В тот момент, когда сеть с трупом Гарри подняли на палубу, Финли отошел к капитанскому мостику и горько заплакал. Все старались не смотреть в его сторону, ибо боялись зарыдать вместе с ним. Здоровенный мужчина стоял, бессильно прислонившись к стенке, и слезы катились по щекам в его полуоткрытый рот.
Хелен тоже не стала подходить к нему. В какие-то моменты человеку нужно побыть одному, тогда любые слова кажутся ненужными и бессмысленными. Она стояла у релинга и видела, как маленькая подводная лодка с телом Гарри подплыла к борту судна, и вся команда во главе с капитаном Дженкинсом встала по стойке «смирно».
Когда же их корабль подошел к пирсу, то даже поглощенный горем Финли не мог скрыть своего изумления. У причала в почетном карауле стояли адмирал Краун и все офицеры его штаба. На мачте гордо реял звездно-полосатый флаг, оркестр военно-морской базы играл государственный гимн. Шестеро матросов осторожно вынесли тело Гарри на берег. Краун с застывшим лицом подошел к нему и, не сводя глаз с торчавшей из горла стрелы, отдал ему честь.
– Все-таки он отнюдь не бессердечный человек, – шепнул Ролингс Кларку. – Кто бы мог подумать! Его действительно это очень глубоко тронуло…
Утром в океан вышел эсминец «П-67». На его палубе покоилось тело Гарри. Его решили похоронить по старинному морскому обычаю, то есть зашить в парусину, привязать сверху груз и опустить в океан. У самой границы запретной зоны двигатель замолк, и эсминец теперь лишь чуть покачивался на волнах.
Все матросы выстроились на палубе. Рота почетного караула приготовилась к прощальному салюту. Адмирал медленно подошел к гробу. Сегодня он надел все ордена, полученные им за сорок лет, службы на флоте.
– Это поистине уникальный момент в истории наших военно-морских сил, – спокойно и жестко сказал он. – Мы прощаемся с нашим храбрым товарищем, отдавшим жизнь во имя обеспечения нашей безопасности. Он не похож на нас, и многие скажут: это всего лишь животное. Мы знаем, что это не совсем так. Что он был нам как брат. Наш морской брат. Частица нашего мира. Настоящий друг, готовый ради нас даже пожертвовать собой. Мы прощаемся с тобой, Гарри, и отдаем тебя твоей родной стихии, которую ты так любил. Покойся с миром, сержант Гарри! И поскольку ты тоже творение рук божьих, мы восклицаем вослед: упокой, господи, душу его и возблагодари за совершенное им!
Краун резко вскинул подбородок и сделал шаг назад.
Матросы из роты почетного караула вскинули винтовки. Грянул залп. Корабельный оркестр заиграл старинный морской марш. Под звуки музыки и треск выстрелов тело Гарри медленно спустили в воду. Краун не отрывал руки от козырька до тех пор, пока оно не скрылось в пучине. И лишь тогда он четко, как на строевом смотре, повернулся и, встретившись с глазами Ролингса, спросил:
– Небось считаете меня безумцем, Стив?
– Напротив, сэр, я готов вас обнять.
– Не стоит, я могу укусить, – прежним брюзгливым тоном ответил Краун и энергично зашагал к радиорубке.
Там он приказал немедленно соединить его с адмиралом Буви.
– Что слышно, Уильям, – сразу же задал ему вопрос старый упрямец. – Как тебе твоя новая форма?
– Я хочу сделать официальное заявление, Джошуа. – Голос у Крауна от волнения опять сел. Буви сразу насторожился. Если в адрес Крауна отпускали шпильки, а он никак не реагировал, значит, действительно произошло нечто из ряда вон выходящее. – В истории военно-морского флота США такое случается впервые. Я произвел дельфина в сержанты и наградил его «Медалью за заслуги». Наградной лист с необходимой мотивировкой высылается вам на подпись. Так, а теперь можешь думать обо мне все что угодно.
– Кто это? – спросил Буви.
– Гарри.
– Отличный малый. – Буви знал всех дельфинов. – Что же он такого необыкновенного совершил?
– Он пал за нас в бою. Советский боевой пловец собирался высадиться на берег и убил его из подводного ружья. Гарри обнаружил не только его, но и подводную лодку, которая его сюда доставила. Он плыл за ним по пятам.
Буви несколько секунд молчал, а затем сказал:
– Я полностью поддерживаю тебя, Уильям. Гарри как сержант и орденоносец будет занесен в почетный список моряков, погибших при исполнении служебных обязанностей, это я тебе обещаю. Надеюсь, вы достойно похоронили его?
– Согласно обычаю. Опустили в море. Со всеми воинскими почестями…
– Как это восприняла Хелен?
– На удивление спокойно. Эта девушка крепкий орешек. А вот Финли никак в себя прийти не может. Я еще никогда не видел, чтобы мужчина так рыдал.
– Ну а что русский?
– Полковник Хэлл чуть было не взял его, но он успел разгрызть ампулу с цианистым калием. И мы не знаем, ни кто он, ни откуда он прибыл, ни какое ему дали задание. Кроме того, советские подводные лодки успели уйти в нейтральные воды. Из этой первой попытки Советов мы извлекли хороший урок. Оказывается, на дельфинов можно положиться. Их система предупреждения лучше любой электронной аппаратуры. Они буквально все слышали. Честь и слава доктору Ролингсу, Джошуа!
– В Вашингтоне к этому отнесутся со смешанным чувством. – Буви коротко хохотнул в микрофон, смех его напоминал блеяние. – Там никак не хотят свыкнуться с мыслью, что на земле помимо человека есть существа, обладающие определенным интеллектом. Мне самому было крайне нелегко привыкнуть к этому, и ты совершенно прав…
– Хватит изумляться, – перебил его Краун. – Нужно примириться с тем, что многое еще непостижимо для нас.
В это же время все офицеры подводных лодок собрались в кают-компании «Дельты II», и капитан третьего ранга Яковлев, стоя под портретом Ленина, произнес следующую речь:
– Наш товарищ, Константин Петрович Логинов, не вернулся из плавания. Он отдал жизнь за Родину и поэтому должен всегда служить примером для нас. – Яковлев повысил голос. – Товарищи! Логинов фактически погиб от рук американцев. И я не считаю его гибель напрасной. Наша борьба с империализмом будет продолжена, наша цель – обеспечить Советскому Союзу полное превосходство. Мы предпримем все усилия, чтобы узнать тайну Уэйка. Мы морские волки. Смерть Логинова обязует нас еще крепче сплотиться. Вперед!
Офицеры щелкнули каблуками. Яковлев умел увлечь людей за собой, к тому же он закончил лучшее учебное заведение Советского Союза – Высшую школу КГБ. Там будущему капитану третьего ранга внушили, что большевизм сметет все преграды на своем пути.
В этот же день фотографию капитан-лейтенанта Логинова, украшенную вымпелом советского военно-морского флота, торжественно прикрепили к стенке кают-компании «Дельты II». Но воздаваемые герою почести не могли отвлечь от поисков ответов на мучившие всех присутствовавших вопросы. Откуда на Уэйке знали, когда и в каком месте высадится Логинов на берег?
