хлопотать возле раненого оу Ваагнара. Туда же устремили свои взоры и большинство зрителей, пришедших под разными предлогами, чтобы попялиться на поединок, и Ренки как-то внезапно будто бы остался один. Даже оу Лоик Заршаа, его секундант — и тот пошел посмотреть, что с раненым, дабы доложить потом своему другу результаты его собственной работы.
— Вы прекрасно справились, сударь! — услышал он внезапно за спиной голос, который меньше всего ожидал услышать именно тут.
— Э-э-э… сударыня! — обернувшись, возмущенно возопил Ренки. — Вам не следует здесь находиться! В конце концов, подумайте о собственной репутации, уж коли приличия вас совсем не беспокоят.
— Ах, сударь… Вы такой скучный, — поморщилась Одивия Ваксай. — Думаю, даже моя бабушка сочла бы вас чрезмерно… э-э-э… занудным. Да-да, именно занудным! Ну сами подумайте, как я могла пропустить подобное зрелище? Мой учитель дает наглядный урок! И я, кстати, было подумала, что вы уже давно заметили мое присутствие и эту технику продемонстрировали специально для меня. Все было точно как вы учили!
— Сударыня, девушке ваших лет не приличествует быть в подобном месте, да еще и в столь раннее время! Вам следует немедленно вернуться в отчий дом!
— А ведь я… — Одивия словно бы и не заметила слов Ренки, отреагировав на его нотацию лишь быстрым закатыванием глаз. — Еще и деньги на вас поставила. И весьма немалые. Учитывая, что ставки принимали один к трем, я на вас весьма неплохо заработала. Однако у вас кровь! Вы позволите перевязать вам рану?
— Вообще-то это моя обязанность, сударыня… — сказал подошедший Лоик, смотря на Одивию ошарашенным взглядом, в котором проскальзывали нотки восхищения. — Волонтер оу Заршаа к вашим услугам, сударыня!
— Хм… — после небольшой паузы ответила Одивия. — Коли наихрабрейший и высокоморальнейший оу Дарээка в кои-то веки не собирается блюсти этикет, представлюсь сама. Одивия Ваксай — дочь и наследница купца, а также ученица этого вот благородного оу.
— О-о-о… — протянул Лоик. — Весьма наслышан. Знаете, сударыня, сейчас при дворе многие дамы тоже начали увлекаться фехтованием. Приятно, что и в Фааркооне есть те, кто следует моде!
— Вот-вот… Кто бы сомневался, что я жутко модная особа! Кстати, уважаемый оу Дарээка, я понимаю, что в последнее время вы были очень заняты. Однако когда я могу надеяться на возобновление наших занятий?
— Не так скоро, — остановил ее Ренки. — В ближайшую пару недель мне предстоит небольшая поездка вглубь королевства.
— Может, тогда я попробую на время заменить моего друга? — предложил Лоик, смотрящий на Одивию с большим любопытством, как на какую-то экзотическую птицу. — В конце концов, это мой долг как секунданта — в случае неявки участника занять его место.
— Я подумаю, — излишне высокомерно ответила купеческая дочка. И, уже удаляясь, бросила: — Зайдите сегодня вечером в мой дом.
— Ух ты! Ренки, какая прелюбопытнейшая особа! — провожая ее взглядом, заметил Лоик. — Словно персонаж из мифов про воительниц древности. Кстати, оу Мавиинг говорит, что оу Ваагнар скорее всего останется в живых. Но он не уверен, что тот сможет продолжить службу. В общем, похоже, ты прервал весьма многообещающую карьеру. На всякий случай я бы на твоем месте теперь оглядывался почаще. Эти оу Ваагнары не слишком-то следуют кодексу, зато умеют звенеть деньгами. Не хочется, конечно, так говорить о роде нашего боевого товарища, но, боюсь, эти люди способны на все.
Глава 7
Что скакать на лошади, что трястись в возке — оба этих «удовольствия» стоят друг друга. А особенно хорошо сначала стереть задницу о седло, а потом подпрыгивать на деревянной лавке, когда стремительно несущийся возок пересчитывает все выбоины на дороге. Но поскольку кто-то должен был управлять повозкой, в которой было сложено серьезное оружие, порох с пулями, запасы одежды и кое-что из «оборудования» Готора, этого «удовольствия» удостаивались все по очереди.
Уже почти четыре дня, практически без перерыва на отдых, банда летела по дорогам королевства с невиданной скоростью. Тайная служба выдала «откомандированным» некую бумагу, при виде которой все смотрители почтовых станций и владельцы кабаков резко бледнели лицом и, приглаживая вставшие дыбом волосы, бегом неслись менять уставших лошадок на хорошо отдохнувших и самых резвых из имеющихся в наличии. А о «резвости и отдыхе» самих путешественников, кажется, никто даже и не задумывался.
Так банда прибыла в Раанд — довольно крупный город, широко известный своей ежегодной ярмаркой. И только тут они впервые получили возможность отдохнуть, ожидая вестей от Тайной службы.
— Что это ты так печален в последнее время? — поинтересовался Готор, когда они с Ренки, более-менее выспавшись и плотно пообедав, прогулочным шагом бродили вдоль торговых рядов, разглядывая выложенные на них товары и снующих мимо людей.
— Все нормально, — буркнул Ренки, всячески демонстрируя свое недовольство.
— Но я же вижу, — внимательно глядя на своего молодого приятеля, заметил Готор. — Тебя что-то гнетет.
— Не бери в голову, — продолжал стоять на своем Ренки. — Это мое дело.
— Знаешь, при иных обстоятельствах я бы полностью с тобой согласился, — сказал Готор, и слова его звучали серьезно и очень весомо. — Но я чувствую, что тебя что-то гнетет и ты сам не можешь с этим справиться. — Ну-ка, поведай о своих печалях мудрому дядюшке Готору, и, возможно, он даст тебе дельный совет. Ну а если даже нет, просто выговоришься, легче станет.
— Да уж… — невесело пробормотал Ренки. — Вот только «мудрый дядюшка Готор» тут и может наподсказывать…
— Судя по твоему тону, — еще более внимательно глядя на Ренки, заметил Готор, — твое недовольство если и не полностью, то отчасти связано со мной. Что я такого сделал?
— Будто сам не знаешь! — Недовольство Ренки прорвалось весьма громким криком, так что на них даже начали оглядываться. — Тебе обязательно было тащить меня с собой в это заведение?! — почти шепотом прошипел он, ответив на любопытные взгляды таким взором, что вокруг друзей весьма поспешно образовалась пустота.
— Ренки, Ренки… — укоризненно покачал головой Готор. — Я ведь тебе сколько раз объяснял, что молодому парню твоих лет просто противопоказано такое длительное воздержание! Да и общение с
