— Литинская… — отрицательно качает он головой.
— Почему?
— Она маленькая.
— А ты ласково!
— А я не умею Сверху «ласково»!
Она с вызовом смеется.
— Давай, Аронов! Малышка хочет вниз… Ты вверх… Не тормози, уТОПим ее!!
Достав сигареты, он щелкает зажигалкой и прикуривает:
— НЕТ.
Крис снова смеется. Возбужденно, хрипло.
— Посмотрим…
Я не въезжаю полностью в их диалог. Я кайфую от того, как сигарета касается его губ, как идеально она лежит в его пальцах. И даже дым, который выпускает он изо рта идеальный.
Крис стягивает с меня мою пышную юбочку, освобождает грудь от корсета. Все мое тело под одеждой каллиграфично расписано черными надписями и украшено блеском и золотыми вязями, оттеняющими черные надписи. На гладком лобке мерцающие языки пламени.
Глаза Аронова увеличиваются. И его опять сносит туда, откуда он с таким трудом вынырнул. Он шипит от возбуждения, оскаливаясь на меня.
Наматывая волосы на руку, Крис вынуждает развернуться меня спиной к нему.
— Разведи бедра…
Могу я ослушаться этого властного тона? Не знаю. Я не хочу… и я развожу, тихо постанывая.
— Почитаем эту книгу, Мастер? — мурлыкает Крис ему. -
И от того, как вкрадчиво и значительно она произносит это «Мастер». Верю!! Мастер!!!
Боже…
Как меня зовут?!
И закрывая глаза, я плавлюсь, плавлюсь, плавлюсь…
Палец Крис скользит вдоль моего позвоночника, проходясь между ягодиц и обратно. Там надпись:
— «Каждая куколка хочет, чтобы в неё поиграли…»
Глава 35 — Новый год (часть 8)
Ладонь Крис скользит мне на ягодицу. Шлепок.
— Ау… — больно!! Но все взрывается удовольствием в момент шлепка, мои глаза закатываются от остроты ощущений.
Кожа горит!
Еще… еще…
— Литинская… — хрипит он. — Этого не будет.
— Как хочешь… — провокационно мурлыкает она. — Ты же хочешь?
Разворачивает меня лицом к нему, усаживая попкой на пяточки, перехватывая за шею, немного выгибает.
— Вот так… Очень красиво!
Спрыгнув с кровати, Крис стягивает с себя платье, оставаясь в чулках и кружевном белье. Обходит кресло и что-то очень жаркое шепчет ему на ухо. Его глаза медленно возбужденно моргают. Вытягивает из его пальцев сигарету, отстраняется. Делает глубокую затяжку, выпуская дым вверх. Выкидывает сигарету в окно, закрывая его следом.
И теперь они оба так смотрят на меня, что я чувствую себя скорее жидкой, чем плотной. Очень мокро… и я утекаю куда-то, начиная терять связь с реальностью. Мои хищники… разорвите меня!
По венам течет предвкушение.
— К его ногам, детка… — кивает мне Крис на его колени.
Мне хочется к его ногам! Я завидую этим подлокотникам, которые сжимают его пальцы. И медленной кошечкой, не сводя с него глаз, я ползу к его коленям.
Он разводит их рефлекторно, позволяя мне добраться лицом до ширинки. Закрываю глаза и трусь щекой о твердый член. Прикусываю через одежду, ощущая, как его бедра сокращаются под моими ладонями.
Его пальцы ложатся мне на губы. Они пахнут сигаретами и его парфюмом. Касания небрежные… Это то, что надо! Я приоткрываю рот, позволяя ворваться пальцам внутрь.
Мой язык кружится по ним. Он неторопливо трахает мой рот.
И это горячее горячего, черт возьми!
— Ну, посмотри какая сладкая… — шепчет Крис, — какая послушная девочка… Лепи всё, что хочется… Тебе же нужно это, Аронов!
— Бл*ть, Крис… — стонет он.
— Сломай эту куколку, — шепчет она. — Давай… как ты умеешь… как ты любишь… это мой подарок тебе!
— А если я ее потом не налажу в первоначальную версию?
— Значит, будет какая-то другая версия.
Он саркастически смеется, и его глаза останавливаются на моих.
Соглашайся, — моргаю ему я.
Отпуская изо рта его пальцы, я тянусь языком к ремню и вылизываю его пряжку.
Его глаза становятся еще пьянее. Перехватывая за подбородок, он отстраняет меня, слегка шлепая по щеке и строго нахмуривая брови.
— Я же сказал — нет.
Но его жест, и его тон, и всё, что происходит сейчас — это же откровенное ДА!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
И я игнорирую, облизывая его ладонь.
У него очень чувствительные кисти, особенно…
Прикусываю край ладони у мизинца, проходясь языком по коже.
— Мм… — подавляет он стон.
— Сдавайся, Аронов.
— Годика через… — на его лице мелькает страдальческое выражение. — …пол. Если доживу.
— Ну, вот что ты за человек?! — психует на него Крис. — Не хочешь так?! Хорошо…
Заходит за кресло, рывками расстегивая пуговицы на его рубашке, стягивает с него. Он позволяет, расстегивая рукава сам. Красивые наманикюренные пальчики Крис скользят по его грудным мышцам.
Мне нравятся ее руки, мне нравится его торс. Не вычурно перекачанный, но крепкий и рельефный. Мне нравится… в нем абсолютно все. Он мое совершенство.
И я не понимаю, почему он отказывается поиграть с нами. Потому что Крис — тоже совершенство!
На самом деле я всё понимаю. Но это понимание где-то очень глубоко, совсем в другой версии меня. А сейчас, я просто их кошечка… куколка… игрушечка!
И мои глаза словно приклеенные исследуют его тело, вслед за ее пальчиками.
Воздух становится вязким, его сложно вдыхать.
Крис присаживается сзади меня и втыкается своими хищными коготками ему в колени. Требовательно разводит их чуть шире.
— Не хочешь «поломать» сам… я сломаю ее об твое «не хочу».
— Интересно как? — ухмыляется он.
— Вот так… — тянет она замок его ширинки вниз.
Подчиняясь плавной тяжелой музыке, мы двигаемся с ней унисон, красиво сплетаясь телами. Наши руки тянутся к ремню, он позволяет нам расправиться с пряжкой.
Запустив пальчики мне в волосы, Крис сжимает их на затылке, и управляя так, касается моими губами головки его члена. Облизывая губы, прохожусь языком по нему. От мускусного мужского запаха голова кружится.
Открываю рот, чтобы обхватить его губами, но Крис тянет меня обратно, не позволяя. Мы смотрим с Олегом друг другу в глаза, я вижу, как он тихо рычит на Крис.
— Не двигайся. Пусть берет сам…
Давит мне на затылок снова, я опять облизываю губы в момент касания. Он завороженно рассматривает наше соприкосновение.
— Еще, — вздрагивают его ноздри.
— Возьми, Аронов, — оттягивает она меня.
Ее руки спускаются туда, где мне хочется их чувствовать сильнее всего. Сжимает.
Слепну от ощущения.
С раздражением взрываясь, он перехватывает меня за затылок, второй рукой обхватывает у основания член и неожиданно резко вталкивает мне в рот. От остроты ощущения я кончаю, врезаясь ему в бедра коготками. Меня передергивает в руках Крис, и я отстраняюсь от него пытаясь отдышаться.
Они оба возбужденно шипят. Олег нетерпеливо оскаливается.
— Нет… нет… — просовывая большой палец мне в рот, Олег заставляет разжать челюсти. — Если твой рот будет открыт, ощущения будут более глубокими и длительными. Не сжимай зубки, когда кончаешь. И если у тебя во рту член, бери его глубже в горло. Это расслабит тебя… будет более остро.
Куда уж острее! — постанываю я.
— Наша чувствительная девочка… — целует меня в шею Крис.
— Она кончает не от ощущений, — хрипло… — от эмоций. Никогда не встречал а-натурель раньше. Только в Теме, у идеально выдрессированных саб. Но чувствительная, да…
Я кайфую, от того, что они обсуждают меня в третьем лице. Есть в этом что-то такое… Пронизывающее, обезволивающее и расслабляющее. Я куколка, да!
Крис снова оттягивает меня от него.
И он уже не сомневаясь, перехватывает меня, снова насаживая ртом на свой член. Закрывая глаза, я двигаю губами и языком по нему, подчиняясь ритму, который задает он, перехватив меня за шею.
В какое-то мгновение я ощущаю физически, как он перестает загоняться и сдается этой ситуации. Губы Крис скользят по моему ушку, мои губы по его члену.
Его пальцы рисуют умопомрачительные рисунки на моем затылке, иногда подталкивая меня интенсивнее.
