Ведь Джереми тоже стал частью нашей команды. Пусть и вкладывался меньше всех.
Теперь весь их взор был устремлен на меня. Такой обжигающий. Прямо как тогда, в университете от одноклассников. Правда, теперь меня никто не хотел убить. Скорее поддержать. Ведь сидящая рядом Джози взяла мои руки в свои. И сказала.
– Какое ты решение сейчас не примешь, Лав Трейнор, я не обижусь. Мы все не обидимся. Ведь это не твоя ноша. Ты нам ничем не обязана. Ровно как и мы тебе.
Аарон был явно с ней не согласен. Хотел напомнить мне о том, что сделал. Но сдержался. Особенно, когда на него цокнул Билли. Спасибо ему.
– Я, – начала говорить, – думаю, теперь тоже согласна.
ДА! Именно этим словом разразилась вся комната. Начала даже сотрясаться. И, в одно мгновение, возле меня очутилось аж несколько людей, обнимающих и благодарящих за спасение.
Не знаю, почему им было так важно, чтобы я осталась. Может быть просто один человек в их команде был не лишним? Или же, с помощью моего роста, они придумали гениальный план?
Для меня тогда было главным, что я себя чувствовала важной. И, по-своему, счастливой. Ведь я снова находилась среди людей, которые не желают мне зла. Напротив, готовы поддержать и дать свое плечо, чтобы поплакать.
А еще был рядом Джереми.
Наконец-то.
Рядом со мной.
Переобнимав всех подряд, я остановилась на Билли, который подошел одним из последних. Впервые почувствовала его запах. Пах он ванилью, вперемешку с чем-то пряным. Знаешь, как тот самый пряный чай, который я недавно попробовала в кофейне. Тогда я не особо понимала, как описать этот запах. А теперь знаю, с чем он у меня ассоциируется.
– Все готово, Билли. Зейн съездил с утра на КПП и привез оттуда твои снаряды, – прервал нас Аарон.
– О да, – подтвердил его слова сам Зейн, – чуть не обделался там.
– Необходимо их будет распределить во время праздника. И быстро свалить, – сказал Билли, сажая меня на ближайший стул.
Сели мы все. Настала пора обсуждений: как мы будем действовать. Билли с Аароном пошире развернули карту запада и отметили на ней пару точек.
– Я думаю, мы все готовы. Барбара и Шерон хотят уехать из города, повидаться с родными. Остальные изъявили желание остаться после взрыва, – сказал Аарон.
– Понимаю, – ответил Билли, – Нам надо их просто отвлечь. Чтобы ничто не отвлекало от праздника. Когда КПП и церковь будут взорваны, дело останется за малым. Мои ребята уже будут ждать у границы.
– А кто будет класть наряды? – спросил Зейн.
– Я сам могу, – ответил ему Билли.
– Ну уж нет, чувак. Ты командир. А командиры – командуют, а не делают, – съязвил Зейн. Прямо как Робби когда-то, – я пойду.
– Я с тобой, – отозвался также Ник.
– Я бы тебе тоже помог, – прохрипел Джереми, – но ты такой худой, что не дотащишь меня.
Зейн тут же принялся его щекотать. А Джер – отбиваться. Парни согласились на авантюру Зейна и Ника. И, не обращая внимания на их детские шалости, продолжили строить план.
– Барбара и Шерон, – продолжил Билли, – вас я отведу тогда подальше от города. Практически в поле – там сейчас стоит моя машина. Будете сидеть в ней вместе с Джереми и Джейсоном, пока мы вас не заберем. Чтобы, не дай бог волна взрыва не накрыла вас.
Девочки закивали.
– Остальные, Джози, Труди и Лав, будут отвлекать солдат, как могут, на празднике.
– Отвлекать? Нам что их, соблазнять придется? – спросила Джози. Отчего Шерон аж поморщилась.
– Да они от одного твоего взгляда в обморок упадут! – пошутила Барбара и рассмешила рядом сидящую Труди.
Парни, стоящие у карты, начали тоже над ней, по-дружески, подтрунивать. Поэтому пока что я решила пододвинуться поближе к Джереми. В последнее время, мне казалось, он начал чувствовать себя хуже. Начал тяжело кашлять, много спал. Аарон подозревал у него пневмонию. Но изолировать пока не решался.
– Привет, – сказала ему я и подоткнула одеяло.
– Привет, – ответил он, пытаясь улыбаться мило, а не смешно.
Но ему не удалось. И я рассмеялась. Отчего он улыбнулся еще шире. Пытаясь спрятать свое искаженное лицо.
– Если тебе что-то нужно, только скажи. Я сразу же принесу.
– Нет, Лав. Ничего не надо. Спасибо.
Ему не хотелось доставлять мне еще больше проблем, чем мог бы. Ведь до событий в Подесте, именно Джереми спасал меня и помогал со всеми передрягами. А тут оказался на скамейке запасных. Ему было не привычна эта роль и я видела по его выражению лица, как сильно он хотел от нее избавиться.
Но по прогнозам Аарона, восстановление Джереми займет где-то около года. Если не больше. Ущерб был нанесен не только рукам и ногам, но и так же внутренностям.
– Как ты, Джереми?
Он прохрипел. Не сразу смог выразить свои мысли. Делал это обрывисто, набирая все больше и больше воздуха в легкие.
– Болит… все… везде…
К глазам снова начали подкатывать слезы. Я не представляла какого ему, но, видя его мучения, мне самой становилось плохо. Он пытался назвать части тела, где у него больше всего болит. Я сначала надеялась на то, что обезболивающее, которое дал ему Аарон перед собранием, подействует, но потом, не в силах смотреть, как он мучается, начала прикладывать целебные травы, которые всегда с собой носила, лед со стола и даже свои губы.
Пыталась сделать все, что в моих силах, чтобы ему стало хоть капельку легче.
Я обернулась – ребята все еще что-то обсуждали. Мое имя в их речах не произносилось, поэтому я решила прикорнуть прямо у кровати Джереми. Плохо спала прошлой ночью. Я боролась со сном как только могла, пока уже без сил не положила голову на соседний столик, рядом с кроватью Джереми. Но я все равно открывала глаза каждый раз, когда он хрипел или дергал рукой. Проверяла, все ли в порядке. Даже зная, что в комнате полным-полно людей, готовых, если что, оказать ему помощь.
Во сне я оказалась на большом пустом поле. Таком же, какие я видела на юге или здесь, на западе. А впереди меня стоял Джереми. Спиной ко мне. В той же одежде, что и когда мы приехали. Без своих ран.
– Джереми, – прохрипела я во сне.
Он не ответил и даже не обернулся ко мне. Просто начал идти вперед. Где уже не было видно горизонта.
Я понеслась за ним. Пыталась коснуться его. Остановить. Что-то во сне мне подсказывало, что ему нельзя было идти вперед. Без меня.
Вдруг я ощутила, что земля подо мной
