— Есть такое дело! — согласился лодочник. — Есть и огненные реки, и реки переполненные гноем и дерьмом, и другой дрянью. А вот лодочка моя меня ни разу не подводила! Второй такой посудины, если не считать Хрюмовского Нагльфара, больше нет! Давайте, залезайте!
Сотников перепрыгнул через борт и уселся на низенькой скамейке. За ним последовал Таранов и Дубов. Призрак взмыл в воздух и опустился на лавочку возле Прохора.
Лодочник наметанным глазом оглядел свой утлый челнок и поинтересовался:
— Все что ли? Тогда отчаливаем.
Он оттолкнул лодку от берега и ловко запрыгнул в нее, даже не замочив сандалий.
— Ну-ка, подвинься! — сказал Харон Сотникову, пристроившемуся на корме. — И весло подай!
Мерные гребки кормчего отгоняли лодку все дальше и дальше от берега.
— Никогда не думал, что повезу смертных в Аид просто так, — признался лодочник. — О плате с духов я уже и не говорю, а вот смертные…
Он покачал головой.
— Можно подумать ты раньше никого не перевозил просто так! — воскликнул Прохор. — А Геракл и…
— Ну, то дела давние, — стушевался лодочник. — А и попробовал бы я не перевезти, он бы меня в бараний рог свернул! Крутой был мужик! А так только с золотой веткой… Или вон как его, — лодочник мотнул веслом, указывая на Прохора, — с кадуцеем!
Путешественники тем временем пялились по сторонам.
— Красиво тут у вас, — заметил Таранов. — Зелень, тишина…
— Погоди, — предостерег его лодочник, — это только преддверие Аида — Лимб, а там не так уж и весело! Наслаждайтесь, — он гнусно хихикнул, — пока можете!
Лодка покачивалась на волнах и постепенно набирала ход. Река петляла. Лодка прошла очередной поворот, и путешественники увидели на горизонте очертания недалеких гор. Река бежала прямо к ним.
— Странно, — заметил Таранов, — реки обычно текут вниз, то есть от горы. А эта…
— Это не простая река! — ответил лодочник. — Это Ахеронт, он опоясывает Аид. То ли еще будет…
Вскоре стало заметно, что река вливается в огромную пещеру, и исчезает в её огромной мрачной глубине.
— Держитесь покрепче! — сказал Харон, когда лодка приблизилась к пещере. — Сейчас прокатимся с ветерком!
Когда они проплывали под аркой, Таранов заметил старую надпись, выбитую в скале.
— Что она значит? — спросил он Харона. — Неужели: входящие, оставьте упованья?
— Ты угадал! — усмехнулся лодочник. — Именно это она и гласит!
— Бля! — выругался Сотников. — Не думал, что живым попаду в ад!
— Если выживете, о вас будут слагать легенды! — успокоил попутчиков старый лодочник.
— Нам бы просто выбраться, — пошутил Дубов, — а легенды можете оставить себе.
Становилось все темнее и темнее, лодка ощутимо набирала ход. Таранов обернулся и тоскливо посмотрел назад, туда, где маленьким ярким пятачком светился покинутый солнечный мир.
— Держитесь крепче, — предупредил Харон, — сейчас будут пороги…
Он не успел договорить, лодка взбрыкнула, словно необъезженный жеребец и зарылась носом в воду. Всех обдало холодными брызгами.
— Вода не ядовитая? — перекрикивая шум потока, спросил Прохор.
— Не, здесь еще ничего! — ответил Харон. — Даже пить можно! А вот дальше нужно будет остерегаться!
Лодку мотало из стороны в сторону как будто детский бумажный кораблик. Путешественники вцепились побелевшими пальцами в деревянные лавки, не зная чего ожидать дальше. Лишь Харон с невозмутимым видом сидел на корме, отталкиваясь веслом от каменных стен, если поток бросал утлое суденышко слишком близко к ним. Как Харон умудрялся видеть в абсолютной в темноте, для всех оставалось загадкой. Но старый лодочник ничуть не тяготился отсутствием света, он даже успевал предупреждать попутчиков о новых опасностях, попадающихся на их пути.
— Пригнитесь! — рявкнул он в очередной раз. — Еще один поворот и тоннель кончится!
— Ну, наконец-то! — выдохнул промокший до костей Прохор.
Суденышко резко завернуло, меняя направление. В тоннеле стало ощутимо светлее — впереди показался выход. Лодку тряхнуло на подводных камнях еще раз. Она вылетела на открытое пространство и с размаху шлепнулась о стоячую водную гладь.
— Уф! Прокатились! — Таранов отер забрызганное водой лицо. — Это почище американских горок! А куда мы попали?
Таранов огляделся: пустынные берега, заросшие камышом и осокой, кувшинки, пятачки зеленой ряски.
— Похоже на озеро. Это что, Коцит?
— Если бы мы грохнулись в Коцит — костей бы не собрали. Оно вечно замерзшее озеро. В лед вморожены души грешников…
— А это Ахерусейское озеро! — догадался Дмитрий.
— Да, — согласился с ним лодочник. — Оно постепенно переходит в Стигийское болото. Когда-то это озеро наполняла кристально чистая вода, но со временем оно заросло. Когда-нибудь болото проглотит это озеро. Ладно, нам нужно двигать дальше!
Харон вновь принялся работать веслом. Лодка, разгоняя носом ряску, двинулась в сторону Стигийского болота.
— Вот, — Харон вытащил откуда-то из-под заношенного хитона ворох несвежих тряпок.
— Намотаете вокруг лица, — сказал он, — иначе рискуете задохнуться в смраде болота.
Дубов с сомнением оглядел тряпку, предложенную лодочником. Понюхал её.
— Не очень-то она чистая…
— А я в прачки не нанимался, — отрезал Харон. — Но ты как знаешь. Но, предупреждаю сразу: от вони Стигийского болота с непривычки глаза на лоб лезут! Если выдержишь — честь тебе и хвала! А нет… На нет и суда нет, — закончил он свою тираду.
— А чего себе не повяжешь? — ехидно поинтересовался Сотников.
— Поплавал бы ты с мое, — пренебрежительно ответил Харон, — тоже бы принюхался. У меня от вони только глаза слезятся. А так — ничего! — гордо закончил он.
— Слушай, старина, я слышал, что в Аиде разных чудовищ водится немеряно. Правду базарят, или тоже фигня? — спросил Сотников, подозрительно разглядывая окрестности.
— Раньше много всякого добра водилось, — охотно откликнулся лодочник, — а теперь… Даже и не знаю. Большую часть герои перебили, а некоторые сами вымерли. А ты чего, боишься, да?
— Да нет, сафари хочу устроить, — шутливо отнекивался Олег, — поохотиться. Покажешь рыбные места, а, Харон?
— Покажу, покажу, — глумливо отвечал старик, — только смотри, в штаны не наложи!
Мрачное царство Аида огласил здоровых смех, которого не слышали здесь наверное с самого момента существования загробного царства.
Неожиданно налетевший ветерок принес с собой резкий канализационный запах.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
