Он принял решение. Уйти из города, который предал его. Родного города, в котором он родился и вырос. Который любил — насколько можно любить такой город, как Ням-Ням. И в котором он стал изгоем.
Уйду куда-нибудь в деревню, — думал Дженс. — И начну все сначала. В деревне будет проще. Найду себе заброшенный домик. Наймусь на работу. Буду землю пахать или коров доить. Хоть что-то. А там, глядишь, и представится шанс. И удастся подняться, чего-то добиться…
Дженс шел налегке, ничего не взяв с собой. Да брать-то было особо и нечего. Давно остались позади дома зажиточных горожан, густонаселенные кварталы бедных районов, потянулись трущобы…
Дженс шел, не обращая внимания ни на что вокруг, погруженный в размышления.
Уйти отсюда. Забыть обо всем. И никогда не вспоминать. Этот город предал меня. И я уйду отсюда.
И начну новую жизнь…
Вот и последние дома. Впереди — дорога, освещаемая рассветными лучами солнца. Впереди — новая жизнь. Новые возможности.
И Дженс уверенно ступил на дорогу, ведущую его в новое, прекрасное будущее…
— Так-так-так, кого я вижу?!
Дженс едва не подпрыгнул от неожиданности — погруженный в невеселые думы, он не услышал шагов за спиной — и резко развернулся.
— Ну вот, мы и встретились, философ гребаный, — зло оскалившись и буравя Дженса ненавидящим взглядом, произнес смутно знакомый человек. И Дженс вспомнил его — несколько дней назад этот человек с парой ёблинов пытались ограбить его.
В этот раз их было пятеро, и все люди — как на подбор большие, массивные, с угрюмыми лицами. Двое вооружены арбалетами, взведенными и нацеленными на Дженса, остальные держали наготове топоры и мечи.
— Я обещаю, что умирать ты будешь долго и мучительно…
Взвизгнули тетивы, два болта одновременно покинули ложа арбалетов, один пробил правое плечо Дженса насквозь, другой угодил в голень, под колено. Дженс рухнул на мостовую, нападающие мгновенно окружили его. Взвился вверх топор в руках главаря — и стремительно рухнул на распластавшееся на земле тело…
ГЛАВА ДЕВЯТАЯ
Одни из первых законов, принятых Императрицей, был закон, запрещающий придумывать, рассказывать, писать, слушать и читать анекдоты про блондинок.
"Думаю, наш фольклор ничего не потеряет, если не будет анекдотов про блондинок", — заявила императрица. — "Все равно они все несмешные. Но если кому-то нравится придумывать такие анекдоты — пожалуйста. Пусть сидят в одной камере, сочиняют и рассказывают их друг другу".
На данный момент, в большой тюремной камере, отведенной специально для сочинителей и слушателей анекдотов про блондинок, находится уже более трехсот человек. Правда, ходят слухи, что им удалось подкупить охранников и организовать издание сборников анекдотов про блондинок. Говорят, что на черном рынке такие сборники стоят больших денег".
История Двоехолмия, том 34.
Первый и пока единственный на Двоехолмии компьютер располагался в Научном Центре — организации, созданной специально для обслуживания "думающей машины".
Высокая каменная стена, поверх — витки колючей проволоки под напряжением. Наблюдательные вышки с арбалетчиками, охрана, контролирующая единственный вход и патрулирующая периметр.
Компьютер надежно охранялся — в первую очередь, от вандалов. Возможность физического разрушения — единственное, чего опасались ученые. Украсть компьютер невозможно, а использовать его в своих целях никто, кроме специалистов, не сможет.
За каменной стеной скрывались три здания — два маленьких и одно большое. Малые предназначались для ученых, технического и обслуживающего персонала, охраны. Большое же — четыре этажа, длина тридцать и ширина двадцать метров — занимал компьютер. Стены вокруг него были возведены, чтобы защитить от воздействия окружающей среды.
Из остановившейся возле Научного Центра машины к его входу направлялись два человека.
— Надеюсь, в этот раз нам повезет, — буркнула Эльза.
С тех пор, как они потеряли Дженса, с третьим членом группы катастрофически не везло.
Первым оказался тупой, наглый и эгоистичный тип. Несколько раз он оказывался в поле зрения полиция — еще в старые времена, до введения Теории Вероятности — но определить его причастность к преступлениям не удалось.
С первых же дней работы он повел себя нагло, саботировал работу, пытался использовать служебное положение в личных целях, а потом умудрился оскорбить Эльзу, добавив еще и пару пошлых намеков. В результате новый "напарник" попал в больницу с множественными переломами. В тот же день Эльза убедила руководство, что не стоит ожидать излечения новенького, и получила разрешение пополнить команду.
Следующий "коллега" на первый взгляд казался неплохим работником. Проверить это не удалось — в тот же день он погиб, пытаясь задержать уличного грабителя.
Третий ударился в бега. Две недели служба внутренней безопасности, усиленно искала дезертира — или делала вид, что ищет. Только после этого Эльзе удалось убедить начальство, что не стоит держать в своих рядах такого работника.
Четвертый состоял в партии, борющейся за права сексуальных меньшинств, и даже был ее лидером. Кроме того, среди его предков обнаружился один нибейлунг. Так что Тому сразу намекнули, что, если Эльза пойдет выше по карьерной лестнице, то новенький займет ее место.
На следующий день, во время задержания банды бабушек-угонщиц лошадей, новичок выпал из окна, получил множественные переломы и попал в больницу, на соседнюю койку со своим недавним предшественником.
Пятым оказался мужчина семидесяти лет от роду, едва видящий и абсолютно глухой.
Что делать в таком случае, было непонятно — законом такая ситуация не предусматривалась, прецедентов еще не случалось. Пришлось ждать, пока вопрос пройдет по всем инстанциям, пока Императрица внесет поправки в закон, пока он вступит в силу…
Таким образом отдельный гражданин умудрился в весьма почтенном возрасте поработать уновцем, получив небольшую прибавку к пенсии.
Теперь пришел черед выбирать шестого…
Охранники на входе дотошно проверили документы, убедились, что Эльзу с Томом ждут, позвонили в управление УН, удостовериться, что их сотрудники Эльза Хокс и Том Барнс в это время отправлены в Научный Центр, запросили описание внешности, и только после всего этого пропустили уновцев.
На территории Научного Центра их встретил худощавый человек в белом халате и в очках. Судя по лицу, ученый размышлял об устройстве вселенной, когда у него поинтересовались, не знает ли он, как прочистить унитаз.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
