Действия Клеарха вполне укладывались в схему традиционной модели тирании: репрессии против оппозиции, заигрывание перед демосом (отмена долгов, частичный передел земли), привлечение на свою сторону той части аристократии, которая могла помочь тирану в управлении, опора на наемную армию и т. п. Для усиления социальной опоры своей тирании Клеарх освободил часть рабов, даровав им гражданские права. На смену тирану, убитому в 352 г. до н. э., пришел его брат Сатир, а после него правили сыновья Клеарха Тимофей (правил до 317 г. до н. э.) и Дионисий (до 306 г. до н. э.). Благодаря их хитрой и изворотливой политике (как внутренней, так и внешней), Гераклея надолго сохранила свой высокий международный авторитет в Малой Азии и Причерноморье и превратилась в крупное государство.
Еще один центр экономического и политического влияния в Причерноморье сформировался на берегах Боспора Киммерийского (современный Керченский пролив). Во второй половине VI в. до н. э. здесь было основано несколько ионийских колоний (Пантикапей, Феодосия, Фанагория, Кепы и др.). Уже на рубеже VI–V вв. до н. э., испытывая угрозу захвата со стороны местных скифских племен, они объединились в союзное Боспорское государство во главе с Пантикапеем. Несмотря на то что в середине V в. до н. э. это объединение вошло в сферу влияния Первого Афинского морского союза, боспорские правители, происходившие из знатного пантикапейского аристократического рода, старались дистанцироваться от демократических Афин, стремясь к независимости.
В конце 30-х годов V в. до н. э. к власти в Боспорском государстве пришла новая династия Спартокидов, названная так по имени ее основателя – Спартока I. Ее представители будут править здесь в течение почти 300 лет, вплоть до конца II в. до н. э. В первой половине IV в. до н. э., благодаря активной политике боспорских правителей, территория государства значительно расширилась за счет завоевания Керченского и Таманского полуостровов, а также почти всего восточного побережья Азовского моря. После победы над сильной Феодосией и ее присоединения к союзу к середине IV в. до н. э. в состав Боспорского государства входили не только более десятка крупных греческих городов (Пантикапей, Феодосия, Фанагория, Нимфей, Танаис и др.), но и значительные территории, населяемые местными племенами, находившимися на разных стадиях разложения родоплеменного строя. Все эти обстоятельства в определенной степени отличали Боспорское государство от традиционных полисных образований Древней Греции.
Боспорские купцы не только наладили активные торговые связи с греческими городами Причерноморья, но и стали главными поставщиками зерна для всей Балканской Греции. Особенно в этом плане выделялись Афины, удовлетворявшие потребности своих граждан в привозном хлебе за счет именно боспорского импорта. Боспорские правители имели собственный военный и торговый флот, привлекали к себе на службу опытных афинских моряков.
Обширное Боспорское государство, располагая внушительным военно-политическим потенциалом, во второй половине IV в. до н. э. усилилось настолько, что стало претендовать на ведущую роль во всем Причерноморье. Однако сложные события начала эллинистической эпохи приостановили этот процесс.
Глава III
Эпоха эллинизма
Восточный поход Александра Македонского ознаменовал начало нового этапа в истории стран и народов Восточного Средиземноморья – эпохи эллинизма. Этот поход позволил осуществить греко-македонскую колонизацию Востока, создал условия для распространения на Востоке рабовладельческих отношений классического типа, достижений эллинской культуры. Благодаря этому начался интенсивный процесс слияния и взаимного обогащения культур многих народов как Запада, так и Востока. Сложилась синкретическая эллинистическая культура, впитавшая в себя лучшие достижения этих народов. Именно она впоследствии стала фундаментом европейской и ближневосточной арабской культур. Греко-македонский поход на Восток помог разрушить этнические, социальные и экономические перегородки между народами всего Средиземноморья, Ближнего и Среднего Востока.
Предпосылки восточного похода
Грекам уже на рубеже V и IV вв. до н. э. стало ясно, что Персидская держава, противник Эллады, угрожавший ей в свое время полным порабощением, ослабела и поход против нее имеет вполне реальные шансы на успех. И Филипп II, и его преемник Александр учитывали наличие таких настроений среди греков и достаточно умело использовали их, стремясь представить планировавшийся ими поход как дело всех греков, как выполнение исторической миссии всего греко-македонского мира в борьбе против азиатского деспотизма и варварства.
Действительно, огромное царство Ахеменидов к этому времени находилось в состоянии полного разложения. Небольшая группа персидской аристократии, властвуя над многочисленными народами и племенами Малой Азии, Сирии, Египта, Ирана и среднеазиатских областей, входивших в состав персидской монархии, управляла с помощью грубого насилия и наемных отрядов воинов. Подданные различных частей монархии не только не желали повиноваться персидским царям и их наместникам – сатрапам, жестоко грабившим население, но и при удобном случае неоднократно поднимали восстания. В этих условиях, несмотря на внешнее неравенство сил, нападение гораздо лучше организованной по сравнению с персидскими войсками и более подготовленной в техническом и тактическом отношении греко-македонской армии на Персию имело большие шансы на успех. К тому же в рядах правящей верхушки державы Ахеменидов не было единства и зачастую шла жестокая внутренняя борьба за власть. Эти обстоятельства могли в значительной степени помочь завоеванию Азии.
Следует подчеркнуть еще одно важное обстоятельство. В общественно-политической литературе IV в. до н. э. идеи борьбы между персами, олицетворявшими «варварскую Азию», и эллинами, представлявшимися как средоточие тогдашней цивилизации и демократии, были очень популярны. Одним из тех «исторических» примеров, которым оперировали греческие историки и публицисты, были славные события далекого прошлого – война эллинов против Трои (Троянская война). Учитывая то, что поэмы Гомера (в частности, «Илиада») традиционно воспринимались читателями как реальная история, следует, очевидно, признать, что подобные идеи были вполне живучи и со времени завершения Греко-персидских войн постоянно воспроизводились из поколения в поколение.
Реализовать идею восточного похода удалось не Филиппу II, а уже его сыну, Александру. Он получил воспитание и образование, достойное его аристократического происхождения и положения наследника царского престола. Одним из его учителей и воспитателей был Аристотель, тогда еще сравнительно малоизвестный философ. Постепенно Филипп II стал привлекать сына к управлению государством. В 340 г. до н. э., в отсутствие отца, который ушел походом на соседнюю Фракию, Александр впервые показал себя сильным и властным правителем, успешно подавив восстание одного из народов, живших в горных районах Северной Греции.
В возрасте 18 лет Александр успешно командовал левым флангом македонского войска в битве при Херонее в Беотии (338 г. до н. э.), победа в которой сделала Филиппа II хозяином всей Греции. Однако летом 336 г. до н. э. Филипп II был убит своим телохранителем, и двадцатилетний Александр стал царем. К этому времени практически вся Греция находилась под контролем Македонии.
Воспользовавшись убийством Филиппа II, антимакедонские силы в Греции во главе с одним из крупнейших городов – Фивами – подняли восстание. Однако совершенно неожиданно для греков молодой македонский царь силой своей армии жестоко подавил это выступление. Фивы были разрушены, а оставшиеся в живых повстанцы вместе с семьями были проданы в рабство.
В этой обстановке Александр не решился сразу напасть на Персию, отсрочив начало войны почти на два года. Смирившимся с силой македонского оружия грекам ничего не оставалась, как вручить Александру все те права верховного главнокомандования объединенными силами македонцев и греков, которыми прежде обладал его отец.
Восточный поход Александра
В предстоящей войне персы превосходили македонцев своим флотом и значительными материальными ресурсами. К тому же сильные антимакедонские настроения среди греков, силой оружия объединенных в Коринфскую лигу, вынуждали Александра рассчитывать только на македонскую армию, оснащенную наиболее совершенным оружием, хорошо обученную и дисциплинированную. Только весной 334 г. до н. э., после тщательной подготовки, македонское войско, усиленное пехотинцами греческих городов, пересекло пролив Геллеспонт и высадилось на территории Азии.
Армию Александра Македонского сопровождали вспомогательные контингенты – инженерные войска, отряды интендантов. Хорошо была организована служба связи и разведка. Кроме собственно военных, в войске были многие специалисты-ученые, которые собирали и изучали богатый материал, открывавшийся им в завоеванных странах. Здесь же были дипломаты, литераторы, придворные историки во главе с официальным историографом похода Каллисфеном, племянником Аристотеля. В царской канцелярии велся также дневник похода.
