должно было что-то случится. Что-то, что заставило бы реанорца вновь сорваться с места. Мчаться галопом прочь, попутно с этим решая множественные проблемы, надрывать собственные жили и снова… убивать. Однако ничего такого не случилось. Всё осталось по-прежнему.
— Странно, — обронил я невольно вслух, шагая плечом к плечу в сторону поместья.
И стоило моим словам прозвучать, как мироходец невольно фыркнул и рассмеялся себе под нос.
— Чувствуешь себя не в своей тарелке, да? — хмыкнул понятливо тот. — Не нужно больше торопится и ничего не подгоняет позади, не так ли?
— Откуда ты… — резко поднимая глаза на Паллада, прошептал озадачено я, но почти тотчас пришлось осечься, потому как мой собеседник в самой бесцеремонной манере внезапно рассмеялся.
— Это жизнь, мой реанорский друг! Спокойная и размеренная жизнь! Похоже, из-за всего навалившегося за эти годы ты и забыл, что это означает. Шагай давай, — весело ухмыльнулся он, а после взглядом указал вперед. — Благо ты не одинок. Тебя есть кому ждать.
Князь Лазарев. Хранитель Земли. Красный Демон. Кровавый Лазарь. Жнец Бездны. И даже Спаситель. С момента уничтожения врат как меня только не называли, но стоило посмотреть в указанном направлении, как чуткий реанорский слух уловили до боли родные голоса.
— Папа!
— Папа здесь!
— Папка вернулся!
Лишь сейчас в этот самый момент и после всего происходящего, до разорванного в клочья реанорского естества, наконец-то, дошла обыденная истина, а та самая пугающая пружина неизвестности моментально развеялась, словно её и не бывало.
Спокойная жизнь, значит. Видимо, после того как ты погряз по горло в чужой крови, Зеантар, ты и вправду начал забывать о подобном.
Матвей, Тар, Фларас мчались ко мне самыми первыми и за ними едва-едва поспевала Лика. На колени я упал неосознанно и практически моментально прижал их к себе, будто бы не видел их целое тысячелетие, а следом пришла очередь обнимать и дочь. Счастливая улыбка самопроизвольно заиграла на моих губах и все беды, все несчастья, что случились со мной ранее просто-напросто растворились в этом моменте.
— Папа, ты… ты плачешь? Почему? — вдруг прошептала взволновано Лика, ручками касаясь моей щеки и быстро переглянулась с братьями. — Тебя кто-то обидел?
— Нет, моя милая. Просто я счастлив. Очень счастлив. Да и не родился тот, кто способен обидеть вашего папа.
— Пап, — вдруг заговорщицки зашептали Фларас и Тар в один голос мне на ухо. — А это правда, что ты… ты тоже хранитель? Как и дядя Паллад.
— Кто вам такое сказал? — расплылся я в широкой улыбке.
— Тетя Анжелика и тетя Лиза, — тотчас сознался Матвей. — Еще они сказали, что ты спас очень много людей. Они говорят, что ты… ты самый настоящий герой.
— Герой? — ухмыльнулся залихватски я. — Вот уж вряд ли. Ваш папа по другой части.
За беседами с детьми я и сам не заметил, как рядом с нами возникли силуэты девочек. Улыбка моя невольно померкла, но как нельзя кстати на помощь пришла королева фей, что стремительно выпорхнула из моего кармана, чем и отвлекла малышню.
— Ниа! Ниа! Ниа!
— Все за мной! Сейчас я расскажу вам кое-что захватывающее! — весело пропищала детям малышка, ловко упорхнув в сторону, попутно с этим ободряюще мне подмигивая.
Алиша, Прасковья, Вика, Лира, Рита и Хельга.
Каждая из женщин смотрела на меня по-разному. И именно эти различные взгляды сбивали с толку.
— Девочки, я…
— Если снова посмеешь просить прощение, — с наигранной свирепостью прошипела хрипло Куня с раскрасневшимися глазами. — То я… то я… то я за себя не ручаюсь… Ты… ты не виноват в их смерти… Никто не виноват… Не смей обесценивать их и свои собственные старания…
Последние слова жена выпалила повиснув у меня на шее, вцепившись в меня, словно в спасательный круг, а секунду спустя за ней последовали и остальные.
Теплота, нежность, запах. Всё это стало настолько родным, что складывалось впечатление, что я и вправду не видел их целую тысячу лет.
— Нет, вовсе нет, — улыбнулся широко я, целую каждую женщину словно в первый раз. — Лишь хотел сказать, что я… я вернулся. Как вы и просили.
— Делай как можно чаще, — шмыгнув носом тихо пробормотала Алиша.
— Да, точно, — повторили следом остальные.
— Куда я уж теперь от вас…
— Брат!
— Отец!
Слева вдруг раздалась череда возгласов и два нежных вихря резко заключили моё тело в объятия с двух разных сторон.
— Привет, малышки, — с веселой усмешкой прижал я к себе Лизу и Анжелику. — Скучали?
— Очень! — в один голос произнесли зажмурившиеся девушки, не желая выпускать мои руки из хватки.
Правда, уже в следующую секунду между ними вклинился крохотный силуэт Лики, что оторвалась от своих братьев, и которая дважды с необычайной робостью дёрнула меня за край рубашки, и присев рядом с дочерью, я со вселенской теплотой заглянул ей в глаза.
— Что случилось, моя милая?
— Папа, ты же… ты же не оставишь нас больше? — жалобно прошептала малышка, чуть не плача. — Не оставишь нас как… как наши дедушки? Я не хочу, чтобы ты уходил навсегда. Совсем не хочу… — отрицательно замотала Лика головой, гулко сглатывая и потирая раскрасневшиеся глазки.
От заданного вопроса в горле по своей воле образовался горький ком, но я заставил себя усмехнутся.
— Нет, никогда, — шепнул я ей ну ухо, мягко подхватывая дочь на руки и обводя взглядом печально и в тоже счастливо улыбающихся девочек. — Отныне папа всегда будет рядом и никогда вас не покинет. А что касательно ваших дедушек, то они вас не оставили, они герои, герои, что до последнего своего вздоха защищали то, что считали ценным для себя. Но знай одно, моя милая, они навсегда останутся вот здесь, — с нежностью проговорил я, а после мягко указал пальцем в район её сердца.
— Обещаешь, что более не оставишь нас? — раздался у самого уха голос Алиши.
— Обещаю…
* * *
Российская Империя.
Московский Кремль.
Собор Очищающего Света.
Четыре месяца спустя.
15 марта, 2032 год.
Около полудня.
— Проклятье! — выпалил раздраженно Ростислав, вышагивая из угла в угол. — Вот же проклятье!
Повторял эту фразу цесаревич уже в десятый или же в двенадцатый раз, вроде бы. И честно сказать, она меня уже достала.
— Сучья кровь! — скривился невольно я, разлепляя веки. — Хватит тебе уже. Сделанного не воротишь, поэтому нет смысла сотрясать воздух. Угомонись уже.
— Мне казалось, что друзья должны поддерживать друг друга в такие моменты.
— Должны, — согласился с ним я, неторопливо поднимаясь на ноги и направляясь в сторону окна. — Наверное, даже обязаны. Но как хорошо, что я не только твой друг, но еще и советник. Так что
