наседаешь? Охранники в большинстве своём — не профессионалы, так у них ещё и трагедия произошла на борту, главный управляющий погиб. Бедлам! Ген, проверь Артура Авдеева. А ты, Вадим, поспокойней. Твои эмоции могут всё только усложнить.
— Да, — бубню я в ответ. — Извините.
Третий полицейский, Гена, достаёт мобильный телефон и кому-то звонит.
— Алло, Илюх, это Гена. Слушай, можешь пробить, есть ли на базе учёный Артур Авдеев? Ага, ага. Жду. Так. Интересно, ладно. Спасибо, Илюх!
Гена кладёт трубку и пожимает плечами.
— Такого учёного нет, — говорит он. — Во всяком случае, на Венере.
— Да я уж догадался, — мрачно говорю я. — Полагаю, это был один из сектантов Ртути, и он просто пудрил мне мозги.
Полицейские переглядываются.
— Но их ликвидировали ещё на Земле, — говорит Ден. — Там, говорят, была дикая заварушка. Едва ли кто-то выжил. А скорей всего, там ещё и невинные за компанию пострадали.
— Да, но один из них живой и здоровый. И сейчас, я полагаю, сидит у вас в изоляторе, — возражаю я. — И… если честно, я с ним говорил. По его словам, Ртуть — старая организация, она существует много лет, зародилась ещё в Международном институте искусственного интеллекта и робототехники, когда они над Амальгамой работали. Именно они пустили её, куда не надо. В каком-то смысле, это Ртуть уничтожила мир. Ну, если верить его словам.
Полицейские переглядываются.
— Та-а-ак, — грузно вздыхает лейтенант. — Странно, что именно тебе он это рассказал.
— Вы меня хотите в чём-то обвинить? Ну валяйте, я уже привык.
— Вадим, хамить мне не в твоих интересах. И нет, я ни в чём тебя не обвиняю. Просто констатирую факт. Перед охраной не кололся, перед нами не колется, а тебе всё выложил. То, что манипулировал он тобой — это понятно. Вопрос, правдива ли его история, или он ерунды наплёл для драматизма. Надо организовать проверку всех новоприбывших.
Отлично, хоть эти свою работу делают!
— В общем, к чему я это всё, — продолжаю я. — Их может быть сколь угодно много. И Артур… или как его на самом деле зовут… В общем, он умён и изобретателен. И вполне мог завести твинк. Ну, фальшивый аккаунт.
— Мы знаем, что такое твинк, — говорит Гена. — Homeland защищена от таких вещей.
— Любую защиту можно обойти, — возражаю я. — Тем более, защиту метавселенной, у которой нет какого-то стратегического или тактического назначения. Блин, да это практически компьютерная игра! Думаете, они сильно заморачивались над безопасностью?
В воздухе повисает тишина. Кажется, они обдумывают мои слова.
— Сержант Самойлов, займитесь поиском сектантов, — наконец говорит лейтенант. — Немедленно.
— Так точно, товарищ лейтенант, — отчеканивает Гена и выходит из допросной.
Лейтенант важно наклоняется ко мне и меняется в лице. По этому выражению лица сложно вообще что-либо понять: натуральный покерфейс.
— Твоя история, Вадим — это палка о двух концах. Нет, ты не подумай, я тебе верю. Но пока Артур не будет найден и мы не убедимся, что ты лишь жертва, а не соучастник, ты остаёшься под подозрением. До окончания расследования ты отсюда не выйдешь. Но думаю, тебе это и так понятно.
Отлично! Меня ещё и лишают возможности попытаться спасти ситуацию. Где-то там бегает сектант, который поддерживает со мной связь, и он наверняка в любой момент готов завербовать кого-то ещё. А меня просто отрезают от него!
— Я мог бы связаться с Артуром, — говорю я. — Он наверняка ждёт, что я выйду на связь. Думаю, он уже придумал новый план и вовлечёт меня в него, если я сделаю вид, что ещё верю ему.
— Вряд ли, — полицейский ухмыляется. — Ты же уже провалил предыдущий план. Он наверняка вовсю ищет другого исполнителя. А если выйдешь с ним на связь — только спугнёшь. Действовать надо аккуратно. Если у него и правда твинк, ваша встреча не даст нам никакой полезной информации. Повязать в виртуальности мы его тоже не сможем. В нашем распоряжении только реальный мир, и в нём ты бесполезен. Уж прости, но ситуация такова, что тебе лучше не высовываться.
— А если я предложу ему встретиться на Венере?
— Спугнёшь ещё сильнее. Ты будешь придумывать причины для встречи, а он будет слышать только одно: «Ловушка».
В чём-то он прав, конечно. Получается, всё, что я могу — давать показания, делиться мыслями и ждать. Ждать и верить, что всё обойдётся.
Интересно, сколько способов уничтожить нас всех прямо здесь найдёт Ртуть и как скоро это произойдёт?
— А вы можете проверить его аккаунт? — спрашиваю я. — Если у него твинк, это сразу станет видно. Так ведь?
— Так-то оно так, — говорит Ден. — Но не можем, увы. Виртуальность администрируется с Луны, но они даже на связь не выходят в последнее время. А у наших айтишников есть доступ только к моделированию окружения. Да и опять же, новой информации нам это не даст.
Ну вот и всё, идеи кончились. Похоже, остаётся только надеяться, что они всё-таки его найдут как можно быстрее. Но почему-то я в этом сомневаюсь.
— Ладно, — говорит лейтенант. — Мы с тобой закончили, Вадим. Благодарю за содействие.
На моих запястьях вновь смыкаются наручники, а после меня уводят. Что ж, надеюсь, в новой камере будет хотя бы не так сильно вонять.
#010 // Венера // Аврелия
Раньше безделье не было для меня проблемой. Я спокойно сидела на стуле и пялилась в стену, пока мне не отдадут команду. Сейчас же я маюсь от скуки.
Вот Даня как раз сидит на диване и смотрит в стену. Неужели я была такой же? Ну, почти такой же. Чувство, будто я проснулась и стала по-настоящему осознавать себя, а раньше была каким-то овощем.
Хотя я ему даже завидую. Ни забот, ни гнетущих мыслей. Только лёгкая и приятная пустота.
Я прогуливаюсь по комнате, поглядывая в окно на вымершую Москву. Город очень красивый, но без людей он кажется скучным, бессмысленным. Есть в этом что-то неправильное и даже зловещее.
Кажется, там, вдалеке, где-то во дворах между невысокими пятнадцатиэтажными домами, я замечаю, как из подъезда выходят два человека и будто бы о чём-то спорят. Это напоминает мне о том, что я здесь всё-таки не одна. На душе становится поспокойней.
Я
