Я не буду отвечать агрессией на агрессию, я прощу заблудших овец, и протяну руку дружбы".
Императрица заявила, что будет молиться за души сектантов, погибших во время покушения. Только пока еще не решила, в какой из церквей. Единственный задержанный участник нападения будет также прощен и отпущен на свободу. Однако это не означает, что расследование столь ужасного преступления будет прекращено. Директор УН заверил, что все члены секты "Недоносков" будут установлены, задержаны и дальнейшую их судьбу решит Императрица.
Напомню, пресс-конференция состоялась вчера вечером, и, как известно из конфиденциальных источников, члены секты "Недоносков" уже заявили, что, цитируем: "За овец эта коза еще ответит"".
Вот так…
Побег оказался напрасным. Стоило немного подождать…
Дженс испытывал противоречивые чувства.
Впрочем, даже радоваться тому, что он на свободе, пока не стоит. Самое трудное — впереди.
Взгляд Дженса упал на соседнюю страницу. На заголовок крупными буквами: "Монстры нашего города".
Вверху, сразу под заголовком, располагалась фотография — очевидно, та, что была сделана после освобождения "Райского уголка". Только Эльза и Том удалены.
"Как вы, несомненно, знаете, на прошлой неделе произошло покушение на императрицу. Лишь профессионализм и самоотверженность "амазонок" позволили сорвать жестокий план злоумышленников. Идет следствие, и выясняются все новые подробности. На данный момент достоверно известно, что одну из главных ролей в покушении играл некий Дженс Клевальски — он изображен на нашей фотографии. Ранее этот субъект не привлекал ничьего внимания, маскируясь под рядового жителя Ням-Ням. Лишь предотвращенное покушение позволило сорвать маску с его лица. Кто он, Дженс Клевальски, какие цели он преследовал и какое место в иерархии "Недоносков" занимал? Наши эксперты единодушно полагают, что Дженс Клевальски был одним из организаторов, а может, и идейным вдохновителем фанатиков. Возможно, покушение спланировано именно им. Следствию еще многое предстоит узнать, мы же присмотримся к этому женоненавистнику, фанатику, шовинисту, не побоюсь этого слова, моральному уроду, и спросим: что же заставило его ступить на скользкий путь криминала? Что заставило внешне благополучного человека, сына известных и уважаемых людей, совершить столь жуткое злодеяние? Что же это за человек такой, Дженс Клевальски, от которого сбежали даже родители?
Как известно, все члены секты "Недоносков" являлись женоненавистниками, считали, что женщина не должна иметь прав, они — категорические противники эмансипации и феминизма. Известно также, что у секты есть "сочувствующие" — лица из высших политических кругов, поддерживающие фанатиков денежными средствами. Может быть, обещанное вознаграждение заставило Клевальски организовать заговор против Императрицы?
С чем мы имеем дело — фанатизмом в худшем из его проявлений, или оплаченной политической акцией? Что заставило Дженса Клевальски пойти против Императрицы — ненависть к ней или деньги? Наши эксперты полагают, что сыграли роль оба фактора. Ведь без финансовой поддержки провести такую операцию было бы невозможно.
Вызывает определенные подозрения и тот факт, что Дженс Клевальски, несмотря на вполне солидный возраст, до сих пор не женат, и, по рассказам соседей, не встречается с женщинами. Возникает вопрос: а все ли в порядке с его сексуальной ориентацией? Быть может, именно здесь кроется причина такого женоненавистничества?
Но есть и другое мнение. Как известно, Дженс Клевальски, повторюсь, не смотря на весьма солидный возраст, ничего не добился в жизни. Его лень, нежелание и неспособность к чему-то стремиться, ярко выраженное тунеядство не позволяют этому трутню работать, получить профессию, совершенствоваться в ней. Возможно, именно зависть к людям, добившимся успеха — добившимся, замечу, непосильным трудом, ежедневной каторжной работой — толкнула Дженса Клевальски на преступление. Вместо того, чтобы работать и чего-то добиваться, Дженс Клевальски по-черному завидовал и злился на других. Эта злость копилась годами, и она не могла не выплеснуться наружу. Возможно, мы знаем не о всех преступлениях этого негодяя. Думаю, УН, несмотря на милость Императрицы, следует всерьез заняться личностью Дженса Клевальски, и установить, какие другие злостные преступления он совершил? Не удивлюсь, если на его счету есть нападения на женщин, на людей, чего-то добившихся в жизни, а может, и их убийства!
Мы просим сотрудников УН тщательно и всесторонне разобраться с деятельностью Дженса Клевальски и не допустить, чтобы эта мразь в человеческом облике совершила новые преступления! Мы просим всех читателей внимательно рассмотреть фотографию этого, с позволения сказать, человека — может быть, вы вспомните его? Может быть, кто-то из вас или ваших близких пострадал от его действий? А если и нет, запомните его — и если вдруг встретите на улице, то будете знать, что следует быть предельно осторожным. Этот человек очень опасен, психически неуравновешен, от него можно ожидать все, что угодно!
Пока Дженс Клевальски на свободе — никто не может чувствовать себя в безопасности, особенно женщины, старики и дети — наименее защищенные…".
Статью Дженс так и не дочитал, в ярости смяв газету и выкинув ее на дорогу — первый раз в жизни! — и резкими, нервными шагами направился домой. Постепенно шаг его замедлялся — он задумался, что же делать дальше. Ничего путного, кроме поспать и поесть, в голову не приходило. Но если с первым вряд ли возникнут проблемы, то вот второе кажется невозможным.
— Сначала отдохну как следует, а потом уж буду думать, — решил Дженс. И в этот момент в его затылок прилетело что-то тяжелое.
Едва не упав, Дженс развернулся. Метрах в двадцати от него стояла какая-то старуха.
— Это Дженс Клевальски! — завопила она, указывая пальцем на Дженса. — Маньяк и убийца! Он покушался на Императрицу! Бей его!
И, подавая пример, наклонилась, подбирая камень покрупнее. Люди останавливались, оборачивались. Дженс не нашел ничего лучше, как покинуть улицу. Быстрым шагом, но не переходя на бег, он свернул в переулок, вышел на другую улицу, свернул снова.
Надо быстрее попасть домой, — решил он. — Пока еще каких ненормальных не встретил…
Кратчайшим путем Дженс добрался до дома. Пару раз его узнавали, кричали что-то вслед, кидали камни. Каждый раз это были женщины, преимущественно пожилые. Дженс не задерживался и не пытался завести разговор, переубедить. Понимал — бесполезно.
Вот и родной дом…
Сердце тревожно забилось в груди, дыхание участилось. Кровь прилила к лицу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
