его гораздо более терпимым. Думаю, его мнение обо мне не улучшилось.
Данте встал с деловой улыбкой:
– Ты пришел.
Как будто у них есть выбор. Максимо проигнорировал протянутую руку Данте и опустился на стул напротив.
– Надеюсь, разговор не займет много времени. Мне еще нужно встретиться с адвокатами.
Если он предположил, что его слова произведут на кого-то впечатление, то явно не понимал, что означает сделка с дьяволом. Долора выглядела совершенно напуганной, и мне стало ее почти жаль. Но опять же, она переспала с бандитом. Ей следовало предвидеть последствия.
– Я уверен, мы сможем решить вопрос быстро и безо всяких недовольств, – протянул Данте.
Мне пришлось сдержать улыбку.
Он толкнул распечатанные фотографии через стол. Я не гордился своим поступком, к тому же Анна меня поймала. Чувства к ней изменили меня, но теперь, когда мое поведение Казановы стало нашим билетом для шантажа Кларков, я не мог по-настоящему горевать о поступке.
Лицо Клиффорда исказилось от отвращения и гнева. Он покачал головой и отступил назад. Он, вероятно, узнал свою кровать, которая, если честно, была действительно ужасным местом для занятия сексом.
Но Долора выбрала именно это место, и он был ее сыном, а не моим.
Челюсть Максимо сжалась, а лицо покраснело. Он взглянул на жену, которая выглядела так, словно хотела исчезнуть.
– Это было единожды, Максимо, – выпалила она. Ложь, вне всякого сомнения.
Долора не колебалась, когда флиртовала со мной. Помимо прочего, у нее был второй телефон: стандартное средство связи для общения с тайными любовниками.
– Мне было больно, ведь ты изменил мне с новенькой ассистенткой, и мне хотелось почувствовать себя нужной.
– Дело в другом, – прорычал он, настороженно взглянув на Данте.
Я хмыкнул. Конечно, дон сохранит важную информацию для дальнейшего использования.
– Кто выбирает телохранителя невесты своего сына?
– И трахается в кровати сына, – пробормотал Клиффорд.
– Это кровать нашего сына? – Максимо ее не узнал.
Я сомневался, что он проводит время в комнатах родных. Он и не разговаривает с ними. Он смахивал на человека, который завел детей для резюме, чтобы красоваться на общих фотографиях во время предвыборных кампаний.
Она пожала плечами.
– В мой день рождения, мам? – спросил Клиффорд, с омерзением покачав головой.
– Для меня это было трудное время.
– А как насчет осмотрительности? Вы с папой всегда твердили, что к внебрачным связям нужно относиться с осторожностью.
– Да. Но твоя мать, очевидно, обо всем забыла.
Данте наблюдал с холодным расчетом. Кларки у нас в кармане. Он знал это.
– Я не собираюсь предавать огласке вашу внебрачную деятельность, – процедил он. – Если мы сможем прийти к соглашению.
Максимо указал на меня:
– Думаю, ты приставил парня специально, чтобы он переспал с моей женой
– Послушай, я верю в святость брака и не буду настраивать своих людей на поощрение измены.
Максимо фыркнул.
– Прекрати. Мы оба в курсе, что у тебя нет никакой морали.
Лицо Данте окаменело.
– Однако у меня больше морали, чем у тебя.
– Что ты хочешь? Не мой сын нарушил сделку. А твоя дочь.
– Несомненно, но это не должно стать концом сотрудничества. И мы найдем иной вариант. У нас множество красивых девушек брачного возраста, – дипломатично заметил Данте, но я видел, что у дона кончилось терпение.
Будь я на его месте, уже бы скинул Максимо Кларка с ближайшего моста. Что-то в нем заставляло меня выйти из себя. В своих избирательных кампаниях он казался гораздо более привлекательным и приятным. Его пиарщики наверняка настоящие волшебники.
Максимо поднялся на ноги, что было очередным актом неуважения.
– Мы не хотим, чтобы вы бросили Клиффорду кость, будто он собака.
У меня на устах крутилась шутка о щеночке Клиффорде, я мог расхохотаться в любую секунду.
Но я все же грозно прорычал:
– Сядь. Разговор не окончен.
Максимо побагровел, но я не пропустил мимолетное выражение удовольствия на лице Клиффорда.
Максимо опустился на стул.
– Вот способ, от которого мы оба выиграем, – продолжал Данте. – Тем самым мы упрочим наши связи.
– Вряд ли для нас есть выгода. Моему сыну не нужен новый скандал.
Данте посмотрел на Леонаса, который до сих пор слушал молча, но, как и его отец, схватывал все практически на лету. Анна определенно могла похвастаться такими же качествами.
– Я мог бы жениться на одной из твоих дочерей, – предложил Леонас, пожав плечами. – Готов поспорить, тебе не составит труда пощадить одну из них.
Кожа Максимо Кларка стала пунцовой, что казалось невозможным, но по его глазам было видно: он обдумывает интересную идею. Я редко прислушивался к сплетням, но знал, что одна из близняшек Кларк оказалась замешана в неприятном происшествии, которое быстро разлетелось по Чикаго при помощи прессы.
Максимо переглянулся с женой, затем с Клиффордом, но последний не был в восторге от выгодного предложения.
Максимо же, похоже, почувствовал облегчение от того, что нашел способ избавиться от скандального отпрыска.
– Когда бы вы предложили сыграть свадьбу?
Глава 35
Анна
– Ты серьезно хочешь пожертвовать стольким ради меня? Ты всегда был против связи с Кларками, а теперь хочешь жениться на проблемной близняшке?
Леонас ухмыльнулся.
– Я и теперь против, но сейчас ситуация другая. Тебе бы пришлось играть роль жены политика, частично распрощавшись с привычным укладом, но, если я женюсь на близняшке Кларк, ей придется подчиниться нашему образу жизни.
– Шарлотта не выглядит так, будто ей нравится кому-то подчиняться.
Леонас мрачно улыбнулся.
– Тебе стоить научиться использовать слухи, Анна.
Я закатила глаза.
– Никто не будет доволен такой связью.
– Возможно. Негодница Кларк будет рада избавиться от своей семьи.
– Ее зовут Шарлотта.
В прошлом я обменялась лишь несколькими бессмысленными любезностями с сестрами Клиффорда, поэтому не была знакома с ними, за исключением редких встреч на мероприятиях.
– Я не могу их различить. Они похожи, а их имена почти идентичны.
Я бы возразила, что раньше они действительно выглядели одинаково. Однако Шарлотта уже сменила стиль, и девушек стало легко отличить друг от друга.
– Ты – придурок.
– Сегодня я – герой, который спасает положение.
Я помотала головой:
– Ты уверен в своем решении? Сомневаюсь, что Кларки будут очень счастливы, если еще одна свадьба сорвется, поскольку Кавалларо внезапно отказался связывать себя узами брака.
– Сестренка, у меня есть одно преимущество перед тобой.
Я состроила гримасу.
– Я никогда не влюблюсь. Мое сердце холодное, как лед.
– Ты отъявленный мерзавец. – Я наклонилась и чмокнула брата в щеку. – Но спасибо за то, что пожертвовал собой ради меня.
Леонас пожал плечами:
– Ради тебя и ради Синдиката. Будет лучше, если я женюсь на той, кто
