пользуетесь, так дайте другим. Эх, скинуть бы годков тридцать.
Старик посмотрел на Володю — понял ли тот. Решил, что не понял.
— Видишь, колесики, — показал он на бетонные кольца. — Будешь много думать, раскрутим, от твоих дружков останется много мяса. Плохо, что мы человечины не едим. Надо как-то попробовать, а то скота мало осталось. Ну не дрожи, не дрожи, — снисходительно сказал он Володе.
Бандюга подумал, что студент испугался. А Володю уже била предстартовая осевая, как у ракеты. Тело наполнилось привычной боевой дрожью, и он с трудом сдерживал себя. Раньше он так заводился только при встрече с орками. Впрочем, старик ничем не лучше. Володя зримо представил, как разваливает его надвое. Руки сами потянулись поднять секиру для решающего замаха. Ему пришлось напрячь все силы, чтобы удержаться.
— Спокойнее, парень, спокойнее, — предупредил старик, которому не понравилось, что Володя покрепче перехватил древко секиры. — Молодой еще, горячий. Набезобразничаешь, а потом пожалеешь. Нам такие бойкие нужны, может, останешься у нас? — Неожиданно предложил он. — Нет? Смотри сам. Слышал, рев в лесу? — Перешел старик к главному.
Володя молча кивнул головой, пытаясь незаметно для разболтавшегося деда рассмотреть, есть ли в ближайших кустах его подручные. Вроде бы кто-то сидел, или ему уже мерещиться стало?
— Это, парнишка, космический пришелец. Из тех, кто весь ваш город перепугали, заставив народец бежать. Будешь много мычать, заставим его на вас наорать. А то вы схитрить решили, в обход послали. Не на того напоролись. Весь ваш отряд, уж очень похожий на ментовский, лежит теперь пластом. Мы их потихоньку ему скормим. Он душами человеческими питается. Но вас отпустим. — Старик вздохнул и перекрестился. — Их тоже жаль. Хоть и менты, а все одно — твари божьи. Так ты подумал? А то заболтался я с тобой.
— Подумал, — заговорил наконец-то Володя, и почти без замаха ударил секирой.
Хотя Володя и считал старика таким же выродком, как и орки, но заставить себя увидеть в нем пришельца не смог. Поэтому удар получился слабым. Правда, попал он туда, куда хотел — в шею. Секира на половину ушла в тело.
Старик сумел только охнуть. Ноги подкосились, и он упал на землю. Пока его тело судорожно прощалось с жизнью, Володя вырвал секиру.
Вопреки ожиданию, его не стошнило. В скольких романах он читал, что после первой жертвы убийца чувствует себя плохо. Он же не чувствовал ничего. Да ему и не дали разобраться с самочувствием. В кустах, но не напротив, а наискосок слева показалось несколько человек, которые бегом вынесли на открытое место носилки с… орком! Не врал старик, а он ему не поверил. Посчитал дряхлым обманщиком.
В душе сидела последняя робкая надежда, что это переодетый человек, наряженный для испуга беженцев из города. Несколько потерянных мгновений едва не стоили ему жизни. Орк заорал, по Володе привычно хлестнул кнут удара. Он слегка покачнулся и поморщился от боли. Назад оглядываться не имело смысла — он и так знал, что случилось с ребятами.
Следовало хотя бы ранить орка, чтобы их освободить. «Эх ты, лох, изображающий крутого вождя, — обратился Володя к себе с мобилизующей речью, — раз растерял все войско, воюй один. Мужиков надо спасать. А то все полягут».
Он перехватил секиру поудобнее и бросился к орку. Для носильщиков пришельца и неспешно появляющихся на поле боя бандитов новоявленный спортсмен был не меньшей неожиданностью, чем для самого Володи орк.
Носильщики не имели оружия — никому в голову не приходило, что после удара орка кто-то сохранит подвижность. Да и даже будь оно у них, вряд ли бы они им воспользовались. Несущийся во всю прыть Володя напугал парней так, что они шарахнулись, не думая защищать своего подопечного.
Остальные бандиты смотрели на него, оставшись в тупой неподвижности. Но среди них оказались люди с более крепкими нервами.
— Держи его! — Заорал тщедушный мужичок, копия старика, только на лет двадцать моложе.
— Не дайте ему убить обезьяну! — Раздалось с другой стороны.
К счастью для Володи, крепкие нервами бандиты были куда дальше до орка, чем он. И ему удалось добежать первым. Когда он оказался около него, понял, почему пришелец согласился служить бандитам. Бедолагу, похоже, перепахали бетонным кольцом. Как он еще остался в живых. У него были переломаны ноги, причудливо сросшиеся при заживлении. Скорее всего, причуда эта заключалась в бандитах, которые получили грозное оружие, лишив его подвижности. Из рук оставалась только левая, правая отсутствовала вообще.
Орк спокойно смотрел на приближающуюся к нему смерть. Он не попытался еще раз ударить по Володе, или хотя бы защититься от его секиры.
«Такая жизнь надоест и орку», — подумал Володя равнодушно. Каждому да воздастся за дела его! Он опустил секиру на его голову пришельца. В отличие от убийства старика, особых эмоций смерть очередного орка у него не вызвала. Володя только слегка покачнулся от полученной энергии.
На него набегал едва ли не десяток человек. Володя удивился — откуда столь много? Засада же немного в стороне. Вслед за первыми преследователями среди деревьев показались новые, и он поспешил убраться, пока его растерзанное тело не легло рядом с орком.
Володя рванулся вниз, туда, где неловко шевелились, приходя в себя, его дружинники. Быстрее, быстрее! Он слышал бег преследователей совсем недалеко от себя. Обозленные смертью «кормильца», бандиты не собирались оставлять его убийство безнаказанным.
— Эгей! — Закричал Володя оставшимся на взгорье товарищам. Пора тем прийти на помощь. Тех полутора десятков, что он взял с собой, не хватит для отражения атаки обезумевших «партизан».
Его услышали. Да и без этого студенты готовились спускаться вниз. Им все было хорошо видно, и останавливал лишь «голосящий» орк. Какой смысл спускаться, если пришелец всех превращает в статуи. После его смерти препятствие исчезло, а стремительно бегущий назад Володя означал сигнал к действию.
С горы вниз покатилась толпа. Ее приближение придало Володе силы. Но он, наверное, единственный, кто помнил о бетонных колесах. Старика в живых нет, однако, кто мешает остальным пустить в ход это оружие.
Ребята около моста, размявшие одеревеневшие мышцы, двигались
