И только об Ирене — она надеялась — не забыв.
Крестьяне переглянулись. Старший — кряжистый мужик с круглой лысиной и светлой бородой в форме совка — поморщился, будто говорить ему было горько на вкус:
— Чудище у нас, господин. Недели две уже, как чудище… В пещерах. Тут, стало быть, пещеры под бережком… А выход у поля. Так… кровушки напилось у работничка, у Ваня… еле жив остался… и в пещеру забилось. И сидит… ране девки в ту пещеру со свечами по грибы ходили — теперь боятся…
Бородач мельком взглянул на Ирену, будто извиняясь за предстоящие ужасные подробности.
— Пошла как-оть одна… еще тогда, ране… А вернулась сама не своя, белая… на шее дырка, и еле стоит… Страху-то набралась. Кровосос, говорит, свечку задул… страшный такой кровосос, с виду как человек, только диким волосом зарос и на четвереньках… Заикается с тех пор. То есть не кровосос заикается — девка… Вы бы, господин рыцарь… успокоили чудище-то. Сил нет боле… бабы ночами не спят… хлопцы работать на поле боятся… А ну выйдет, да пойдет по хатам, да кровь сосать?!
Все, бывшие в комнате, почти одновременно проделали правой рукой одинаковый сложный жест — видимо, отгоняя злых духов.
Ирена сидела, как истукан. Автоматически поглаживала живот.
Она предполагала, что в этом мире водятся сородичи адвоката Семироля. Ни Рек, ни Толкователь не удивлялись слову «упырь»… Значит, вот так? На четвереньках, в пещере…
Интересно, когда погоня преодолеет несложную, в общем-то, водную преграду, возьмет явный, в общем-то, след, и наведается на хутор?..
Она поймала взгляд бескорыстного рыцаря.
И сразу все поняла.
«Рек, мы же спешим…»
«Я давал обет».
Возможно, в благодарность за доброе дело Провидение подарит Реку удачу… И погоня собьется со следа…
Нет, скажет Рек. Я обет давал. И сразу же совершит какую-нибудь гадость, и вереница неприятностей полностью поглотит возможное везение…
— Кого он сосал-то? — сухо спросил рыцарь. — На отпечатки зубов надо поглядеть, что за зверь…
Толпа у дверей — а к тому времени в комнате собралась настоящая толпа — зашевелилась. Вперед вытолкнули девчонку лет семнадцати, в кокетливом вышитом платьице, с жалостливо поджатыми губками.
Воротничок на платье стоял до самых ушей. Что-то мне это напоминает, мрачно подумала Ирена.
Рек встал. Положил руку девчонке на плечо — та счастливо замерла — и отогнул край воротничка…
— Так быстро зажило? — спросил недоверчиво.
— Ч… — сказала девчонка. — Ч… ч…
Губы ее задрожали — уже не притворно, чтобы пожалели. По-настоящему.
— Через пять дней зажила, — сказали от двери.
Ирена, не обращая внимания на удивленные взгляды, встала и заглянула Реку через плечо.
Шрамик на шее девчонки можно было разглядеть только опытным глазом. Длинный и тонкий шрамик, будто белый волосок…
Она села на свое место. Машинально отломила себе еще хлеба. Сунула за щеку.
Рек деловито совещался с мужиками. Заказывал какое-то особое железо, жердь, веревку, фонарь; ему обещали тут же выдать все необходимое, и даже больше. По-видимому, хуторян привела в восторг решимость молодого рыцаря — браться за дело немедля, пока солнце на дворе…
Ирена жевала хлеб. Вкусная корка. Душистая.
Вся беда в том, что она медленно соображает. Все неприятности ее от этого…
— Когда он появился? — спросила она хрипло, но ее никто не услышал.
Тогда она встала, подошла к мужику с совкообразной бородой, без церемоний дернула его за рукав:
— Когда появился упырь-то?
— Упырь? — мужик, кажется, не понял.
— Ну, кровосос ваш…
— Да недели две, — неуверенно сказал мужик. Сомневался он отнюдь не в сроке — сомневался, следует ли отвечать этой странной женщине, что таскается зачем-то за молодым рыцарем, а сама — не скроешь — брюхата…
Недели две.
Десять дней, проведенных в приюте. Три дня, проведенных с Реком в городе… Четыре дня, проведенные в ожидании пропавшего Семироля. Или она сбилась со счета?..
И расстояние от города до хутора…
Хотя расстоянием как раз можно пренебречь. Тут не бывает больших расстояний. Это очень компактная МОДЕЛЬ…
Не особенно сходится. Хотя…
— Рек, — она удивилась своему голосу, неожиданно низкому, хриплому. — Надо поговорить. Срочно.
* * *
До околицы их провожал едва ли не весь хутор; ко входу в пещеру — а его оказалось не так просто отыскать среди камней и высокой травы — рыцарь с Иреной подошли уже вдвоем.
Рек мучился. Брови его страдальчески изгибались — уже не «тильдой», а, скорее, ломаной линией.
— А если вы не правы? А вы ведь скорее всего ошибаетесь, я же не могу рисковать…
— Войдем вдвоем, — устало предложила Ирена. — Берите ваши жерди, клинки… фонарь… Я достаточно скоро пойму, ошиблась я или нет. И быстренько сообщу вам…
— Я не могу рисковать, — повторил Рек с нажимом.
Ирена пожала плечами:
— Ну, в самом крайнем случае буду заикаться, как эта бедная девчонка…
Про себя Ирена подумала, что если она дожила до сегодняшнего дня и до сих пор не заикается — поросший диким волосом кровосос вряд ли сумеет произвести на нее впечатление.
Кровосос в суде куда страшнее. Особенно, если он адвокат…
Вход в пещеру выглядел вполне ïðèñòîéíî. Над узкой черной щелью колыхались красные и синие цветы, звенели в траве кузнечики, валялась, задрав потемневшее дно, маленькая забытая корзинка…
И они ходят сюда грибы собирать? Какие-такие грибы, шампиньоны, печерицы?!
— Ирена, — в мучительным раздумье пробормотал Рек. Даже забыл с перепугу про «госпожу»…
Осторожно ступая, она спустилась вниз по вырезанным в дерне ступенькам. Низко наклонилась, заглянула в темноту…
Захотелось вернуться. Милостиво кивнуть Реку — давай, мол, работай, рыцарь, это твоя профессия…
Вероятно, он обрадуется. Аккуратно отстранит ее плечом, подальше от предполагаемого кровососа, в безопасность… Возьмет свое оружие, самострел, фонарь, жерди… Кстати, зачем ему жерди?..
— Кто здесь? — спросила Ирена шепотом. Никакого отзвука, никакого эха; привыкшие к полумраку глаза различают темный узкий лаз, белесое мочало, образующее как бы занавесочку у входа… Это корни, обратная сторона травы.
— Кто здесь?
Тишина.
— Ян… Ян! Это я, отзовитесь!
Ей померещилось движение в темноте лаза — или действительно там кто-то пошевелился?
Она поймала Река за локоть. Хотела взять фонарь, но рыцарь не позволил. Неподобающая тяжесть… для женщины в ее положении.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
