Он ничего об этом не говорил.
— Такие имена… Я никогда их не забуду. Визайтон, Визайгур, Визайбис.
— Отправляйся со мной на другие земли. Вдруг мне нужна будет помощь.
— Я останусь со своим народом. Если Владыка и вправду воскрес, он сам позовет меня. Сейчас это только наши догадки. Я нужен своему народу. Может, никто и не возвращался вовсе, ведь если не ты, то кто мог это сделать?
— Ты прав, кроме меня некому это сделать.
Анункасан не хотел говорить о том, что у него есть сын-проводник.
— Ищи его там, откуда ты прилетел. Если он вернулся… будет война.
— Я не смогу каждый раз летать сюда и рассказывать о том, что удалось узнать.
— Если он воскрес и обрел силу, значит, мы будем слышать друг друга. Так же хорошо, как ты слышишь орлеана. Так же хорошо, как слышишь меня сейчас.
— Значит, он все еще мертв. Или это предзнаменование, что он скоро вернется в наш мир.
Оба проводника были взволнованы, но больше ничего и не происходило, никаких рычаний или шепотов. Они сошлись на том, что пока просто будут ждать.
Когда Анункасан улетел, Куву долго сидел в размышлениях. Он доверял Анункасану, но тот явно что-то скрывал.
Они оба не знали, почувствовали ли что-то проводники с двух других континентов. А они почувствовали, и ждали нового знака. Но все затихло. Все затихло, словно никакого видения ни у кого и не было.
Глава 16. Варвары
Вырвавшись из Медеуса, все почувствовали облегчение, особенно Араксан. Ночью он мог выходить из своего укрытия, чтобы справить нужду. Эрик отвлекал стражу, чтобы Араксана никто не заметил. Джоан тоже пришлось нелегко: из слуг с ней отправили только одну женщину, которая вряд ли могла ее как-то защищать. Поэтому сопровождать ее по нужде ходил пес, который всегда радостно вилял хвостом, но при этом, только отойдя от посторонних глаз, хохотал что есть мочи, пока она пряталась в кустах.
Фред не понял, откуда появилась такая послушная большая собака, но Эрик отмахивался, что это пес Джоан и он всегда был в замке. Просто на него не обращали внимания. Отчасти Эрик понимал, что врать другу нехорошо, но, с другой стороны, Уильям и правда там жил. Неоднократно играл с Фредом в азартные игры, гулял ночи напролет, ну а остальные детали про превращения уточнять пока необязательно.
Джоан часто садилась верхом на рыжего. Размять ноги было необходимо, да и в карете сидеть скучно, хотя Эрик развлекал ее как мог. Они уже не смотрели друг на друга с таким презрением, но она постоянно подчеркивала, что все еще не простила. С одной стороны, он не хотел ее добиваться, привыкнув к тому, что все девушки сами запрыгивают к нему в постель, но с другой, ему были нужны от нее наследники.
Полпути было пройдено, и кроме нищих и крестьян по дороге никто не встречался. В безоблачный день к Джоан подъехал Эрик. Он показал ей каменную статую лошади, мимо которой они проезжали. Статуя разделяла территорию двух королевств, а значит, они ступили на земли Элрога. Они ехали по тракту в том месте, где лес был только с правой стороны. Слева раскинулись луга, открывая взор на скалы, которые находились очень далеко.
— Вернемся в карету? — предложил Эрик.
— Давай еще немного прокатимся? — Джоан была в хорошем настроении.
— Как скажешь, но даже я подустал. С утра без остановок.
— Я теперь не устаю как раньше, так что можешь слезать, — она остановилась.
— Ну уж нет. Ты же не хочешь опозорить меня перед моими людьми. Что такое? — Он уставился на нее, понимая, что она не слышит. — Джоан?
Она приложила палец к губам, призывая его замолчать. Громкий лай собаки нарушил тишину, конь под Джоан начал ржать и рыть землю ногой. За ним стали повторять все остальные лошади. Что-то было не так, и они почувствовали это.
— Останови солдат! — крикнула она, озираясь по сторонам.
Вуаль прятала лицо до носа и очень мешала видеть, но снять она ее по-прежнему не могла.
— Что? — возмутился Эрик.
— Делай что я говорю, приготовиться к бою!
Проскакав немного вперед по тракту и оказавшись возле кареты, она посмотрела вглубь леса. Солдаты достали мечи, но никто ничего не слышал, пока у ног Рогоса не свалился первый рыцарь, пораженный болтом из арбалета в горло. Началась суета, никто не мог понять, кто нападает, пока еще одна стрела не пронзила второго рыцаря.
— Эрик, прячься, живо! — крикнула она.
Их разделяло несколько метров, и между ними были взволнованные солдаты, готовые к бою.
— Ты с ума сошла, я тебя не оставлю! Защищать принцессу! — приказывал он, пока один из солдат протягивал щит принцу.
Перед лицом Эрика просвистел еще один болт, но, не попав в цель, воткнулся в землю. Фред проскакал вперед предупредить остальных, кто еще не слышал, что на них напали.
— Это варвары? — достав меч, огляделся Эрик.
— Не знаю, господин, — ответил ему еще совсем юный солдат.
Джоан видела испуг на лицах. Ее окружили люди Эрика, чтобы защитить, но вряд ли они подозревали, сколько жестокости обрушится на них через несколько секунд.
— Теперь мы посмотрим, кто из нас лучший воин, — прошептала она, озираясь на мужа.
Из-за деревьев начали выбегать вооруженные мечами и арбалетами варвары. Они нападали как дикие звери, крича и сражая все, что попадалось под руку. Джоан помнила, как ей дважды удавалось встретиться с ними. Все так же облаченные в черное, с грязными лицами, волосами, бородами и одеждами. Один их внешний вид заставил ее скривить гримасу. Как же она мечтала убивать варваров, отсекая им головы, когда жила в ксанфате.
Уставшие солдаты, оказавшись в засаде, не могли держать строй. Один за одним они умирали, и никто не мог остановить это безумство. Принцесса не пряталась и уворачивалась от болтов, как от листиков, летящих с деревьев. Болты втыкались в карету, а те, кто пытался защитить ее, уже валялись у ног Рогоса. Их лошади в испуге разбегались и попадали под обстрел.
— Джоан, это наш шанс! Гаррет выдержит нас двоих, бежим отсюда! — услышала она голос из окна кареты.
Араксан вылез из-под сиденья, но из кареты не выходил. Он с надеждой смотрел на принцессу, но она стояла на месте, наблюдая, как всех вокруг вырезают. В этой резне она оказалась зрителем и соображала, будто решала в уме сложную задачку.
Джоан и вправду подумала о том, чтобы сбежать вместе со своими друзьями. Вокруг гибли люди. Многие молодые солдаты явно не
