тебе, ни ребенку.
— Лука, — сказала я, крепче сжимая его задницу. — Ты не можешь. Поверь мне, до тех пор, пока ты снова не станешь неконтролируемо груб со мной.
Как будто он вспомнил тот день, его губы скривились от ненависти к себе, но я не позволила ему. Я потянулась к его затылку и притянула его для поцелуя, и, наконец, он скользнул в меня, и мы застонали.
— Черт, — прохрипел он, прижимаясь лбом к моему лбу и тяжело дыша. — Я и забыл, какой ты тугой, какой чертовски идеальной чувствуешься.
Он отступил на несколько дюймов, чтобы снова скользнуть в меня. Я застонала от ощущения полноты. Его сильное тело надо мной, его длина внутри меня, его глаза, горящие любовью, нуждой и голодом. Мне хотелось взорваться. Он двигался медленно, словно наслаждаясь каждым мгновением, и я чувствовала, что теряю контроль над собой, но не хотела отпускать. Я хотела, чтобы этот момент длился вечно.
Он врезался в меня чуть сильнее, его кожа покрылась испариной, рот сжался, пока он боролся за контроль.
— Ария, прошло слишком много времени. Не знаю, сколько я смогу продержаться, — процедил он сквозь зубы.
Я коснулась его щеки, удерживая его взгляд.
То, что он остался верен мне, несмотря на то, кем он был, несмотря на то, что он думал, что я сделала сначала, это значило для меня целый мир. Возможно, я не должна была быть благодарна за это, нормальные женщины не были благодарны, но я знала, что многие мужчины делают за спиной своих жен, и они даже не были капо. Лука мог бы иметь новую девушку каждый день, если бы захотел. У него могло быть больше.
— Я близко, — выдохнула я, когда он сделал выпад вверх, чтобы достичь точки G, и я схватила его за плечи. Мои пальцы на ногах сжались, пальцы задергались на его коже. Так близко.
Лука напрягся, а затем, содрогнувшись всем телом и увлек за собой. Я закричала, освобождаясь, цепляясь за его плечи, когда он врезался в меня еще несколько раз, прежде чем его лоб рухнул на подушку, его дыхание было хриплым у моего горла. Он все еще держался от меня подальше, вероятно, боялся, что раздавит ребенка.
Я хотела наслаждаться этим моментом вечно, ощущением его тепла и силы, слушая его учащенное дыхание, но мое тело имело свой собственный разум и, очевидно, намеревалось выбросить то небольшое количество фруктового чая, которое осталось в моем желудке.
— Лука, — выдавила я, уже борясь с подступающей тошнотой.
Он вскинул голову, брови тревожно сдвинулись. Он оттолкнул меня и соскользнул с кровати. Освободившись, я вскочила с кровати и бросилась в ванную. Я едва успела дойти до туалета, как меня вырвало чаем. Дрожа и чувствуя слабость, я опустился на колени.
Лука
На мгновение я не был уверена, что делать, когда Ария убежала в ванную, но затем я последовал за ней. Я слышал, как ее вырвало, но когда вошел в комнату, она стояла на коленях, дрожа, ее пальцы безвольно лежали на коленях, а светлые волосы закрывали лицо. Она выглядела маленькой и уязвимой, и яростная защита затопила меня. Мои глаза задержались на небольшом животике, когда я подошел к ней и спустил воду в туалете. Ария носила нашего ребенка. Как она могла подумать, что я не нахожу ее привлекательной с ее животом? Она была самой красивой женщиной на этой планете. Любовь всей моей жизни, и я почти потерял ее, бросил. Я был гребаным дураком.
Я достал из шкафа полотенце и подержал его под теплой водой пару минут, прежде чем вернулся к Арии, присел рядом с ней и протянул ей. Она взяла тряпку со смущенным.
— Спасибо, — затем вытерла бледное лицо. Ей не нужно было смущаться. Я видел в своей жизни вещи и похуже, чем тошнота беременной женщины. Я нежно погладил ее по спине, беспокойство наполнило меня, когда я почувствовал, что ее позвоночник выступает слишком резко.
— Принцесса, мы должны позволить доктору осмотреть тебя.
Она подняла голову, на лбу блестели капельки пота.
— Но он даже не гинеколог, Лука. Сомневаюсь, что он сможет помочь.
Возможно, она права. Док мог залатать ножевые и пулевые раны быстрее, чем кто-либо из моих знакомых, но обычно он не принимал роды.
— Кто твой гинеколог?
— Доктор Макс Брайтли, — сказала она, и чувство собственника подняло свою уродливую голову. У нее был гинеколог-мужчина? Мысль о том, что какой-то мужчина мог видеть Арию в таком состоянии, приводила меня в бешенство.
Мягкий смех вырвался из Арии, ее бледные щеки вспыхнули.
— О, лука, только не говори, что ты ревнуешь меня к моему доктору!
— Ты же знаешь, что я собственник. Почему ты до сих пор удивляешься?
Она покачала головой.
— Ты можешь помочь мне встать?
Я выпрямился и поднял ее на ноги, поддерживая ее вес. Она слегка покачнулась.
— Мы собираемся к доктору Максу сейчас. Я хочу поговорить с ним.
— Лука, — упрекнула Ария. — Я не пойду, если это только для того, чтобы ты мог запугать моего доктора.
— Не только для устрашения. Я также хочу знать, почему он не способен помешать тебе похудеть.
— Некоторые вещи нельзя изменить, Лука. Беременность это не то, на что можно повлиять. Ты должен доверять моему телу.
Я доверял Арии и любил ее тело, но было очевидно, что ей нужна помощь. Я привык находить решение проблем, и если я не мог найти решение сам, я заставлял людей искать его для меня, и я собирался заставить доктора Брайтли увидеть, с каким человеком он связался.
— Мне нужно принять душ, но я боюсь упасть в обморок, — сказала Ария. Я повел ее в душ, затем включил воду и подождал, пока она согреется, прежде чем осторожно провел Арию внутрь и взял шампунь. Я брызнул немного на ладонь, но Ария покачала головой. — Этого недостаточно.
— Это вдвое больше того, что я использую, — сказал я.
Ее взгляд метнулся к моим коротким волосам.
— Если бы у меня были такие короткие волосы, как у тебя, мне бы тоже не требовалось столько шампуня.
— Нет, — сказал я с большей силой, чем намеревался.
Она закатила глаза, но я видел, что ей все еще нездоровится. Я удвоил количество шампуня и начал втирать его в волосы Арии. Мне нравились ее светлые пряди, но мыть их было чертовски трудно. За то время, что потребовалось, чтобы смыть все следы шампуня, я бы уже оделся и шел к доктору, но мне нравилось прикасаться к ней вот так. Ария закрыла глаза,
