—Эй, что это еще за кличка? Тебя за это следовало бы отодрать… в смысле — линьками! Меня звать Джейк, и все тут.
—Спокойно, Джейк, не возбуждайся. Гиги пришла обсудить со мной наши маленькие лесбиянские проблемы. Мы отойдем в сторонку, а ты постарайся не скомандовать по ошибке «срочное погружение»…
Они забрались в спасательную шлюпку.
— Есть проблемы, Гиги?
Никогда не поверю, что на Джейка можно пожаловаться.
Тут что-то другое… Они уже две недели соображают на троих, и до сих пор все трое были довольны.
— Проблемы?.. Да, наверное. Если прямо… на следующей стоянке мы покинем судно…
— Гиги! О боже! Что-то случилось?
— Ну да. Меня укачивает… а Джо не может работать, ему не подходит свет…
Врет.
Врет. Но почему?
— Гиги, посмотри мне в глаза. Ты не договариваешь.
— Океан… — Гиги моргнула. — Он такой большой… Я думала, он мне понравится. Но я… боюсь. Он смотрит, качает… Джоан, ты так добра, но я больше не могу. Я устала. И Джо — он тоже устал. Мы помойные кошки, а не рыбы. Мы живем в городе. А здесь… слишком тихо. Оглушает просто, как тихо. Я по ночам просыпаюсь от тишины…
Джоан поцеловала ее.
— Понятно, сладкая. Я чувствовала, вам здесь не слишком нравится — но не могла понять почему. Теперь поняла. Или есть еще причина? Почему ты назвала Джейка «мистером»?
— Ой, это я просто от расстройства… мне ведь жаль уходить…
— То есть у вас с ним все в порядке?
— Конечно.
— Значит, нам можно будет навестить вас и пожить несколько деньков?
— Вчетвером? Квартетом?
— Ну да.
— Конечно, можно! Но как отнесется Джейк?..
— Вот это ты мне скажи.
— Знаешь, с нами он спокоен. Но подбирается, когда ты где-то рядом.
— Это похоже на Джейка. Он старомоднее меня, хотя гораздо младше.
— Никак не могу в это поверить.
—Думаешь, я могу? Просто привыкла, и все. Гиги, а ведь нет никакой необходимости терпеть до стоянки. Я могу вызвать коптер, и после обеда он вас заберет, доставит в аэропорт — и к ужину вы с Джо будете дома. Хочешь?
—О боже, Джоан! Я так соскучилась по дому!
—Ну и все. Так и сделаем. Ладно, я сейчас растолкую это Джейку — а потом пришлю его к вам. И вы попрощаетесь с ним как следует. И вот еще что, Гиги. Та картина с Евой… я должна ее купить.
—Мы ее дарим тебе.
—Гиги, ты забываешь наш уговор. Вы можете дарить мне что угодно, кроме картин. За картины я плачу — а в особенности за эту, потому что хочу подарить ее мужу.
«Кошечка» лежала в дрейфе, а над ней, рокоча винтами, висел коптер. Том с кормы командовал погрузкой. Супруги Бранка уже забрались в кабину, а багаж все еще частично оставался на палубе.
Джоан, приглашая Джо в круиз, велела ему брать как можно больше холстов и красок, потому что натурщиков будет много, «а если кто не пожелает позировать — отведает соленых линьков». Пиратские сцены, а? Мышцы, абордажные ножи, пистолеты и попугаи? Джо сдался.
Поэтому теперь было много хлопот с погрузкой: софиты, фотолаборатория, свертки полотен, что-то еще, еще, еще… можно сказать, вся студия Джо вдруг оказалась на палубе. Наконец коптер втянул в себя тяжелую корзину с багажом, опорожнил, опустил пустую. Фред и юнга Хэнк, шестнадцатилетний сын кухарки Деллы, стали забрасывать в нее последние вещи.
Когда остался один большой чемодан, налетел ветер. Яхту качнуло, тяжелая корзина вырвалась из рук Фреда. Хэнк бросился на палубу, чтобы избежать удара. Опомнившийся Фред догнал зависшую корзину и вновь зафиксировал ее — футах в десяти от места погрузки. Джоан ухватилась за ручку чемодана, но даже не смогла шевельнуть его.
—Что за черт? Неужели Джо спер якорь?!
— Юнис! — зарычал Джейк. — Ты с ума сошла! Хочешь, чтобы был выкидыш?!
Он выхватил у нее чемодан и метнулся к корзине.
— С дороги, сынок! — бросил он Хэнку, поднял двумя руками чемодан, аккуратно опустил его в корзину — и лег рядом.
Том сделал пилоту знак: отваливай. Опустил голову — и увидел Джейка.
Но Джоан успела первой.
— Дже-е-ейк!!!
Юнис, помоги!
— Зову врача! — Фред скользнул вниз по трапу. Джейк Сэлэмэн судорожно выдохнул — и вытянулся.
Юнис, где он?
Ищу, но никак…
Он должен быть рядом!
Что за чертовщина?..
Вот он, босс, вот он! Джок, сюда! Сюда!
Юнис, что случилось? Меня как кирпичом по голове…
Тебе больно?
Да не больно ему, босс. Какая может быть теперь боль? Добро пожаловать в нашу компанию, Грустный Джейкус, любимый наш старый ублюдок! О, черт, как я рада тебя видеть!
Юнис?
Вот именно, Юнис, Джок! Старый боевой петух Джок! Джоан и Юнис приветствуют тебя — по очереди!
Всесильные боги…
Юнис, не трещи. Дай ему очухаться. Джейк, все в порядке. Мы опять вместе.
У меня голова кругом идет… Значит, вы все время?..
Да.
Да!
Старый я идиот. Конечно. Ну, теперь все на местах.
Точно. Джоан будет везти и рулить, а мы — давать советы. Вот веселуха-то пойдет!
Омм мани пхадме хум.
Омм мани пхадме хум. Джок, присоединяйся. Пусть это будет наша благодарственная молитва.
Омм мани пхадме хум…
— Джоан, извини… — Роберто склонился над ней.
— Я подержу его…
Босс, кончай эти дамские штучки. Не мешай доктору.
Сейчас. Юнис, держи Джейка покрепче. Видишь?
Да. Джейк, ты видишь? Глазами Джоан?
Вижу. Какая мерзость. Неужели это я?
Уже нет. Это хлам, который больше не пригодится. Джоан, отвернись.
— Фред, Хэнк, отведите ее вниз! И пусть придет Винни, нужна ее помощь…
Джоан лежала с мокрым полотенцем на глазах. Доктора Роберто она узнала по шагам. Он сел рядом и взял ее запястье.
— Плохие новости, Джоан.
— Знаю. Он умер. Еще до того, как я сюда спустилась.
Он не умер, босс. Зачем так говоришь? Правда, он не живее меня — но и не мертвый в то же время.
Ты слишком придирчива, Длинноножка.
Длинноножка! Как давно меня так не называли!
А прошлой ночью?
Прошлой ночью ты говорил это Джоан, грязный изменщик!
Эй вы, голуби! Ну-ка тихо! Доктора не слышно.
