Магистром но и, я надеюсь, с Пожирателем, пришлось выдумывать чуть ли не на ходу. Что из подобного может получиться? Да, вроде бы под конец, когда уже нужно было уезжать, у нас что-то получилось. Но понять мы это сможем лишь с моим возвращением.
Проблема в том, что к тому времени может быть уже слишком поздно, если всё, о чем удалось договориться с кузнецами, окажется несостоятельным.
Ох, эта безумная нехватка времени!
В какой-то из дней, когда я честно старалась выползти из своей комнаты, на одном из постоялых дворов, где мы остановились на ночь, с улыбкой и воодушевлением на лице, меня застукал шаман. Строго на меня посмотрел, нахмурился пуще обычного, а потом притащил мне склянку с мазью. Настолько вонючую и отвратную мазь я в жизни не встречала. Уверена, он самолично ее сделал из каких-нибудь самых неизвестных подземных или глубоко пещерных слизней, которые банально не рискуют подняться на поверхность, так как их сразу запинают старыми тапками, так сильно они воняют.
И я даже отложила склянку в сумку, решив, что справлюсь и сама. В самом деле, должно же тело когда-то привыкнуть и перестать разваливаться на много маленьких плачущих корелевишн. Конечно, должно, но, похоже, не в этой жизни. Соответственно, к подарку шамана я вернулась следующим утром, когда лежала и тихонько поскуливала в кровати.
И ведь помогло. И запах выедал глаза только первые минуты использования мази, а потом то ли рассеялся, то ли я и сама стала превращаться в тех самых замечательных слизнячков. Так или иначе, но действия мази хватило примерно на полдня. Потом чуть на меньше, потом еще чуть на меньше.
И вот сейчас мне хочется лечь пусть бы просто на травку и представить себя воздушным пушистым облачком - и чтобы никто не трогал. День. Или два. Или неделю.
Но где хочется, там и обломается. По сути, завершена самая легкая часть моей прогулки, дальше начинается самое интересное, назовем это так.
Слова вроде «опасное», «непредсказуемое», «ответственное» и «мамочки, а я говорила, что у меня лапки?» мне категорически не нравятся.
Мы останавливаемся в небольшой приграничной крепости с гарнизоном в пять десятков воинов. Крепость расположена очень удобно - в узком ущелье, которое на протяжении многих километров в обе стороны защищено отвесными горами. Не миновав крепость, пройти вглубь Артании отсюда невозможно. Ллисканцы пытались и не смогли, зато, насколько понимаю, в предгорных равнинах нажгли с десяток деревень, а то и больше.
Разумеется, выжившие после набегов сбежались в крепость. И если с запасами провизии тут пока проблем нет, земли здесь исключительно плодовитые, то со свободным пространством внутри стен - реальная беда. Люди толкутся чуть ли не как сельди в банке.
— Ваше Величество, - приветствует меня командир гарнизона. - Мы и помыслить не могли, что вы самолично почтите нас своим вниманием. Крепость держится, несмотря на попытки дикарей штурмовать ее. Но в долине живых деревень почти не осталось.
Наш разговор проходит с глазу на глаз. Чужое внимание мне не нужно. По-хорошему, я вообще бы предпочла не афишировать свой приезд. Но не получилось, вести распространяются быстро – и в крепости нас встречают, точно мы уже вернулись с большой победой. Разве что без фанфар, но с лепестками каких-то цветов под ноги нашим лошадям. И я, с одной стороны, понимаю, если люди хотят выказать своей королеве уважение и радость – нельзя им в этом препятствовать. Но как же неуютно при этом себя чувствую. А потому после краткого приветствия обитателей крепости, исчезаю в каменной башне, где и планирую провести небольшой совет.
— Ллисканцы еще не ушли? – не верю, что варвары могли просто развернуться и уйти, насытившись несколькими деревнями, но спросить должна, я довольно долго была в дороге, все могло измениться в какую-то сторону.
— Нет, Ваше Величество. Иногда подступаются к крепости, но каждый раз мы даем им отпор. Но на равнине мы ничего не можем с ними сделать. Лошадей у них нет, но они используют низкорослых буйволов, что позволяет им перемещаться весьма быстро. К тому же они неплохие стрелки, хотя и на небольших расстояниях.
— Они о чем-то просили? Угрожали? Что-то требовали?
Командир гарнизона позволяет себе саркастическую ухмылку, но быстро справляется с эмоциями.
— Угрожали – и не раз. Не хочу перед вами пересказывать все те гнусности, что я слышал. Говоря коротко, они хотят всех нас убить.
— Как считаешь, они хорошие воины?
— На равнине? Нет, Ваше Величество. Нам бы сотни три тяжелой конницы – и болотники даже имена собственных матерей позабудут, так быстро станут драпать.
— А в болотах?
— В болотах… - начальник гарнизона задумывается. – Признаться, соваться в их ядовитые дебри не посоветую никому. У себя дома они знают каждую тропинку, каждое дерево. Единственный способ вытравить их оттуда – выжечь болота. Дотла. Скажи, милорд Анвиль…
Поднимаю палец, призывая его помедлить. Я знаю, о чем он хочет спросить, но этот вариант мы не будем даже обсуждать.
— Ты знаешь, что через болота ллисканцев пройдет армия мятежных лордов? – спрашиваю немного погодя.
— Да, Ваше Величество. До нас дошли скорбные вести 0 восстании. Но, признаться откровенно, иной информации о мятежниках у меня нет. Мой гарнизон слишком невелик, а равнины наводнены дикарями, чтобы у меня была возможность отправить через болота разведчиков. Да и не пройдут они.
Звучит вообще не оптимистично, но хотя бы не врет — и на том спасибо.
— Ваше Величество, разрешите вопрос? - спрашивает командир крепости, глядя на меня немного исподлобья.
— Конечно, я слушаю.
— Если информация верна - и мятежники минуют болота... - он нарочито откашливается и продолжает, - нам их не удержать. Мы бы смогли на время остановить даже целую армию с осадными орудиями, но только если среди нет магов. Дикари и не планирует соваться в горы, иначе бы давно притащили сюда шаманов. Им вдоволь резвиться на равнине, выжигая деревни, но выше они не лезут. Позволено ли мне будет узнать ваши планы? Уверяю, каждый из моих воинов с готовностью сложит за Корону голову.
