которого доносились вопли детей и радиоприемника. Мы подошли к подъезду и посмотрели список жильцов.
Квартира 25, в которой жил Фридлендер, находилась на пятом этаже. Мы поднялись и попали в мрачный коридор. Из ближайшей комнаты выскочила неряшливая женщина и стала бесцеремонно разглядывать нас. Керман показал ей нос, но она не смутилась и продолжала пялить на нас глаза. Откуда-то доносились звуки джаза. Я поднял руку, чтобы постучать в дверь, как вдруг из-за нее послышался резкий хлопок, как-будто кто-то надул бумажный пакет и резко по нему ударил.
Я выхватил пистолет и схватился за ручку двери. К моему удивлению, дверь открылась. Я заглянул в комнату и быстро огляделся. Там никого не было. Две двери вели в другие комнаты, но они были закрыты.
– Ты думаешь, это был выстрел? – тихо спросил Керман.
Я кивнул и быстро вошел в комнату, показав Керману, чтобы тот оставался на месте. Я заглянул в дверь справа. Джаз заглушал все звуки и мешал слушать. Я резко рванул дверь и прижался к стене. Ничего не случилось. Мы оба ждали и прислушивались. До нас донесся запах пороха. Я заглянул в комнату. На полу лежал мужчина. Ноги подвернуты, руки сложены на груди. Пальцы рук в крови. На вид ему было под шестьдесят, и я решил, что это и есть Фридлендер. Я не двигался, зная, что убийца здесь, ему некуда бежать.
Керман вошел в гостиную и встал позади меня. Тяжелый пистолет 45-го калибра казался в его руке игрушкой.
– Выходи! – рявкнул я. – И держи руки над головой!
Раздался выстрел, и над моей головой просвистела пуля.
Дважды выстрелил Керман.
– Тебе не уйти! – я старался говорить, как коп. – Ты окружен!
Но кругом было тихо, никакого движения. Мы ждали, но ничего не происходило.
Я понимал, что скоро появятся копы, но не боялся их: копы Фриско работают профессионально.
Я махнул рукой Керману, чтобы он не двигался, а сам подкрался к окну. В это время Керман снова выстрелил, и под прикрытием этого выстрела я распахнул окно, выглянув наружу. В нескольких футах было окно соседней квартиры. Перебросив ноги через подоконник, я оглянулся. Керман отрицательно покачал головой. Внизу раздался выстрел, и отколовшийся кусочек кирпича ударил мне в лоб. Это было так неожиданно, что я чуть не вывалился в окно. Посмотрев вниз, я увидел высокого копа с пистолетом в руке. Я быстро добрался до соседнего окна и бросился прямо на стекла. Выломав телом раму, упал на пол; тут же где-то рядом раздался грохот выстрела, и в ответ хлопок пистолета Кермана.
Я поднял голову и увидел на кровати знакомую рожу итальянца в голубом костюме и грязной белой рубашке. Черный глазок его пистолета был направлен прямо мне в голову. А на него самого была направлена пушка Кермана. Итальянец посмотрел сначала на меня, потом на Кермана, бросил свой пистолет и молнией метнулся к двери. Керман выстрелил ему вслед, тот проскочил дверь, но тут раздался еще один выстрел, послышался пронзительный женский крик и звук падающего тела.
– Осторожнее, – предупредил я Кермана. – Там коп. Смотри как бы он не пристрелил и тебя.
– А ну-ка выходите! – раздался из-за двери грозный голос.
– Идем, идем! – поспешно ответил я. – Только не стреляйте!
Мы с поднятыми руками вышли в коридор. Там на полу лежал итальянец с дыркой во лбу. Рядом стоял коп – огромный, как каменная глыба. Он изумленно смотрел на нас, не сводя прицела своего пистолета.
– Спокойнее, братец, – проворковал я. – Два трупа тебе уже досталось. Не удваивай их число!
– Мне наплевать, два или четыре, для меня нет никакой разницы. Встаньте-ка к стене, сейчас придет машина.
Мы встали к стене. Ждать пришлось недолго. Вскоре раздался вой сирены и появились копы. Я был рад увидеть среди них начальника отдела Деннингана, с которым несколько раз встречался по делам.
– Хэлло! – он изумленно уставился на меня. – Это ваши похороны, Мэллой?
– Почти, – отозвался я. – Еще один труп там, – кивнул я в сторону комнаты. – Вы можете сказать своему копу, что мы не преступники, а то боюсь, что он шлепнет нас…
Деннинган махнул рукой копу, чтобы тот спрятал пистолет.
– Я поговорю с ним попозже.
Он пошел в комнату взглянуть на Фридлендера.
Глава 24
Мы вернулись в Оркид-сити часов в пять, после долгой беседы с Деннинганом. Он сделал все возможное, чтобы побольше выпытать о нашем деле. Мой рассказ был более или менее правдив. Я рассказал ему, что дочь Фридлендера исчезла пару лет назад. В этом он мог убедиться, связавшись по телетайпу с бюро по розыску пропавших в Оркид-сити. Он спросил, откуда я узнал, что эта девушка – дочь Фридлендера. Я ответил, что узнал ее по описанию в бюро. Высказал предположение, что убитый итальянец, скорее всего, грабитель. Нет, не думаю, что он знаком мне, но все же я где-то его видел.
Деннинган задавал много вопросов. Он явно не верил мне, но мы твердо стояли на своих показаниях. К счастью для нас, было обнаружено, что итальянец взял деньги и кое-что из вещей Фридлендера. И в конце концов Деннинган разрешил нам уехать.
– И все-таки вы обманули меня, – вздохнул он.
Мы вежливо рассмеялись, обменялись рукопожатиями и уехали.
Некоторое время мы молча ехали по улицам Фриско, потом Керман сказал:
– Если он узнает, что этот проклятый итальянец был связан с похищением Стивенса, у тебя будут крупные неприятности.
– Ты прав. Ладно, едем сейчас к Юноне. – Мы молча проехали еще пару миль. – Черт бы побрал это дело! – снова заговорил я. – Кто-то тщательно прячет от нас кота в мешке. Где-то мы ошибаемся. Пока мы ищем только мешок, а не самого кота. Посуди сам, от нас убирают всех свидетелей. Юнона должна знать этого кота. Надо вернуть ей память, и побыстрее.
– Если она что-то знает, то почему они не прикончили ее, а держали в психушке? – спросил Керман.
– Это-то меня и смущает. Остальных обнаруженных нами свидетелей убрали. Это означает, что кто-то в панике, а мы – на верном пути. Но это также означает, что Юноне грозит большая опасность.
– Думаешь, они попытаются убрать и ее?
– Да. Надо переправить ее в надежное место. Может, попросим доктора Манзеля отвезти ее в Лос-Анджелес? Я попрошу у Крюгера пару боксеров для охраны.
Я остановил бьюик у аптеки в Сан-Лукасе.
– Что ты собираешься делать? – удивился Керман.
– Позвоню Пауле. Надо было еще из Фриско позвонить ей.
– Не волнуйся и придержи свое больное воображение, – успокоил меня Джек.
– Не так-то это просто!..
Я направился
