– Может, им движет болезненное честолюбие? – спросила Джорджина. – Ему скоро шестьдесят. В таком возрасте перспектива сделаться газетным магнатом вполне может показаться ему привлекательной. Пример Максвелла более чем показателен. Он не тщеславен?
– Нет, Джорджи, – возразил Джо. – Называй это журналистским чутьем или как хочешь, но тут что-то неладно. Купер явно замыслил какую-то крупную аферу.
– Чутье – это, конечно, хорошо, – вздохнула Джорджина, – но мне хотелось бы иметь хоть какие-то доказательства.
– Есть у меня кое-какие мысли, – признался Джо, – но это тоже скорее гипотеза. Помнишь Стюарта Петейсона?
Джорджина наморщила лоб, потом отрицательно покачала головой.
– Он возглавлял отдел в одной британской газете, потом в Лондоне околачивался. Вроде оступился где-то. Поговаривают, что его уволил… Забыл, как его зовут. Сейчас он занимает пост исполнительного директора «Трибюн».
– Эндрю Карсон?
– Вот-вот. Несколько лет они работали в одной упряжке. Во время апартеида Петейсон был корреспондентом «Трибюн» в Южной Африке, а потом скомпрометировал себя с какой-то бабой.
– Все это очень любопытно, Джо, – не скрывая нетерпения, перебила его Джорджина, – но при чем тут Купер?
– Не гони лошадей, – улыбнулся Джо. – Пару недель назад мы выпивали с Петейсоном в пабе «Пес и кортик», что на окраине Соуэто. Он вдруг разговорился про Карсона и Купера. Тогда это показалось мне просто пьяной болтовней, но теперь, кто знает, может, и стоит взглянуть на это под другим углом.
– А где мы можем его найти? – живо спросила Джорджина, допивая вино и снимая со спинки стула жакет и сумочку.
– Мы?
– Пожалуйста, Джо, помоги мне. – Джорджина улыбнулась и беспомощно развела руками.
– Ах, негодница! – Джо укоризненно покачал головой. – Прекрасно знаешь, что перед твоей улыбкой я устоять не в состоянии, вот и пользуешься этим. – Немного помолчав, он добавил: – Хорошо, я его найду, но только сам, без тебя.
Джорджина попыталась возразить, но Джо был непреклонен:
– Или я иду к нему в одиночку, или все отменяется.
Джорджина полезла в сумочку и достала диктофон.
– Господи, Джорджи, за кого ты меня принимаешь? – возмутился Джо, хлопая себя по внутреннему карману пиджака. – Я с магнитофоном не расстаюсь. Разве что в кровать с собой не кладу. Не волнуйся, я все запишу, а потом позвоню тебе. Завтра же.
– Попробуй сегодня, Джо. Прошу тебя.
Паб «Пес и кортик» на окраине Соуэто был оформлен в английском стиле. Люди в здравом уме по вечерам туда, конечно, не заглядывали. Опасность грозила на каждом шагу. Однако Джо иногда там бывал. Никто особенно не удивился, когда он появился там снова. Внутри стоял неприятный кисловатый запах – смесь табака, пота и перегара. Пепельницы были доверху заполнены окурками и пеплом, на скатертях желтели пятна пива.
Джо присоединился к мужчине среднего возраста, сидящему на табурете у стойки бара. Тот даже головы не повернул в его сторону. Лишь когда Джо заказал выпивку для себя и для него, мужчина удостоил его взглядом.
– Ни хрена себе! – выпалил он. – Джо Ламли, собственной персоной. Не часто ты сюда захаживаешь. – Придвинув к себе кружку пива, он с нежностью уставился на пышную пену.
Джо пристроился на соседнем табурете. Процедура получения необходимых сведений никогда не менялась: требовалось лишь время, терпение и умение. К его приходу Петейсон был уже навеселе. Они выпивали пару часов, непринужденно болтая о том о сем, прежде чем Джо завел разговор о Купере.
– А что это ты вдруг им заинтересовался? – с подозрением осведомился Петейсон.
– Один американский журнал пообещал мне приличные бабки за аналитическую статью, посвященную его персоне, – соврал Джо. – Столько, сколько я здесь за полгода не срублю. Беда только, что срок крайне сжатый. Так что мне нужна помощь. Я не поскуплюсь и за любые стоящие сведения готов заплатить. Знаешь кого-нибудь, кто может мне подбросить информацию?
Петейсон не только любил заложить за воротник, но также увлекался женщинами и азартными играми – все удовольствия не из дешевых. Он постоянно залезал в долги.
– Ты не ответил на мой вопрос, – сказал он. – Чем вызван столь внезапный интерес к Куперу? Обычный, насквозь прожженный и коррумпированный деляга, которых в Южной Африке пруд пруди.
– Не я устанавливаю правила игры, Стюарт, – ответил Джо. – Так ты знаешь кого-нибудь, кто может подкинуть мне материальчик? Меня особенно интересуют его контакты с лидерами мятежников. Говорят, он снабжает их деньгами и оружием, а те обещают предоставить ему полный контроль над средствами массовой информации, когда придут к власти. Ты в курсе?
– Сколько?
– За достоверные факты – десять тысяч долларов.
– Гони двадцать, и ты получишь достаточно доказательств, чтобы похоронить этого мерзавца.
Когда внизу зазвонил телефон, Джорджина крепко спала в спальне на втором этаже. К телефону она подбежала одновременно с отцом.
– Должно быть, опять твой жених, – сказал он, вручая ей трубку. Нед трезвонил ей по пять раз в день, но на сей раз это был не он.
– Привет, Джорджи, это Джо. Не могу сказать точно, но, похоже, Стюарт влип в неприятную историю. В последнее время он по заданию Карсона копался в темных делишках Купера. Он утверждает, и я записал это на диктофон, что за информацию Карсон не заплатил ему ни пенса.
Джорджина насторожилась:
– За какую информацию, Джо?
– Петейсон располагает копиями документов, из которых видно, что Купер финансировал лидера мятежников Сьерра-Леоне, этого головореза Мосику.
– Фантастика! Значит, ты это записал?
– До последнего слова.
– Мне нужны копии этих документов, – заявила Джорджина.
– Завтра вечером мы встречаемся снова, – сказал Джо. – Стюарт обещал принести их. Не знаю только, сумею ли наскрести сумму, которую он за них требует…
– Ты не обязан платить вперед, Джо. Сначала нужно посмотреть, что это за бумаги.
Очередное заседание совета директоров группы «Трибюн» было назначено на ближайшую среду, на половину одиннадцатого утра. По подсчетам Карсона, редакции «Сан» потребуется сорок восемь часов для подготовки к публикации материалов по Куперу. Разумеется, они все надлежащим образом проверят и перепроверят, но времени терять не станут. Уж очень велик был соблазн уничтожить босса второй по влиянию газетной империи в стране.
Курьер получил конверт с дискредитирующими Дугласа Холлоуэя материалами в ту самую минуту, когда Джорджина вышла из дома в Йоханнесбурге и села в машину, чтобы ехать в аэропорт.
Всю дорогу до аэропорта Джорджина волновалась как никогда. Джо два дня клятвенно обещал, что доставит документы до ее отъезда. Петейсон, похоже, водил его за нос или, протрезвев, начинал сомневаться, стоит ли рисковать.
