ли я это решение, потому что действительно этого хочу… Или просто потому, что я считаю, что должна так поступить.
29
ШАРЛОТТА
Когда я просыпаюсь на следующее утро, несмотря на то, что опасность все еще нависла над нами, я чувствую себя так, будто впервые за несколько недель по-настоящему выспалась.
Иван настоял на том, чтобы спать на диване в другой комнате, поэтому двуспальная кровать была в моем полном распоряжении. После того, как мы заказали еду в номер — бургеры с грибами и трюфелями и самую хрустящую картошку фри, которую я когда-либо ела, я не могла больше бодрствовать. Я отключилась посреди кровати, а когда проснулась, почувствовала запах вафель.
Рядом с кроватью стоит поднос с завтраком, ждущий меня. Когда я сажусь, сонно моргая и откидывая волосы с лица, я вижу Ивана в гостиной с тарелкой на коленях, когда он ест свой завтрак. Я откидываюсь назад на мгновение, роскошно потягиваясь, наслаждаясь чувством пробуждения на мягких простынях и плюшевом матрасе. На одну короткую секунду я позволяю себе притвориться, что я действительно в отпуске, а не в странном замешательстве между жизнями, размышляя, появятся ли в любую минуту те, кто хочет моей смерти.
Иван поднимает глаза, услышав, как я шевелюсь, и я вижу легкую улыбку в уголках его губ.
— Хорошо спала? — Спрашивает он с другого конца комнаты, и я киваю.
— А ты?
Он пожимает плечами.
— Лучше, чем где-либо, где я спал в последнее время. Этот диван удобнее моей кровати дома, я думаю. — Он говорит это небрежно, но я замечаю легкое подергивание его челюсти, когда он говорит «дом». Он хорошо это скрывает, вероятно, потому, что не хочет, чтобы я это осознавала, но ему тоже было больно покидать свой дом. Этот дом много для него значил, я знаю это после того, что он сказал мне в ту ночь, когда мы ночевали под открытым небом.
Какое имеет значение, это сейчас? Это все его вина… Я отгоняю эту мысль. После всего, что он сделал, чтобы уберечь меня, это кажется неоправданно подлым и жестоким. Но в то же время, разве это не правда?
Я на мгновение зажмуриваюсь, прежде чем снова открыть глаза и потянуться за подносом с едой. Я слишком ошеломлена, чтобы разбираться в этом прямо сейчас. И я также умираю от голода, вдыхая запах еды.
Завтрак, который заказал Иван, состоит из яиц-пашот с голландским соусом, вафлей, которые идеально мягкие и хрустящие во всех нужных местах, хрустящего бекона и стакана того, что определенно является свежевыжатым апельсиновым соком. Я тихонько вздыхаю, делая глоток, позволяя вкусу еды немного снять мое напряжение. Это были долгие несколько дней, и даже если я не могу расслабиться полностью, я заслуживаю немного.
— Я думаю, мы могли бы спуститься к бассейну сегодня днем, — небрежно говорит Иван. — Есть один на открытом воздухе, но также и один внутри, который абсолютно великолепен. Открытый бассейн ничем не отличается от тех, что ты, вероятно, видела раньше, просто больше, но крытый — это что-то особенное.
Я тут же начинаю спорить о целесообразности того, чтобы позволить ему увидеть меня в купленном мной бикини. Не знаю, разумно ли мне видеть его в одних плавках. Сексуальное напряжение между нами кипело с той ночи в палатке, и Иван — тот, кто остановил нас в прошлый раз. Остановит ли он меня снова, если дело зайдет так далеко? И должен ли? Но если я скажу ему «нет», он точно поймет, почему. И мои щеки горят только от мысли, что Иван знает, что я так боюсь напряжения между нами, что даже не могу надеть купальник.
— Конечно, — смело говорю я. — Думаю, я приму еще один душ после завтрака. А потом переоденусь, и мы сможем спуститься.
Иван усмехается.
— На самом деле, сейчас бранч. Посмотри на время.
Взглянув на часы, я понимаю, что проспала до после полудня. Я знала, что устала, но не осознавала, насколько.
Я доедаю остатки еды, прежде чем выскользнуть из кровати и пойти к комоду за одеждой. Вчера я купила длинную свободную рубашку, чтобы спать, и краем глаза вижу, как Иван замер с вилкой на полпути ко рту, его взгляд метнулся к моим голым ногам.
Если он так отвлекается на мои ноги, надо пересмотреть целесообразность ношения купальника. Но я все равно хватаю его, быстро отступая в ванную.
Переодевшись, я смотрю на себя в зеркало, закусывая губу. Прошло много времени с тех пор, как у меня была причина надеть купальник. Я похудела с последнего раза, и не совсем в хорошем смысле, но моя грудь и бедра все еще имеют изгиб. Королевское синее бикини, которое я выбрала, с легким бирюзовым блеском на ткани, все еще облегает меня более соблазнительно, чем, вероятно, разумно.
Я хватаю бирюзовое покрытие, которое идет в комплекте, накидываю его и обматываю талию парео. По крайней мере, будет лучше, если Иван не увидит этого, пока мы не выйдем на публику.
Я чувствую нервозность, когда мы направляемся в казино. Даже в этот ранний полуденный час в казино все еще есть люди, которые играют в игровые автоматы, бросают кости и карты. Нью-Йорк называют городом, который никогда не спит, но из того, что я видела, я думаю, что это можно применить и к Вегасу. Я следую за Иваном вниз по лестнице в другую часть отеля, запах хлорки бьет мне в нос, прежде чем я вижу зону бассейна. И когда я это делаю, я на мгновение останавливаюсь, глядя на него.
Это невероятно. Огромный, мерцающий круглый бассейн, наполненный темно-синей водой, является центральным элементом комнаты, с беседкой, увенчанной ракушкой, на одном конце, большими золотыми светильниками, свисающими с потолка, и золотыми бархатными занавесками, отодвинутыми по обе стороны в центре. Плитка под моими ногами гладкая темно-синяя, а вокруг бассейна стоят золотые и темно-синие бархатные диваны. В одном конце есть бар, и все это представляет собой картину такой экзотической роскоши, что все, что я могу сделать, это смотреть на него мгновение.
— Разве он не великолепен? — Спрашивает Иван, и я киваю, все еще впитывая все это.
Особенно после времени, проведенного нами в дороге, это кажется самым роскошным, что я делала за долгое время. Иван заказывает нам два фруктовых напитка из бара, и я опускаю ноги в прохладную воду, прежде чем развязать свое парео и снять его.
В тот момент, когда я это делаю, я ловлю взгляд Ивана. Его
