— Тебя сегодня зацепило, что она была не одна.
Красавчик, безусловно, не обманул ожиданий. Играть охота прошла, зато искренне захотелось послать его как можно дальше и, желательно, в крепких выражениях.
— Вы так и будете изъясняться местоимениями? — оживилась Кошка, конечно, не пропустившая удобного случая поехидничать. — В этом доме поставлено табу все на женские имена или исключительно на имя Александра?
— Ложь, — раздражаясь, буркнул Фил.
— На какой из вопросов? — уточнила актриса.
— На оба! — огрызнулся тот.
Враз все трое примолкли, ужасно недовольные друг другом. На удачу или на беду, ожил мобильный телефон на столике, и паузу заполнило пронзительное чириканье. Не торопясь ответить, Филипп изучал определившийся номер и от всей души просил вселенную, чтобы на другом конце провода, наконец, сбросили вызов.
— Эй, Хозяин Вестич, ты специального приглашения ждешь? — сморщившись, не выдержала Кошка и демонстративно потерла виски, будто у нее начиналась мигрень.
Устав от беспрерывного пиликанья, Заккари щелкнул пальцами, включая аппарат на громкую связь, и Филу ничего не оставалось, как коротко позвать:
— Вера?
— Филипп, слава богу, ты ответил! — взбудораженный голос госпожи Антоновой разлетелся в воцарившемся безмолвии. — Извини, что беспокою, но Саша с тобой?
— Нет. — Стараясь не глядеть на Зака, парень поспешно взял телефон в руки и, отключив динамик, приложил к уху. — Что-то случилось?
С пресной миной сводный брат крутил в руках бокал с виски и внимательно изучал, как в мелких хрустальных гранях преломлялся свет. Невооруженным глазом было заметно, что блондин внимательно прислушивается к беседе, не пропуская ни единого слова.
— Саша исчезла, — пожаловалась женщина. — У нее отключен телефон, и дома она еще не появлялась. Мы подумали, что она могла поехать на кладбище, сегодня годовщина той жуткой аварии, но уже почти ночь…
Невольно Филипп проверил время на наручных часах. Стрелки показывали половину одиннадцатого. Действительно, поздновато для прогулок по кладбищу!
— Вера, днем я видел вашу дочь в компании приятеля. Она была в полном порядке, — вымолвил парень, назло вспыхнувшему внутри беспокойству.
— Днем она навещала подругу в нашей клинике и была далеко не в порядке, — опровергла женщина и, тяжело вздохнув, принялась прощаться: — Филипп, если вдруг она появится…
— Вы узнаете об этом первой, — заканчивая разговор, уверил тот.
— Все хорошо? — настороженно уточнила Кошка.
— Да, — откидываясь в кресле, отмахнулся он. Не догадываясь, сколь встревоженным выглядит со стороны, нервными пальцами парень провел по растрепанной шевелюре.
Через минуту, наплевав на то, что поступает крайне нелогично для человека, которому нет никакого дела до бывшей подружки, ведьмак позвонил пропавшей Саше. В ухо застрекотал электронный голос, подтвердивший, что абонент Александра Антонова не доступна и, вообще-то, находится вне зоны действия проклятущей сети.
— Набери ей! — Фил немедленно протянул мобильник Заку, в комнате единственному еще не потерявшему Силу ведьмаку, и был вознагражден по-волчьи свирепым взглядом.
Выдержав напряженную паузу, блондин все-таки сломался. Вырвав телефон у брата, он быстро набрал номер, который, похоже, знал наизусть, а потом с демонстративным недовольством швырнул аппаратик на стол. Мобильник обижено звякнул о ритуальный кинжал, отскочил и замер на самом краю столешницы.
Динамик разрывался от длинных гудков, а на экране светилась фотография конопатого девичьего личика в ореоле рыжих волос. Смеющаяся Саша выглядела гораздо младше своих лет, хитрые зеленые глазищи искрились весельем. Такой, трогательно открытой, ее знали только близкие люди — при посторонних она редко улыбалась и все больше пряталась за напускной серьезностью.
Вдоволь наслушавшись монотонных трелей, Филипп с досадой сграбастал мобильник. Через десять минут ожидания, раздражение переросло в злость, и парень без зазрения совести обругал Лизу, возмутительно предположившую, что Саша всего лишь не желает с ним общаться.
Следующие полчаса молчания на другом конце провода довели Вестича до белого каления. Возникни неожиданно пропавшая без вести бывшая подружка на крыльце Гнезда, он бы разорвал ее голыми руками!
Через час точка кипения была пройдена, батарейка мобильника практически разрядилась, а обстановка в гостиной накалилась до предела. Горел верхний свет, зато камин погас и теперь распространял скверный запах остывающего кострища. На ковре валялась случайно опрокинутая бутылка виски, и в шерстяной ворс, как в губку, впитывалось влажное пятно терпкого напитка.
Фил метался по комнате, не находя себе места, и, ругаясь сквозь зубы, слушал бесконечные гудки. Поддавшись панике, Кошка штурмовала городские больницы и звонила по всем подряд номерам клиник, найденным в Интернете. Только блондин внешне оставался глухим и отстраненным. С нарочитым спокойствием он растянулся на диване и строил вид, что полностью погрузился в чтение книги. Правда, Зак выглядел бы убедительнее в своем безразличии, если бы не держал томик вверх тормашками, и роман не назывался «Распахни врата страсти».
Неожиданно, после шестидесяти минут сущего ада, трели в трубке оборвались, и из динамика донесся непонятный шорох. Словно споткнувшись, Филипп замер посреди комнаты и с облегчением перевел дыхание.
— Алло, — прозвучал сиплый шепот, в котором едва-едва узнавался Сашин голос. Она сдавлено кашлянула.
— Ты где?
— Не знаю.
— Тогда оглядись по сторонам!!! — рявкнул Вестич.
Последовала долгая пауза. Сквозь простуженное сопение различались яростный грохот, гул и чьи-то далекие разговоры. На лице Филиппа нервно задергался мускул.
— Тут висит указатель, как выйти на вокзал, — наконец, оповестила девушка. — Кажется, я в метро.
— Тебе кажется?! — не сдержавшись, заорал парень. — Твои родители с ума сходят, а тебе кажется, что ты в метро?! Ты рехнулась?!
Со стороны Зака донеслось сдавленное фырканье — он явно потешался над братом. В гостиную влетела обеспокоенная Лиза, догадавшись, что пропавшая подруга, наконец, объявилась.
— У меня что-то с глазами. Надпись так странно рябит, — точно бы издеваясь, пробормотала Александра.
— Наплевать, что у тебя там зарябило! Просто стой, где стоишь, и не смей даже сдвинуться с места! — разделяя слова, процедил Филипп. — Поняла меня?
— Я сижу. Кажется.
— Если тебе кажется, то сиди, где сидишь, лежишь или что ты там еще делаешь! — Он едва-едва заставил себя пропустить крепкие словечки, коими так хотелось сдобрить приказ. — Сейчас приеду!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
