Я посмотрела ему в глаза. Они смотрели мрачно, и я поняла, что у него не было выхода из этой ситуации.
Снова меня позвал дед и постучал по месту рядом с собой.
- Иди сюда!
Это была не просьба, и мне не оставалось ничего другого, как подчиниться. Вскоре я села, как можно дальше от Франка, на скамейку.
- Франк, что ты здесь делаешь? - прошептала я.
- Я наблюдал за тобой. - Он опёрся локтями о бёдра. - За тобой и твоей семьёй. Всё было совершенно по-другому, чем я ожидал. - Отец. Сестра. И парень-защитник. Собственно, хоть что-то из того, что ты мне рассказала, было правдой?
На одно мгновения я удручённо опустила голову. Он всё знал.
- Что мне на это ответить? Мама внушила мне не рассказывать тебе ничего обо мне и о моём отце. Она тебе не доверяла. - Мой голос сорвался, когда Ксавьер снова начал издеваться над Ашером. - И она была права, не так ли?
Мой дед что-то показал Ксавьеру знаком, и защитник, с мрачным взглядом в мою сторону, немного отступил от Ашера. Я должна была убедиться в том, что он умер в огне! Почему я не вернулась, чтобы проверить это? Как глупо с твоей стороны, Реми!
- Почему ты здесь, Франк?
- Из-за тебя.
- Ты хочешь меня убить.
- Это всё в твоих руках! - Он вздохнул. - Ты нужна нам. Ты вернёшься назад и позволишь сделать над собой тесты. Ты сделаешь всё, о чём я тебя попрошу, чтобы мы смогли выяснить, как нам победить защитников.
В моей голове я чувствовала тупую пульсацию. Значит, он всё же хотел сделать из меня лабораторную крысу.
- А что с ними? - Я бросила взгляд на Ксавьера и другого защитника.
- Они помогают тебе в твоём плане и таким образом предают себе подобных. Что они с этого имеют? - На моё обвинение Ксавьер не подняла взгляда. Он улыбался.
- Это же ясно, за это они получат тебя, - сказал Франк. Я в ужасе распахнула глаза, и он быстро продолжил. - Нет, нет, не так, как ты думаешь. Я же не монстр. В конце концов, ты моя внучка. Я никогда не допущу, чтобы они убили тебя.
- Что тогда? - выдавила я.
- Все остальные целительницы ведь умирают, когда защитники похищают у них энергию. Ты же в состояние исцелить себя. Если ты подчинишься им и сделаешь то, что они скажут, то никому другому не нужно будет терять свою жизнь. Ты сделаешь это не ради меня, а ради целительниц, Реми. Девушки вроде Эрин, смогут совершить удивительные вещи. Кто знает, скольких людей ты сможешь спасти? А ты заплатишь не такую большую цену.
После того, что ты сделала для Мелинды, я знаю, что ты на это способна. Конечно, возможно тебе понадобится время между первым и следующим защитником, чтобы оправиться, но я позабочусь о тебе, это я обещаю. Ты сможешь сделать это. Подумай о том, сколько хорошего ты совершишь.
Жуткая тишина образовалась между нами.
Он верил в то, что говорил. Его лицо светилось, и он скривил губы в дружелюбную, ободряющую улыбку. В своих глазах он нашёл простое решение для скверной проблемы. Я буду выступать в качестве спасительницы целительниц, только здесь была одна загвоздка: будущее, которое он мне описал, звучало безотрадно и жестоко. Мой дед сделает из меня гораздо худшее, чем лабораторную крысу. Моё горло болело от не пролитых слёз. Последний подарок моей матери. Она послала меня к нему, потому что я была у него в безопасности. Какая отличная безопасность. Она понимала, как будет выглядеть его представление о «безопасности»?
Я пыталась что-нибудь придумать, но ничего не приходило в голову. Может быть, просто не стоит больше бороться. Разве я всё это время не сопротивлялась против такого будущего? По крайней мере, моя семья, если я сейчас допущу это, останется невредимой.
Ашер охватил приступ удушья, и он закричал:
- Реми, нет! Беги! - Ксавьер ударил его по затылку, и он застонал. Франк смотрел на Ашера, как будто он был просто каким-то предметом.
- Я не могу оставить его в живых. Тебе ведь это ясно, не так ли?
Я ахнула и начала умолять:
- Пожалуйста! Я пойду с тобой. Сделаю всё, что ты захочешь. Эти тесты, целительницы ... Я не буду сопротивляться. Но пожалуйста отпусти его!
Ашер сопротивлялся теперь изо всех сил, а Ксавьер и другой мужчина по очереди били и пинали его, пока он не остался лежать, с каждым вздохом вдыхая грязь. Я ухватилась за край каменной скамейки, чтобы оставаться спокойной, хотя больше всего мне хотелось броситься к нему. Но Франк помешал бы этому.
Он положил руку на мою, я сделала над собой усилие, чтобы не оттолкнуть ее.
- Я знаю, сейчас ты злишься, но когда-нибудь ты поймешь, что это правильный путь. Эти защитники уверяли тебя, что они хорошие, но мы же с тобой знаем, что это не так. Защитники вообще не способны делать что-то хорошее!
- Ты знаешь, кто я, - сказала я невыразительным тоном.
Он кивнул.
- Знаю. Дитя, мне очень жаль, но нам нужно доказательство твоей лояльности, прежде чем ты сможешь вернуться к нам. Я должен быть уверен, что ты больше никогда не свяжешься с защитником. Ты должна встать на чью-то одну сторону.
Он говорил это так самоуверенно и убежденно, что у меня мурашки побежали по спине.
- Франк, в моих жилах течет кровь защитника. Как я могу отказаться от этого? Мне что, убить себя?
Одним рывком он поднял меня, его лицо при этом оставалось неподвижным.
- Нет, ты убьешь своего отца.
***
На мои мольбы дедушка никак не реагировал. Он спокойно рассказывал мне, что мой отец и Блеквеллы были его врагами. Моя мать была больна и не объяснила мне разницы.
- Ни за что и никогда я не должен был уступать ее, беззащитную жертву, твоему отцу!
- Она любила его, - ответила я хрипло. - Она сказала мне об этом. Она оставила его из-за меня!
Мускулы на его лице напряглись, я даже подумала, что он влепит мне пощечину. Однако он взял себя в руки и дотронулся до моей щеки.
- Вранье! Они обманули тебя, Реми. Ты должна оставить этих людей в прошлом, прежде чем они разрушат тебя. Выбирай!
Выбрать что? Жизнь в муках и рабстве? Жизнь без Ашера или семьи? Жизнь, в которой я убила своего отца?
- Нет, - прошептала я. - Я убью Бена. Ты убьешь Ашера. Я проиграю, как ни крути.
Франк схватил меня за подбородок и до тех пор сдавливал его, пока я не скорчила гримасу.
- Ты забыла свою сестру!
По моей щеке скатилась слеза. Он вытер ее.
- Я не жесток, Реми. Когда мы уедем, твоя сестра и ее мама смогут жить в счастливом неведении. Мы наблюдали за Люси. Она бессильный ребенок, я не хочу делать ей ничего плохого. Но если мне таким образом нужно будет удержать тебя, меня ничто не отпугнет. Так что, решайся. Что бы я ни делала, сегодня все равно кто-нибудь умрет. Я закрыла глаза и замолчала. Не нужно было рассказывать дедушке, что я уступлю. Ему и так было это ясно.
