Алекс воззрился на Дэниела, и тот едва заметно кивнул.
И он, и Алекс доверяли Родерику не больше, чем их общему родителю.
Не подозревая о безмолвном сговоре, Родерик заявил:
— Завтра я возьму Гамильтона. Наши силы достаточно велики, чтобы разделаться с Монтитом. Дэниел, ты мог бы…
— Нет! Оставь в покое Монтита, — велел Алекс. — Он не так близко, чтобы от нас требовались немедленные действия. Мы можем подождать, пока не узнаем его точные намерения, прежде чем строить планы. Как ты сказал, там у нас уже есть люди. Ты что-нибудь слышал о Карстерсе?
— Нет, с тех самых пор, как он покинул Будапешт. — Родерик пригладил волосы. — Он где-то на континенте. И ещё не добрался до побережья.
— В таком случае я помогу Родерику с Гамильтоном, — сказал Дэниел.
Родерик наклонил голову, принимая то, что посчитал предложением помощи.
— Выезжаем с первыми лучами солнца по дороге в Хелмсфорд. Если повезет, они поедут з навстречу, по дороге через Садбери. Мы схватим Гамильтона, чересчур любопытную мисс Энсуорт и получим письмо. Неудачи просто быть не может!
Черты лица Алекса разгладились, приняв обычное выражение безмятежности.
— Звучит превосходно, — слегка улыбнулся он — Не терпится отпраздновать наш успех.
«20 декабря 1822 года.
Все еще ночь.
Наша комната в гостинице Хелмсфорда.
Дорогой дневник!
Вот он, наш последний день в пути. И я никогда еще не была в такой растерянности, как сейчас. Мне так хочется поскорее и благополучно добраться до Элведена с Гаретом и остальными, но это будет означать, что мы упустим последнюю и, вероятно, наилучшую возможность сразиться с врагом и уменьшить его численность, что является вершиной плана Вулверстона.
Поскольку Тристан, Джек и даже Гарет крайне высоко ценят Вулверстона, приходится верить, что его план надежен и выполним. И если все трое убеждены, что необходимо сразиться и стереть фанатиков с лица земли, значит, так оно и есть.
Я должна верить — и в сердце своем верю, — что этот удар по культу стоит любого риска.
Как несгибаемая англичанка, которая много путешествовала и за последние недели пережила бесчисленные атаки «кобр», я намерена сыграть свою роль. И почти надеюсь, что случится нечто такое, в результате чего и я смогу внести свой вклад в отмщение за Макфарлана.
Его лицо по-прежнему стоит перед глазами. Я всегда буду помнить его храбрость.
И не намереваюсь позволить Гарету погибнуть от рук Черной Кобры.
Э.».
Пока они завтракали при свете ламп, Гарет рассказал остальным о попытке поджога гостиницы.
— Обычная практика для служителей культа, но здесь она бесполезна, — добавил он.
Позже, когда Мукту, Маллинс и Бистер готовили экипаж, Гарет показал Джеку и Тристану следы неудачного поджога.
— Решительно настроенные негодяи, ничего не скажешь, — покачал головой Тристан, шевеля мокрую золу носком сапога. — Но может, они добились того, чего желали?
— Мне тоже это приходило в голову, — буркнул Гарет. — Никто не думал, что огонь разгорится настолько, чтобы причинить какой-то вред дому. Они просто хотели нас запугать.
В этот момент с переднего двора раздался призывный зов. Джек и Тристан, уверенные, что за ними наблюдают, пожали руку Гарету, вскочили на коней и, жизнерадостно помахав на прощание, отъехали по южной дороге.
На самом же деле они сделают круг и зайдут в тыл «кобрам», преследующим экипаж.
Эмили уже устроилась в коляске, укрытая горой полстей. Гарет взглянул на сидевшего на крыше Бистера и занявших места на козлах Мукту и Маллинса.
— Будьте готовы. Они ударят. Где-то на дороге.
Он забрался в экипаж, закрыл дверь, и лошади тронулись.
Он все еще ждал — все они ждали, — когда экипаж вкатился в деревню Садбери. Гарет узнал обычную тактику «кобр» — изматывать врага долгим ожиданием, пока тот не расслабится.
Когда?
Вот вопрос, который был на уме у всех.
Перебравшись по мосту через реку Стаут, Маллинс добрался до рыночной площади, остановился, чтобы спросить дорогу, и через несколько минут свернул во двор «Анкор инн».
Гарет спустился вниз, оглядел старинное здание гостиницы, рекомендованной Вулверстоном, и ощутил знакомое предвкушение драки. Гостиница была так стара, что за много веков к ней было сделано бесчисленное количество пристроек с отдельными входами, так что «кобры» могли незаметно проникнуть в дом.
Оставив Мукту, Бистера и Маллинса проследить за экипажами и договориться о свежих лошадях, Гарет повел Эмили к входной двери. Перед ними немедленно появился хозяин и с сияющей улыбкой спросил:
— Майор Гамильтон? — Дождавшись кивка, он улыбнулся еще шире. — Пожалуйста, вот сюда! Вас уже ожидают.
Гарет и Эмили охотно пошли за ним по узкому коридору. Хозяин остановился, постучал и открыл деревянную дверь, судя по массивности, сохранившуюся со времен Елизаветы, и с поклоном отступил.
Эмили, сгорая от любопытства, прошла вперед и широко раскрыла удивленные глаза.
В комнате было полно великанов, и это была не просто комната, а один из самых больших приемных залов гостиницы. Быстрый подсчет «по головам» показал, что здесь собрались десять человек, судя по виду, гвардейцев, но внимание привлекал тот, кто стоял в самом центре. Не самый высокий… но самый властный. Самый могучий. Самый сильный духом.
Худое строгое лицо с высокими скулами… Когда она инстинктивно присела перед ним, он улыбнулся.
— Мисс Энсуорт, я Вулверстон и очень рад нашему знакомству, — объявил он, склонившись над ее рукой. — Насколько я понял, вы сыграли ключевую роль в доставке письма Черной Кобры полковнику Делборо.
Эмили только сейчас узнала человека, стоявшего рядом с великим Вулверстоном, и расплылась в улыбке.
— Полковник Делборо! Рада снова вас видеть!
— И я вас, мисс Энсуорт, — с поклоном ответил Делборо. А когда выпрямился, бросил взгляд куда-то мимо Эмили, и лицо его осветилось. — Гарет!
Эмили отступила в сторону, с восторгом наблюдая, как мужчины обмениваются рукопожатиями и обнимаются.
— А Логан и Рейф? — спросил Гарет.
— Логан высадился в Плимуте и направляется сюда. Должен добраться до нас завтра. Рейф… — Делборо поморщился. — Мы о нем ничего не слышали, но ты знаешь Рейфа. Он вполне может появиться на пороге Вулверстона без объявлений и совершенно неожиданно, с улыбкой и извинениями за то, что не совсем точно следовал инструкциям герцога.
— Лишь бы добрался благополучно, — вздохнул Гарет и протянул руку Вулверстону.
— Счастлив видеть вас, ваше сиятельство.
