этого я догоняю Катэрию с Марианеттой, и мы садимся на поезд в другую сторону. На этот раз слежки нет, и мы можем вызвать нормальное такси, после чего быстро уезжаем к аэропорту. И к сожалению, выяснить, кем они были посланы, у меня попросту нет возможности, хотя подозреваю, что в этом замешан Ристингаузер.
Нам удалось добраться до аэропорта без приключений, где всё остальное было лишь вопросов времени. Я не терял бдительности, однако здесь, с металлодетекторами и охраной напасть на нас или похитить у них не было шансов. Поэтому весь наш остальной путь прошёл без приключений: от того момента, как мы сели на самолёт в Перта-Фронту до момента, когда мы долетели до поместья на военному корабле.
Уже на месте, когда мы высадились, я узнал, что поместье подверглось нападению. Глядя на здание, можно было сразу заметить, что часть окон была выбита, а на стенах виднелись сколы от пуль. Забор местами тоже был разрушен.
При этом были хорошие и плохие новости.
Хорошие — они отбили нападение.
Плохие — погибло семь человек, и ещё пятеро были ранены.
— Почему вы не сообщили?
Я, Грог и Зигфрид прогуливались по территории поместья, осматривая напоминания о той ночи, которую им пришлось пережить. Буквально в прошлую ночь, пока меня не было.
— Это бы что-нибудь изменило? — спросил спокойно Зигфрид. — У тебя была своя работа, у нас своя. Незачем друг друга было волновать лишний раз, если мы могли и сами справиться с ситуацией.
— Тоже верно, — согласился я нехотя.
Желание держать всё под контролем не давало мне покоя, однако с другой стороны везде я тоже поспеть не могу, и Зигфрид был прав. Я бы ничего не сделал. Обратить к наследнику престола, чтобы он помог? Он, собственно, и предлагал, однако это сразу сделает нас должниками, чего я хотел избежать. Прилететь помочь я бы не успел, а других вариантов помочь больше и не было.
— Это была разведка боем, — прогудел Грог.
— Они чему-то научились? — удивился я.
— Да. Как в прошлую войну. Отключили свет. Сразу же момент начался штурм. На этот раз без воздушной техники.
— А как ни добрались до вас?
— Пешком. Видимо, — ответил он.
— У меня подозрения, что они могли перелететь границу, но чтобы не попасть в зону действия нашего корабля, до поместья добрались уже пешим ходом, — поделился Зигфрид. — Действовали они на этот раз аккуратно.
— Сколько их было?
— Мы смогли убить всего пятнадцать. Они били с разных стороны, буквально окружили кольцом. И когда мы начали отбиваться, они просто разбежались в разные стороны. У нас не было шансов всех догнать.
— Они пытались сбить корабль, — добавил Грог. — Две ракеты по кораблю. Два прямых попадания, но щиты выдержали.
— Даже так…
Я слышал, что они наняли наёмников. И по-видимому, теперь именно те пошли в атаку, так как сразу виден определённый опыт. Потеря света не такая большая проблема сейчас в отличие от того, что теперь они разбегаются как тараканы. А мы, как бы нам не хотелось, просто не сможем поспеть за всеми. Кого-то убьём, но кто-то обязательно сможет уйти.
Ударили и скрылись, ударили и скрылись — такую тактику они попытаются теперь использовать.
— Надо выяснить, где прячутся Лорье, — бросил я взгляд на свежие могилы, где лежали цветы.
— У нас ещё проблема и с кораблём. Двигатель чувствует себя совсем плохо, — пожаловался Зигфрид.
— Насколько.
— Очень, — прогудел Грог.
Что ж, без корабля нам будет явно сложнее что-либо сделать. Однако после того, как нас лично поприветствовал сам сын государя, возможно, и удастся теперь выбить необходимый двигатель. Но пока…
— Сейчас не имеет смысла что-то придумывать, — решил я. — Нас учили, как бороться с противником, который превосходит нас количеством и силой. Не всех нас, конечно, но мы знаем, что делать. И будем действовать согласно инструкция, как делали это раньше при встрече с любым сильным врагом.
— Думаешь, хорошая идея? — уточнил Зигфрид. — Здесь есть полиция, сильно разгуляться не даст.
— Мы и не будем разгуливаться сильно. Будет достаточно и просто заставит их почувствовать себя некомфортно, почувствовать себя беззащитно, будто ничто не может их уберечь от нашей ярости. Они хотят грязной войны? Они её получат.
* * *
Война домов и семей всегда представляла из себя игру, где кто кого пересидит.
Дома старались не покидать свои защищённые территории, которые охранялись иногда как небольшие военные базы. А некоторые и вовсе привлекали силовые структуры, если имели достаточно связей и денег.
Другие выбирали иной путь. Вместо того, чтобы сидеть на месте, о котором все знают и полагаться исключительно на охрану, которая может и пропустить ненароком противника, они прятались. Чаще всего каждый дом имел свои секретные квартиры, о которых никто не знает, откуда они и передавали указания личной гвардии, управляя ей на расстоянии.
То какую бы стратегию они не выбрали, всё зависело от того, насколько дом крепок и «упитан». Как хорошо будут функционировать его предприятия даже без чёткого контроля с перебоями или как долго он сможет продержаться в осадном положении без притока денег.
Были великие дома, которым война с другими домом была не страшна. Обилие предприятий, большая личная гвардия, сравнимая с маленькой армией, большие накопления — когда такие мастодонты встречались, война или ничем не заканчивалась, или заканчивалась, если кто-то из них допустит грубую ошибку, потеряв главу и наследников. Иногда в такие войны вмешивался государь, заставляя прекращать вражду, так как это сильно влияло на государство.
Лорье не были теми самыми мастодонтами, хотя их можно было назвать достаточно устойчивым домом, способным пережить большинство проблем. Даже после потери ключевых людей и мест во власти у них хватало связей, чтобы держать всё под контролем, и денег, чтобы не чувствовать себя загнанными в угол.
Глава дома после неудачных нападений на Барбинери решил идти иным путём — брать измором. Не бросать все силы в атаку, а медленно душить их. Делать маленькие набеги на поместье, которое было на удивление хорошо защищено, и ждать, пока у них кончатся деньги.
И насчёт денег…
— Да ладно… — нахмурился Арден Лорье, глава дома Лорье, держа телефон у уха, после чего бросил взгляд на своего сына. — Хорошо, я понял… Возвращаясь к нашему вопросу, да, действуйте. Мой приказ, всё верно, я решу
