Поэтому так скрывался от него отец Джулиана и прятал свою жену и детей. Клайв, наверное, подозревал, что сэр Роберт безумен. А Серена? Нет! Джулиан не мог поверить, что Серена знала и хранила эту тайну или, что еще страшнее, была такой же фанатичкой. А Джереми?
Джулиан глянул на Джереми. Старший брат Серены преображался на глазах. Словно актер, снимающий с себя грим и театральный костюм. Исчезло все, что так нравилось Джулиану в Джереми — рассудительность, чарующая мягкость в голосе и манерах, заботливость, которую он всегда проявлял к младшим членам семьи. Чудовищно холодный и жестокий человек предстал сейчас в этой комнате перед Джулианом. Вот кто был воистину великим актером! Не Серена, а ее старший брат Джереми.
Серена еще заблуждалась, еще надеялась. Она атаковала отца и брата вопросами.
— Ведь не все, что говорит Джулиан, правда? Скажите мне! Я сама верю в Стюартов! Я могу все понять и простить, но только не такую мерзкую интригу. — Ее голос дрожал от волнения. — Ведь я горевала о тебе, папа. Я носила траур. Я оплакивала тебя. А ты, оказывается, был рядом и не пожалел свою дочь. Может быть, у тебя вместо сердца камень?
Джереми резко оборвал ее:
— Хватит, Серена! Не упрекай нас. Нам было нужно, чтобы твое горе выглядело искренним. Л это сработало. Наши враги поверили, что мы потеряли отца.
Гнев Серены обрушился на брата.
— Гнусный мошенник! — она обернулась к нету и внезапно замерла, увидев направленный на нее пистолет. — Я убедилась, ты способен на все — и похоронить отца заживо, и убить сестру. На кощунство и на убийство. Ты свалил всю вину за разорение нашей семьи на отца, а сам тратил деньги на заговоры и на покупку оружия для Стюартов. Ты торговал мною и Летти, пытаясь выгодно выдать замуж и бросить нас как лишнюю обузу с плеч долой!
— Тебе, женщине, этого не понять, — сохраняя внешнее спокойствие, возразил Джереми. — Богатство вернется к нам после реставрации Стюартов. А честь и достоинство мы сохранили.
— Ты бы говорил о чести! — вскричала Серена. — Ты — змея…
— Остынь, Серена, — сказал свое слово сэр Роберт. — Иначе мы заткнем тебе рот и привяжем к стулу. Лучше сядь спокойно и не вмешивайся в мужской разговор, девочка моя.
Ей ничего не оставалось делать, как подчиниться. Ее взрыв, ее протест не могли разрушить их каменное спокойствие.
Сэр Роберт занял место во главе массивного стола. Джереми встал за его спиной, держа пистолет наготове. Еще один пистолет лежал на столе под рукой сэра Роберта. Сражаться против такого грозного арсенала и одолеть его безоружному Джулиану было не под силу. Он отказался от мысли затеять драку и решил выждать время. Сэр Роберт торжественно начал: — Мы привели вас сюда, майор Рэйнор, не для того, чтобы отвечать на ваши вопросы. Спрашивать будем мы. Здесь состоится военный суд, nj майор. Как бывший офицер, вы должны знать его правила. Мы не преступники. Мы не варвары. Даже в военное время, а сейчас идет война за правое дело, мы придерживаемся законной судебной процедуры.
— Кто вам дал право?.. — возразил было Джулиан, но его сразу же оборвали.
— Неважно… Итак, продолжим судебное разбирательство.
Серена вскочила в бешенстве.
— Если хоть один волос упадет с головы Джулиана, я вас всех уничтожу. И это не пустые слова…
— Мы тоже не шутим, — игнорируя ее вмешательство, произнес сэр Роберт. — Если ты будешь вести себя как неразумное дитя, то и будешь наказана соответственно. Твое присутствие здесь нежелательно. Ты сама настаивала на этом. Тогда веди себя прилично. Раз ты здесь, то по крайней мере помни, что ты член семьи Уордов. Может быть, тебе кажется, что мы с твоим братом слишком сурово обращаемся с тобой. Не так ли? Тогда вспомни, как обращался с тобой этот негодяй. Это чудовище!
— Ложь! — взорвался Джулиан. — Скажи им, Серена, что они лгут!
Он надеялся, что Серена тотчас же подтвердит его слова, но ошибся. Серена, покорившись властному жесту отца, вновь уселась на стул. Что-то внушало тревогу Джулиану в выражении ее лица. Она о чем-то вспоминала… И ждала, что скажет ее отец. Неужели это не спектакль, а действительно суд?
Джулиан начал опасаться, что нечто серьезное произошло с его друзьями. Куда, черт побери, подевался Лукас? Он ведь не дурак и должен был предвидеть все возможные осложнения, Может быть, этот дьявольский туман, который клубился за окном, запутал все следы.
Если Лукас не поможет, то Джулиану оставалось надеяться только на себя. Но он не мог оставить Серену здесь, во власти ее сумасшедшего родителя и такого же фанатичного братца. Они ни перед чем не остановятся, чтобы только усмирить свою взбунтовавшуюся дочь. Какая-то смутная идея внезапно осенила его.
— А как вы собираетесь поступить с Клайвом? — невинно осведомился он.
— Вас это не касается, — прозвучало в ответ, после того как отец с сыном растерянно переглянулись.
— Почему не касается? — продолжал играть роль простачка Джулиан. — Он ведь слабое звено в вашей цепочке…
Джереми в ярости шагнул к Джулиану, но сэр Роберт удержал его.
— Клайв молод. Ему предстоит еще познать жестокость войны… Он останется верным Великому Делу, когда своими глазами увидит, как мы наказываем предателей.
После этой произнесенной сэром Робертом фразы наступило долгое и тягостное молчание, но чувствовалось, что самое страшное уже близится. Как будто пожар в лесу уже вспыхнул, но еще не разгорелся.
Джулиан не был трусом, но мурашки поползли по его телу. Если Серена не вмешается, то сэр Роберт вдоволь насладится кровавым действом.
— Начнем по порядку, — сказал сэр Роберт. — Вы, сэр, шпион на службе незаконного преступного правительства. Свидетельских показаний против вас достаточно.
Джереми тут же подтвердил:
— Впервые мы заподозрили вас, когда вы вдруг объявились в нашем условном месте — в таверне «Соломенная крыша». Вам, конечно, памятна эта ночь, майор Рэйнор.
— Я оказался там случайно. Я понятия не имею, в каких притонах вы устраиваете ваши явки.
— Однако вслед за вами туда ворвались красные мундиры. Там был не только «пассажир», которого опекал Клайв. Там находились еще два наших секретных агента, наблюдавших за операцией. Их арестовали. Только чудом они потом выпутались.
У Серены дрожали пальцы. Она спрятала их в складках юбки. Этот допрос с непредсказуемыми последствиями был хуже любой пытки. Но она постаралась овладеть собой.
— Значит, твои люди, Джереми, следили за мной? — спросила она с холодным презрением.
— Мы всегда подстраховываемся. Это не означает, что тебе не доверяли.
— Я об этом не знала…
— Они и доложили мне, что Рэйнор проявил к тебе почему-то особый интерес…
