— Нажми на паузу, — попросила я.
Никки сделал то, что я попросила. Мы оба наклонились к экрану, пытаясь все это осмыслить.
— Боже, я думаю, это — вампиры.
— Почему ты так решила? — спросил он.
Я поняла, почему он задал этот вопрос; неповрежденные тела были покрыты таким же большим количеством крови, как и куски.
— Они не разорваны, и посмотри, там, у одного из них во рту видны клыки. Похоже на то, что они улеглись спать на кучу ими же убитых людей. Кроме того, если бы они были уцелевшими жертвами, их бы забрали для оказания медицинской помощи в том случае, если бы они не были мертвы.
— Ты когда-нибудь такое видела раньше? — поинтересовался Никки.
— Нет, — ответила я.
— Хочешь, чтобы я перемотал запись на начало?
— Нет, не хочу, но все равно перемотай.
Он даже не попросил объяснений. Я думаю, что мой новый ручной социопат не получал наслаждения от этого шоу, впрочем, как и я.
Камера поехала вверх и сфокусировалась на фигуре в гробу. Казалось, что тело плавает, так много вокруг него было крови. Откуда ее там столько взялось? Как будто они подвесили мертвых над гробом и выпустили им всю кровь, но в этой комнате не было ничего, с помощью чего это можно было бы сделать.
— Словосочетание "неаккуратный убийца" приобретает новый смысл, — заметил Никки, и в его голосе прозвучало то, чего я не слышала на протяжении того года, что он был с нами: глубокое изумление и испуг.
Труп в гробу выглядел старым, как будто они положили в кровь плохо разложившееся тело. Затем я увидела клыки в зияющем черепе и поняла, что это был Мастер. В него разрядили дробовик, так что верхняя часть его головы отсутствовала, но челюсть была не повреждена. Его грудь также была прострелена, и сгустившаяся кровь скопилась в отверстии, где раньше было сердце.
— Не знал, что вампиры разлагаются оттого, что их застрелили, даже если они умерли, — произнес Никки.
— Большинство — нет, — сказала я.
Дамиан стоял позади нас. Он проговорил:
— Только потомки Любовника Смерти гниют так же, как этот.
— После своей смерти, — сказал Никки.
Тогда у меня появилась плохая, очень плохая мысль. Я вытащила телефон из заднего кармана и набрала номер Маршала Финнегана. Он ответил с первого гудка.
— Вы быстро, Блейк.
— Я знаю, что вы должны сначала собрать все улики, прежде чем сжечь место преступления, но скажите мне, что истребитель вампиров на этот раз уже сделал это.
— Морган убил Мастера Города. Отрубил ему голову и вынул сердце. Мы уже слышим жалобы адвокатов вампирского лобби на то, что мы, возможно, приговорили всех подчиненных вампиров на своего рода смерть. Якобы без своего Мастера они могут не проснуться с наступлением темноты, но мы узнали также, что низшие вампиры, которые все-таки проснутся, будут в порядке. Когда Мастер Города сходит с ума как этот, достаточно его убить или ее, и безумие исчезнет вместе с ним. Мы пытаемся пощадить большинство вампиров, совершивших тяжкие убийства, а их дневные адвокаты все равно продолжают жаловаться.
— Вы в принципе правы, но, Финнеган, Мастер Города — гниющий вампир. А такие как он не умирают, если им отстрелить голову и сердце. Единственная причина, по которой он не встал и не сожрал вашего истребителя, состоит в том, что был день, и он не мог подняться так рано. Но если он столь же стар, как и большинство встреченных мною подобных тварей, то он, возможно, очнется в конце дня или уж, совершенно точно, когда наступит полная темнота. Хуже всего то, что некоторые из нетронутых вампиров могут не гнить до тех пор, пока их не застрелят, таким образом, у вас может оказаться целый склеп такой дряни.
— Звучит плохо.
— Финнеган, выведите оттуда своих людей.
— Вы помогли издать новый закон, который вынуждает нас оставлять низших вампиров в живых, когда мы уверены, что их Мастер Города съехал с катушек, — сказал он, — Теперь вы говорите мне, что он собирается убить моих людей.
— Я говорю, что съехавший с катушек Мастер Города все еще жив, и когда достаточно стемнеет, он поднимется, и все его вампиры очнутся вместе с ним и продолжат убивать людей. Новый закон действует только в том случае, когда Мастер Города действительно, воистину мертв.
— Я попытаюсь очистить место преступления. Хотя надеюсь, что вы ошибаетесь. — Он повесил трубку.
— Твою мать, — воскликнула я. — Как он сказал, зовут этого истребителя?
— Морган, — ответил Никки.
— Я работала с ним однажды, если это не какой-то другой Морган. — Я просматривала свои контакты, молясь, чтобы его имя там было. Я нашла его и нажала кнопку набора. Я молилась, пока шел гудок. Пожалуйста, сними трубку, пожалуйста, ответь.
— Блейк, похоже, вы посмотрели видео.
— Морган, где вы?
— В Атланте, — сказал он.
— Нет, где именно вы находитесь?
— Я не в склепе на тот случай, если кое-кто из низших вампиров проснется все еще сумасшедшим.
— Техники все еще там?
— Еще час, и там никого не будет, кроме меня.
— Выведите их. Выведите их, сейчас же!
— Я позаботился об этом, Блейк. Он не поднимется.
— Он — гниющий вампир, Морган. Они не умирают, когда вы уничтожаете их мозг и сердце. Даже солнечный свет, возможно, не сделает этого. Огонь — единственное, в чем можно быть уверенным, но и тогда пепел нужно развеять над текущей водой.
— Он не гнил, пока я не выстрелил в него, Блейк. Когда они становятся похожи на труп, они мертвы.
— Он не превратился в труп, Морган, он начал гнить. Это — разные вещи. Пожалуйста, поверьте мне. Уведите оттуда своих людей и сожгите все там.
— Мы все еще вытаскиваем тела, Блейк. Я не могу сжечь улики. Мы еще даже не начали идентифицировать мертвых.
Я боролась с желанием закричать.
— Морган, просто сделайте, как я говорю. Просто предположите, что я права, и, по крайней мере, уберите из склепа персонал, хорошо? Просто сделайте это, и позже мы обсудим все, что захотите. Пожалуйста, Боже, пожалуйста, сделайте для меня эту единственную вещь.
— Вы действительно думаете, что он — настоящий гниющий вампир? Они очень редко попадаются в Соединенных Штатах, — сказал он.
— Да, это — так, но просто на всякий случай, Морган. Хуже не будет, если вы выведете техников и полицейских.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
