— Какой швеи? Мы не будем ничего шить, мама. Сейчас свадебных салонов хоть жопой жуй, на каждом шагу. Купим готовое платье, еще, блин, швею она придумала.
— И все же, нет номера?
— Ты издеваешься? Я сказал нам не нужна швея.
— А мне нужна. Пусть мой рот зашьет, он, кажется, порвался от улыбки.
— Все с тобой ясно. Тут швея не поможет.
— Не поможет, — констатирует она, вставая со стула.
— Не нависай надо мной, пожалуйста.
— Я не нависаю, просто стою. Давай кольцо помолвочное выберем? Я примерно знаю Светин вкус.
— Мы не будем ничего выбирать, я уже все купил.
— Как купил?!
— Зашел в магазин, выбрал кольцо и вставил волшебную карту в терминал. Деньга списалась, кольцо забрал.
— Ну вот в кого ты такой гаденыш, Кирилл?!
— Вообще-то для справки — я взял все самое худшее от обоих родителей, делай вывод, мамуля.
— Придушу, — хватает меня за шею обеими руками, не сильно сжимая, при этом сама же и смеется. — А поехали к тебе на квартиру. Я хочу посмотреть на кольцо, — убирая руку с моей шеи наконец-то выдает мама.
— Оно в ящике, аккурат напротив тебя.
— Батюшки, как я удачно зашла.
— Я бы так не сказал.
— Ой, молчи, — открывает ящик и тут же достает оттуда бархатный футляр. — Ммм… хорошенькое. Вроде на Светин пальчик подойдет.
— Мам, я хочу домой. Давай потом как-нибудь порадуешься, когда увидишь на Свете. Все. Дай сюда.
— Кирилл, уже почти середина июле, когда вы успеете подать заявление в ЗАГС?
— Ну это прям великая проблема для нашей семьи.
— Не проблема, но все же лучше пойти как все и подать заявление, а не пользоваться связями. А когда ты сделаешь Свете предложение?
— Когда твоя ненаглядная подружка хотя бы намекнет на то, как сильно меня любит.
— Ты серьезно?
— Вполне. Считай, что я как баба — хочу, чтобы мне немного залили сиропа в уши.
— Кирюша, ты меня удивляешь, — прикладывая руку к груди, демонстративно удивляется мама.
— Да я себе тоже удивляюсь, мама. Ты же сейчас встречалась со Светой, да? Вот и намекни ей в следующий раз, что как бы пора и честь знать. А то все бабы, как бабы, «люблю не могу», а эта все молчит.
— Ну это же и так очевидно.
— Ну если очевидно, то пусть корону слегка подвинет и заговорит.
— А ты?
— Что я?
— А ты «сироп» в уши ей заливаешь?
— А я, мама, не Света, со мной и так все очевидно, за меня говорят мои действия.
— Да что ты говоришь? Не пойму, как такой умный мужчина может так тупить, Кирилл?
— Иди спроси у папы. Он тебе расскажет. Все. Я устал и хочу домой.
— Подожди. Вообще-то я приходила не за этим. Я не встречалась со Светой, но она мне звонила. И хоть она ничего не сказала прямо — мне это показалось странным. Она попросила меня позаниматься с ней на выходных ЭКГ. Рвение к учебе — это, конечно, хорошо, я согласилась, но тебе не кажется, что этим с ней можешь позаниматься и ты? Хоть Света и сказала, что ты очень занят, но неужели не найдется полчаса вечерком дома, чтобы научить ее?
Несколько секунд я еще обдумываю сказанное, но на уме крутятся одни маты. Это просто…
— Кирилл?
— Класс. На хрена я тут вообще расшаркивался тебе про какие-то там планы и обещания, если ты приходила не за этим. Ну и идиот. Все, мама, я обязательно разберусь со Светиным обучением.
- Только ты мягко все это сделай и так, чтобы я не выглядела в дурном свете, что перекидываю ее просьбу на тебя.
— Я сделаю все очень мягко, мама. Мягче не бывает.
* * *
Захожу в квартиру с каким-то предвкушением. Хуже всего, что сам не знаю с каким именно. Если уж быть откровенным, хочется от души отшлепать Свету по заднице. Но каков же меня ждал облом, когда пройдясь по квартире, я не обнаружил ее. И если бы не запахи еды, как собственно и накрытый стол, я бы подумал, что дома она и не была. Но судя по теплым блюдам-была, причем очень даже недавно, и даже записочка имеется.
«Несмотря на щелбан, я все равно приготовила все с любовью. Кушай от души. Твоя тупица, Света»
То ли смеяться, то ли плакать.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— С любовью, блин.
— Да, да, только с ней, — слышу голос позади и тут же прохладные ладони накрывают мои глаза. — Угадай кто?
— Моя тупица Света?
— Ну и гад же ты, — резко убираю ее ладони и разворачиваюсь к ней.
— Ну а кто тебя за язык тянул, точнее, за руку такое писать?
— Ты сам назвал меня тупицей несколько часов назад.
— Не передергивай.
— И не думала. Давай ешь уже, может тогда не будешь таким злым. Я для тебя вообще-то старалась, — указывает глазами на стол.
— Да, я вижу, что для меня, — осматриваю ее с ног до головы, отмечая коротенькую шелковую сорочку синего оттенка, с просвечивающим верхом. — Вот только не понял, мне есть то, что на столе или тебя в этой славной сорочке?
— Сначала стол, потом можно меня. Без сорочки, разумеется.
— Ну хорошо, давай что ли присядем.
— Давай.
Присаживаюсь за стол, краем глаза наблюдая за Светой, присевшей напротив меня. Если честно, вкуса еды я не ощущал, хотя вид у еды, безумно аппетитный.
— Тебе не нравится?
— Нравится.
— Врешь. Я снова пересолила? — хватая рукой кусочек мяса, обиженно интересуется Света. — Нет, вкусно же.
— Вкусно.
— Но тебе не вкусно, я же вижу, что ты врешь.
— Ну ты тоже врешь и ничего.
— В каком месте я вру?
— В обычном. Зачем ты позвонила моей матери и попросила ее позаниматься с тобой ЭКГ. Это что за плевок мне в душу?! Это я сильно занят или ты сверкаешь задницей, мотивировав усталостью и «хочу домой»? На хрена эти выверты? Чем я тебе не угодил?
— Всем! Я думаю не о пленках, находясь с тобой, а совершенно о другом.
— О чем?
— О тебе! Кто из нас тупица? Мне не нравится разбирать с тобой пленки, потому что все, что я делаю — это рассматриваю тебя, думаю о твоих руках и представляю все, что угодно, но точно не кардиограмму. В итоге ты злой, а я тупица. Вот поэтому мне нужна твоя мама, а не ты.
— Супер. Только мы с тобой дежурили ни одну ночь вместе, что-то я не замечал проблем с обучением.
— Это другое. Там были пациенты, а тут ты один. Я не могу сконцентрироваться. Я не хочу это больше обсуждать. Мне нужна твоя мама и точка.
— И точка, — произношу я улыбаясь. — Иди сюда, Светка.
— Куда? — вместо ответа выдвигаю стул из-за стола и хлопаю ладонью себе по коленям.
— Ну чего тормозим? Давай, давай.
Света нехотя, но все же встает из-за стола и, подойдя ко мне, садится мне на колени, обхватывая одной рукой за шею.
— Ну и что? — фактически с наездом спрашивает Света.
— Это ты мне скажи что.
— Что что?
— Что что?
— Ты снова издеваешься надо мной?!
— Нет.
— Тогда что за что?!
— Ой не могу, — утыкаюсь ей в шею, не сдерживая смеха.
— Я еду приготовила, если не наелся, продолжи есть. А шею мою снова есть не надо. Не позорь меня перед своей мамой.
— Ты прикалываешься что ли?! Не будет тебе моя мать объяснять эти сраные кардиограммы.
— То есть ты, возможно, женишься на тупице?
— Нет. Просто будем проходить их после секса, раз ты так хочешь меня во время их изучения, — выдаю я, не сдерживая смеха.
— Дурак, — толкает меня в плечо, но сама не скрывает улыбки.
— Свет, ну вот скажи мне, ты же вроде романы читала. Там героини все отмороженные были как Джейн Остин или кого ты там еще приводила в пример? Скарлетт, точно. Хотя эта стерва точно не признавалась, пока все не профукала. Локти потом дура кусала.
— Ты о чем вообще?
— Ну вот может быть ты совершенно случайно хочешь признаться, что любишь меня. С ума сходишь без меня и прочее?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— А ты? Ты любишь?
— Я вообще-то первым спросил.
— А я второй.
— Ладно, уступаю в последний раз. Люблю, Света. Люблю. Крыша из-за тебя поехала, и надо бы остановить ее окончательный обвал.
