и замерли. На мгновение повисла томительная тишина.
Неожиданно огромная дверь распахнулась, с грохотом ударившись о стену, железные петли жалобно застонали под тяжестью каменной глыбы. Из темноты дверного проема проступила испуганная физиономия Флика Омсфорда, его затравленный взгляд метался по лицам друзей, вооруженных до зубов и готовых к нападению. А его ошеломленные товарищи, словно заведенные механические куклы, медленно опустили оружие и уставились на юношу. Флик с опаской вошел в тускло освещенный зал, почти скрытый тенью высокой черной фигуры, показавшейся за его спиной.
И тут все увидели перед собой Алланона.
Потеряв дар речи, они смотрели на друида. Лицо Алланона было в грязных подтеках пота, от толстого слоя золы черный плащ стал серым. Слегка опираясь на плечо Флика, он медленно вышел из темного проема и улыбнулся, увидев изумление своих товарищей.
— Как видите, я цел, — заверил он их.
Флик все еще не мог прийти в себя после встречи с друидом.
— Я же сам видел, как он упал… — попытался он объяснить всем остальным.
— Флик, я жив и здоров. — Алланон похлопал его по плечу.
Балинор сделал шаг вперед, словно желая убедиться, что перед ним действительно Алланон, а не новый призрак.
— Мы думали, ты… потерялся, — выдавил он.
Знакомая насмешливая улыбка появилась на худом лице.
— Виноват, во всяком случае отчасти, в подобном, не соответствующем истине утверждении один наш юный друг. Он видел, как я упал в огонь вместе с посланником Черепа, и решил, что я погиб. Однако он не подозревал, что внутри топки имеется ряд железных скоб, по ним рабочие спускаются вниз, если требуется произвести какой-либо ремонт. А поскольку Паранор долгие века был родовым гнездом друидов, кому, как не мне, знать о существовании этих скоб. Когда крылатый дьявол перетянул меня через перила, я ухватился за скобы и удержался в нескольких футах от края. Разумеется, Флик этого видеть не мог, а рев племени заглушал мой голос, когда я пытался его позвать.
Он помолчал, счищая с плаща грязь.
— Удача благоволила Флику, и он выбрался из той страшной комнаты живым, но позже заблудился в запутанных туннелях крепости. Битва с посланником Черепа ослабила меня, и, хотя я обладаю уникальной защитой от огня, у меня ушло немало времени на то, чтобы выбраться из ямы. Я отправился на поиски Флика и наконец нашел его в лабиринте коридоров, правда напугал до смерти. После этого мы отправились искать вас. Однако теперь нам пора уходить… и как можно скорее.
— А меч?.. — резко спросил Хендель.
— Его здесь нет, увезли раньше. Мы поговорим об этом потом. Оставаться здесь опасно. Карлики скоро вышлют подкрепление для защиты Паранора, а Повелитель чародеев отправит других крылатых слуг удостовериться, что вы больше не причините ему беспокойства. Когда он получит меч Шаннары и будет уверен, что вы навеки заточены в Башне друида, он быстро сосредоточится на плане завоевания четырех земель. Если ему удастся захватить Каллахорн и приграничные государства, прочие Южные земли сдадутся без борьбы.
— Значит, мы опоздали и битва уже проиграна! — воскликнул Менион с горечью.
Алланон выразительно покачал головой.
— Нет, принц Лиха, нас всего лишь перехитрили, но до победы им еще далеко. Повелитель чародеев почивает на лаврах, уверенный в своей победе, он думает, что мы больше не опасны. Кажется, мы сможем использовать это заблуждение против него. Только нельзя отчаиваться. А теперь следуйте за мной.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
