Ресурсы относятся к возможностям осуществления действий и классифицируются как "аллокативные" (возможности распоряжаться объектами, товарами или материальными явлениями) или "авторитарные" (возможности распоряжаться людьми или акторами). Наборы правил требуют ресурсов для их реального включения в производство и воспроизводство социальных практик.
Структурам приписывается лишь виртуальное существование, т.е. они не существуют реально во времени и пространстве. Напротив, социальные явления обладают способностью структурироваться, и именно здесь Гидденс расходится с дюркгеймовской концептуализацией структур как внешних по отношению к акторам и принудительных по отношению к ним. Он считает, что "...структура - это то, что придает форму и очертания социальной жизни, но она не является самой формой и очертаниями" (1989: 256).
Гидденс использует понятие социальной системы для обозначения набора воспроизводимых социальных практик, или "воспроизводимых отношений между акторами или коллективами, организованных как регулярные социальные практики" (1984: 25). Это определение является идиосинкразическим, поскольку оно очень близко к традиционному социологическому использованию термина "структура": "...то, что большинство социологов считали структурой, то есть структурирование отношений между индивидами или коллективами, может быть лучше всего рассмотрено с помощью понятия системы" (Giddens, 1981). Проводя такое различие между понятиями структуры и системы, Гидденс хочет подчеркнуть, что, по его мнению, социальные системы не имеют структуры, а, скорее, проявляют структурные свойства. Воспроизводимые практики, наблюдаемые в социальных системах, являются проявлениями структуры. Структура "...существует только в деятельности человеческих агентов и через нее" (1989: 256). Подчеркивается также роль непреднамеренных последствий действий в формировании этих социальных систем. Хотя некоторые социальные системы могут быть продуктом преднамеренных действий человека, многие из них таковыми не являются. Эти непреднамеренные последствия действий, в свою очередь, обусловливают дальнейшие действия (т.е. они возвращаются в действие), и именно поэтому человеческие агенты никогда не могут осуществлять реальный контроль над социальными системами, в которых они участвуют.
Структуры, таким образом, "инстанцируются" в социальных системах. Однако они проявляются и на индивидуальном уровне, где принимают форму "...следов памяти, ориентирующих поведение осведомленных человеческих агентов" (1984: 17). Это подводит нас к идее Гидденса о двойственности структуры. Он утверждает, что "...конституирование агентов и структур - это не два независимо данных набора явлений, что является дуализмом, а представляет собой двойственность.... структурные свойства социальных систем являются одновременно средой и результатом практик, которые они рекурсивно организуют" (1984: 25). Таким образом, агенты опираются на структуры, направляя свои действия, и тем самым воспроизводят или усиливают эти самые структуры. Между структурой и агентством существует диалектическая связь, одно не может существовать без другого.
ПРОБЛЕМЫ, СВЯЗАННЫЕ С ИСПОЛЬЗОВАНИЕМ ТЕОРИИ СТРУКТУРИЗАЦИИ В КАЧЕСТВЕ ОСНОВЫ ДЛЯ ЭМПИРИЧЕСКОГО ИССЛЕДОВАНИЯ
При попытке использовать теорию структурирования для анализа эмпирических данных исследователь сталкивается с рядом проблем. Одна из них возникает, как ни странно, из-за сложности и многозначности формулировок теории, а также из-за большого количества понятий, лишь некоторые из которых могут быть здесь упомянуты. Более того, в своем изложении теории Гидденс использует стандартные термины в эзотерическом ключе. В качестве примера можно привести использование им терминов "структура", "система", "правила" и "ресурсы". Для полного понимания этих понятий, используемых в теории структурирования, требуется детальное изучение специальной литературы, что делает эти знания недоступными для всех, кроме "знатоков".
Вторая проблема является следствием первой. Ввиду того, что трудно полностью разобраться в значениях используемых терминов и понятий, часто приходится прибегать к упрощениям используемых при применении теории к эмпирической работе. Подобные упрощения могут привести к искажению теоретических понятий. В частности, в работах, написанных под влиянием Гидденса, структура иногда представляется просто в сознании факторов, как следы памяти. Это обратная сторона овеществления социальной структуры, и хотя эта идея, казалось бы, вытекает из некоторых положений работы Гидденса, она упускает из виду его центральную идею о том, что знание проявляется в действии. Нередки случаи неверного толкования особенностей теории структурирования, например, "двойственности" структуры. Пример неправильного применения теории можно найти там, где требуется "...аналитическое разграничение между социальными структурами в рамках технологии и социальными структурами в рамках действия" (DeSanctis and Poole, 1994: 125). Тонкости концепции структуры Гидденса ставят в тупик опытных социологов (Clark, Modgil and Modgil, 1990), поэтому неудивительно, что менее опытные исследователи иногда оказываются в замешательстве.
Другой проблемой является недостаточная конкретизация некоторых понятий. В качестве примера можно привести определение Гидденсом системы как ..... паттернов социальных отношений во времени и пространстве, понимаемых как воспроизводимые практики" (1984: 377). Коэн указывает на вопрос, возникающий в связи с этим, когда утверждает, что "системы выглядят так, как будто они просто случайно сложились и воспроизводятся определенным образом" (Cohen, 1989: 114). Большая степень конкретизации понятия социальной системы может улучшить эмпирическую фокусировку и указать на соответствующие причинные влияния. Таким образом, во многих случаях понятие открытых систем полезно для выявления связей между внутренними отношениями социальной системы и отношениями с более широкой средой.
Наконец, хотя теория структурирования полезна для изучения источников стабильности и непрерывности социальной системы, она менее четко направлена на анализ изменений. Несмотря на то, что данный подход иллюстрирует, как осведомленные агенты постоянно опираются на социальные структуры, направляя и обосновывая свои действия, и тем самым производят и воспроизводят эти структуры, он не дает конкретного представления о механизмах, с помощью которых эти структуры изменяются во времени. Отчасти это объясняется тем, что динамические процессы изучаются не так глубоко, как в литературе по системной динамике (Senge, 1990).
Трудности использования теории структурирования, о которых говорилось выше, не делают недействительными исследования, кропотливо опирающиеся на эту перспективу. Однако они заставляют нас предположить, что программа эмпирических исследований выиграла бы от более простой и удобной концептуализации, чем та, которую предлагает Гидденс. Однако системное мышление является несколько наивным именно в тех областях, где Гидденс может предложить больше всего. Поэтому важно, чтобы более простая концепция опиралась на понимание Гидденсом природы социальной жизни, выраженное в его идее о том, что знание проявляется в действии и что структура является как средством, так и результатом деятельности. Эти идеи творчески преодолевают поведенческо-интерпретативную дихотомию, которая долгое время мешала социальным наукам (Garnsey, 1993). В идеале используемые понятия должны быть выражены просто и таким образом, чтобы снизить риск их неверного толкования и искажения. Используемая терминология должна, по возможности, соответствовать общепринятой. Мы стремимся к такой концептуализации, которая могла бы интегрировать другие подходы, определяющие процессы, составляющие социальную жизнь (например, Havel, 1986; Weick, 1979). Мы считаем, что подход, согласующийся с классическими представлениями об открытых системах, эмерджентных свойствах и динамических процессах обратной связи, может опираться не только на понимание теории структурирования, но и на концептуальное и эмпирическое богатство системных исследований.
АЛЬТЕРНАТИВНАЯ КОНЦЕПТУАЛИЗАЦИЯ: ДЕЙСТВУЮЩИЕ СОЦИАЛЬНЫЕ СИСТЕМЫ
В
