очистить воздух от углекислого газа и восстановить кислород, не так уж это и сложно. Должен же быть среди персонала и постояльцев хотя бы один маг! Кстати, вот еще вопрос: сколько тут человек кроме Тарика и как они поведут в такой ситуации…
Нет, это даже не вопрос. В смысле, вопрос, но не главный. Задача куда важней — понять, что пыталась сделать Есуа и почему она отпустила Тарика. Потому что теперь он никуда не сбежит, из свернутого-то пространства? Или… или она переоценила свои силы? Может, даже погибла во время своего дурацкого ритуала по захвату Нечистых драконов?
В последнее поверить было сложно — Тарику не без оснований казалось, что Есуа во многом превосходит даже Владыку. Но он и этих долбаных Нечистых драконов хорошо помнил! И Есуа их боялась.
Бесы-демоны, ну почему госпожа такая самоуверенная⁈ Почему она не попросила у Тарика помощи? Или, ладно, хрен бы с ним… если она все равно хотела уничтожить Нечистых драконов и починить астрал, почему она не поговорила об этом с Владыкой и не заручилась его поддержкой? Вдвоем им было бы куда удобнее действовать! Если бы ей так хотелось, она могла бы предать его потом… или попробовать переиграть как-то иначе. Очаровать, например. У Тарика зубы сжимались от ревности при одной этой мысли, но он прекрасно понимал: захоти Есуа — и Дракон лежал бы у ее ног. (И прекратил бы дурить голову Даари, что какой-никакой, а плюс).
Дурацкая постановка вопроса. Поступи так Есуа, она перестала бы быть сама собой.
Раздумывая так, Тарик торопливо обходил номер. Так, все, что было на автономных источниках энергии — все светильники, например — работает. К Сети, разумеется, не подключиться, системы связи и вызова персонала бездействуют. Вода из крана не текла, унитаз пробулькал сливом (Тарик решил воспользоваться случаем и разобраться с естественными потребностями организма), но только один раз. Логично. Интересно, если Есуа закрыла здание в кокон отдельного пространства без от его инфраструктуры, как оно вообще не падает? Так хорошо построили — или драконица тратит часть энергии на поддержание его стабильности чисто магическими методами?
Тарик ничего не понимал в архитектуре, но благодаря теневым сегментам Сети знал, что ни одна стройка в Цивилизации не обходится без злоупотребления и хищений. Значит, второе.
Очки Тарика нашлись на тумбочке в одной из двух спален — он, право, не помнил, кто их туда отнес, он сам или Есуа. Там же лежали его ненавистные амулеты для превращения в зверя: Тарик обычно их с себя не снимал, но по приказу Есуа пришлось. Нацепив все это, он ощутил себя куда увереннее. Очки открыли бездну новой информации. Большинство магических каналов в снятых Есуа роскошных апартаментов лежали неактивными, но это Тарик и так заметил. А вот чернильная чернота сразу же расцветилась плетенками толстенных каналов, соткавших за окнами гостиницы сложный геометрический узор.
Последние три года Тарик учился плести чары — и от Есуа, и самостоятельно. От случая к случаю, потому что облик золотистой твари он принимал не так уж часто, однако он всеми силами старался пополнить арсенал своих магических приемов. Поэтому запомнил довольно много типовых узоров.
Тот, на который он смотрел, был каким угодно, но не типовым. И к тому же слишком крупным: из окна Тарик видел только одну ячейку, вторая примыкала к ней, но рассмотреть ее до конца по линии свернутого пространства не удавалось. А потому он не сумел бы даже приблизительно сказать, что этот узор делает.
Однако Тарик разглядел, что к этому узору (или, наоборот, от него) тянутся магические каналы внутрь здания. Ни один из них не проходил через ту комнату, в которой он находился, но Тарик почти не сомневался, что хотя бы один тянется по коридору. Значит, надо выйти наружу и поискать. Если проследить канал, он обязательно найдет Есуа. И выяснит, что с ней. А там будет видно.
В коридоре не работало освещение, только слабо фосфоресцировали указатели аварийных выходов. Наверное, можно было щелкнуть зажечь светильники — тут, конечно, тоже пользовались заряженными кристаллами — но Тарик не стал разыскивать выключатель. Очки позволяли ему довольно надежно следовать за магическим каналом, который действительно обнаружился в коридоре… и даже не один. Активные проводники магии, толстые и тонкие, сердито сверкали своим собственным блеском, убегая в направлении лифтового колодца. Некоторые переплетались в знакомые Тарику узоры: действительно структурная поддержка здания. Несколько дней магического воздействия, край, неделя, изотрут в пыль даже кирпичи… но пока это не так важно.
В коридоре Тарик никого не встретил: никто не выглядывал из других номеров, не интересовался, что за хрень тут происходит. То ли на этом этаже никого кроме него не было, то ли все валялись в отключке после повышения магического фона.
Когда Тарик дошел до лифтов, он обнаружил одну из причин тишины и спокойствия.
Здесь было светлее: архитектура здания не предполагала окон в лифтовом блоке, поэтому здесь светильники горели постоянно. В их свете совершенно отчетливо видна была парящая в воздухе вертикально ориентированная словно бы ртутная пленка, примерно с Тарика ростом. Она висела, как будто закрепленная на чем-то невидимом, и почти ничего не отражала: на блестящей поверхности просто играли блики желтоватого и оранжевого света. Тарик читал об этом: кажется, такие пленки назывались «парящими зеркалами» и ассоциировались с затаившимися демонами, поскольку представляли собой артефакты воздействия повышенного магического фона на свернутое пространство. В общем и целом, относительно нормальное физическое явление. Только очень опасное: прикасаться не рекомендуется ни под каким видом.
Гораздо больше впечатлило его то, что лежало по обе стороны этой зеркальной стенки.
Разрезанный надвое труп женщины. Кровь, кишки, экскременты, вот это все. А, и еще мозги. Неожиданно спокойное лицо — точнее, его левая половина, та, что смотрела в потолок единственным оставшимся глазом. Немолодая тетка, лет сорок, наверное. Некрасивая, но одета дорого. Была.
Тарик аккуратно обошел тело, нажал кнопку лифта. Та, разумеется, не отреагировала.
