До сих пор продолжаются дискуссии по поводу характера эллинизма, его хронологических и территориальных рамок. В отечественной исторической науке с начала 50-х годов прошлого века эллинизм принято определять как конкретно-историческое явление, характеризующееся синтезом эллинских (западных) и местных (восточных) начал в политической, экономической, культурной, идеологической и других областях жизни. Этот синтез реализовывался в конкретно-исторической обстановке, обусловленной последствиями греко-македонского завоевания значительных территорий Древнего Востока. Подобное определение, хотя и требует уточнения и некоторой детализации, все же наиболее адекватно отражает суть и характер сложнейших изменений в жизни многочисленных и разнообразных народов, проживавших на огромных пространствах Древнего Востока и части Европы к началу походов Александра Македонского.
Хронологически трехсотлетняя эпоха эллинизма подразделяется на три последовательных периода. Первый период включает в себя собственно восточные походы Александра, образование его мировой империи и ее распад в результате войн диадохов (334–281 гг. до н. э.). Второй период (280 – середина II в. до н. э.) – время расцвета греко-восточной государственности, экономики и культуры, период зрелости эллинизма. С середины II в. до н. э. явно проявляются кризисные черты, приведшие в конце концов к распаду эллинистической государственности, ознаменованному в 30 г. до н. э. падением последнего эллинистического государства – птолемеевского Египта – и включением его в состав Римского государства. Это было время явного угасания творческого потенциала эллинизма. Вся территория, принадлежавшая ранее эллинистическим династам, оказалась в результате всех этих событий поделенной между Римом (западные области) и Парфянским государством (восточная зона).
Войны диадохов
Александр не успел официально назначить себе преемника, что привело к затяжной борьбе между полководцами македонского царя за его наследство. Она продолжалась несколько десятилетий и изобиловала многими кровавыми столкновениями претендентов на власть.
В момент смерти Александра законных претендентов на македонский престол не оказалось: законная жена Александра, согдийская принцесса Роксана, была еще беременна. Правда, в Пергаме у него остался незаконнорожденный четырехлетний сын Геракл от Барсины, дочери персидского сатрапа Артабаза, попавшей в плен к Александру. Мог претендовать на престол и его сводный брат слабоумный Арридей, незаконнорожденный сын Филиппа П. Все эти обстоятельства очень осложняли решение вопроса о законном наследнике в период междуцарствия.
В самой Македонии не было единства по этому поводу. Ряд приближенных Александра считал, что необходимо дождаться родов Роксаны и, если родится мальчик, провозгласить его царем, а на время его малолетства власть в стране передать государственному совету во главе с опытным царедворцем и авторитетным военачальником Пердиккой. Именно Пердикке, если следовать античной традиции, Александр на смертном одре передал свой перстень со словом: «достойнейшему». Пердикка являлся представителем знатного македонского рода, в свое время заслужил военными успехами уважение Филиппа II, был давним приверженцем Александра Македонского. В качестве одного из военачальников он участвовал во всех основных битвах Александра с персами. Царь ценил его за верность, исполнительность и безусловное повиновение. Хотя Пердикка и не проявлял больших способностей политического деятеля, все же его отличало желание быть первым среди диадохов и стремление сохранить не только единую империю, но и свою власть в ней.
Другие военачальники и придворные настаивали на кандидатуре Арридея, аргументируя это тем, что он был сыном самого Филиппа II и в его жилах нет ни капли восточной крови. Эту точку зрения, кстати, активно поддерживали македонские пехотинцы, в массе своей крестьяне, чуждые всем восточным нововведениям. Авторитетный Неарх, под командованием которого часть армии Александра возвращалась из Индии морским путем, считал, что реальным претендентом на македонский престол мог бы стать и Геракл, уже упоминавшийся побочный сын Александра от Барсины. Наконец, представители еще одной группировки, возглавляемой Птолемеем, сподвижником и полководцем Александра, вообще не считали нужным избрание царя, так как матери сыновей Александра – восточные женщины, его пленницы и, следовательно, легитимность возведения на трон таких претендентов всегда можно будет оспорить.
Споры о наследнике царской власти завершились тем, что царем все же был объявлен Арридей, незаконнорожденный сын Филиппа II, при регентстве Пердикки. Однако к этому времени супруга покойного царя Роксана уже родила сына, названного Александром. Во избежание кровопролития и для того, чтобы не осложнять и без того взрывоопасную ситуацию, было решено посадить на македонский престол сразу двух царей – уже провозглашенного таковым Арридея под именем Филиппа III и новорожденного сына Роксаны под именем Александра IV. Регентом вновь назначался Пердикка, взявший на себя общее командование войсками в Азии и превратившийся, таким образом, в реального правителя огромной державы Александра.
В результате этого решения ситуация еще более обострилась. В среде македонской знати сложились две непримиримые группировки: сторонников сохранения единства империи и тех, кто стремился усилить свою личную власть над отдельными ее областями и превратиться в их реальных владетелей, не желавших никакой мировой монархии. К числу первых следует отнести Пердикку, который благодаря своему регентству получил верховную власть в государстве, Евмена, бывшего секретаря Александра Македонского, Антипатра, авторитетного полководца, соратника Филиппа II и наместника Македонии во время восточного похода, старого и опытного военачальника Полиперхонта, а также полководца Антигона Одноглазого и его сына Деметрия.
Во вторую группировку вошли преимущественно те военачальники Александра, которые рассматривали свою власть в отданных им в управление областях державы уже как царскую и наследственную и всеми мерами старались эту власть не только удержать, но и усилить.
Все основные события почти сорокалетних войн диадохов чрезвычайно сложны и насыщены многими драматическими и кровавыми эпизодами, чередой предательств, созданием временных и непрочных коалиций, заговорами и крупнейшими сражениями. Эта своеобразная «борьба пауков в банке» не могла в конце концов не привести к ослаблению и полной децентрализации мировой державы Александра Македонского. Приведем лишь основные ее вехи.
Сразу же после смерти Александра, еще в Вавилоне, Пердикка, ставший реально верховным правителем пока еще единой державы, произвел распределение сатрапий между представителями ближайшего окружения македонского царя. По сути, это был фактический дележ его наследства под предлогом распределения сатрапий между наиболее авторитетными (и наиболее беспокойными) военачальниками, большинство которых уже и не задумывались о сохранении единства государства. Греция и Македония остались под управлением Антипатра, Фракию получил Лисимах, Египет – Птолемей, Каппадокию и Пафлагонию – Евмен, геллеспонтскую Фригию – Леоннат, Великую Фригию – Антигон, Сирию – Лаомедонт, Мидию – Пифон. Большая часть восточных сатрапий осталась в руках прежних правителей, назначенных на эти посты еще Александром. Все вновь назначенные правители в сопровождении собственных армий удалились в свои владения. Именно эти бывшие сподвижники Александра и будут в основном определять ход драматических событий нескольких последующих десятилетий, приведших к полному развалу мировой монархии Александра Македонского.
Первые два года после смерти Александра для Греции были ознаменованы попытками освобождения от македонского господства. В ходе т. н. Ламийской войны (323–322 гг. до н. э.) сторонники независимости потерпели поражение от войск Антипатра, в Афинах был установлен олигархический режим. Репрессии коснулись и граждан пелопоннесских городов, примкнувших к антимакедонскому восстанию. Коринфский союз был распущен, в большинстве полисов Греции были размещены македонские гарнизоны. В следующем, 321 г. погиб Пердикка, предпринявший поход против Птолемея, укрепившегося в Египте и уже не считавшегося с его верховенством в качестве регента-правителя. Поход оказался неудачным, и Пердикка пал жертвой заговора своих приближенных во главе с Селевком и Пифоном.
Теперь регентом государства был избран авторитетный, но престарелый Антипатр, жестко контролировавший Грецию и Македонию. По его приказу царская семья была перевезена в Македонию. По указанию Антипатра на совещании всех наиболее известных руководителей македонской армии в Трипарадисе в Сирии, в 321 г. до н. э., произошло новое, теперь уже частичное перераспределение сатрапий и должностей в этих областях. В частности, в результате этих событий Селевк, будущий основатель крупнейшей азиатской державы, получил в управление Вавилонию. Спустя два года, в 319 г. до н. э., Антипатр скончался, успев, правда, назначить себе преемника по регентству. Им стал старый и опытный военачальник Полиперхонт, служивший еще при Филиппе П.
