слабым… На их борьбу я не обращал внимания. Потянувшись к комоду, где в верхнем ящике лежали ключи, я с величайшим трудом дотянулся до него кончиками пальцев.
Мне все же мешал шум борьбы за спиной. Я упорно тянулся к ящику, срывая ногти, и, наконец, мне удалось открыть ящик почти на дюйм. Этого было достаточно. Еще один рывок, и я потянул его к себе. Там лежали полотенца, бинты и еще какие-то тряпки. Но главное – в нем был ключ.
У меня за спиной раздался ужасный хрип. Я похолодел. Но ключ уже был у меня в руках, и я снова лег на кровать, сжимая его в руке. Нога сильно болела, но я не обращал на это внимания. Стараясь не смотреть по сторонам, я отпер наручник, сбросил его на пол и встал с постели. Тут меня чуть не стошнило. Хоппер навалился на Квелла и присосался к его горлу. Рот его был в крови. Кровь была повсюду: на теле Квелла, на Хоппере, на полу и даже на стене. Квелл лежал поперек кровати, и в его остекленевших глазах застыл ужас: Хоппер перекусил ему вену.
– Дай мне ключ! – шепотом приказал Хоппер. – Остальные умрут так же.
Я направился к двери. Я грубый парень, далеко не сентиментальный, но сейчас был покрыт липким потом от ужасного зрелища в палате.
– Отдай мне ключ, или я убью тебя! – угрожающе произнес Хоппер и встал на кровати.
Боже мой, какой это был кошмар! Рассказать кому-нибудь – никто не поверит. Я метнулся к двери, он ринулся за мной.
Цепь натянулась, и он упал, бешено пытаясь вырваться из стальных тисков. Кровать застонала, но все же выдержала его порыв. Я выскочил в коридор и закрыл за собой дверь. Прижался к ней спиной и несколько секунд пытался прийти в себя. Мне казалось, что я чувствую на себе клыки этого разъяренного животного. Постепенно я взял себя в руки и прислушался.
В коридоре было тихо и пустынно. Я не спеша подошел к двери и толкнул ее. Она действительно была массивной и обитой резиной. Я нажал ручку и толкнул сильнее, но она даже не пошевельнулась. Ну что ж, я ожидал этого. Но мысль оказаться снова прикованным к постели привела меня в бешенство. Изо всех сил я навалился на дверь…
Бесполезно!
Выхода не было…
Я прошел в другой конец коридора и исследовал решетки на окнах. Их не свернуть даже ломом, которого, кстати, у меня и нет. Следующей моей мыслью было найти хоть какое-то оружие, встать с ним у двери и подкараулить первого же вошедшего.
Я двинулся по коридору. Дверь, которую я толкнул, оказалась незапертой. Там было темно и тихо. Я нащупал выключатель и зажег свет. Очевидно, это была комната Квелла. Маленькая, чистая и опрятная. На стене висит белая униформа. И тут меня осенило: переодеться! Все же это лучше, чем пижама и халат. Одежда была мне маловата, но с этим пришлось смириться.
Следующая комната тоже была не заперта и пуста. На стенке висел портрет девицы в одном ожерелье. Я догадался, что это комната Блэнда. Быстрый обыск, и у меня в руках резиновая дубинка. Отличное оружие!
В шкафу я нашел бутылку виски. Приложился к горлышку и ощутил себя намного увереннее. Сунув бутылку в карман, направился дальше.
Едва открыв дверь, я услышал шаги. Это была сестра, которую я видел утром. Она прошла так близко, что могла бы меня заметить, но она не смотрела по сторонам. Войдя в комнату на другой стороне коридора, она захлопнула за собой дверь. Я ждал. За окном барабанил дождь, и мне совсем не хотелось бить женщину по голове…
Снова появилась медсестра. Она подошла к двери и, прежде чем я успел опомниться, открыла ее и захлопнула за собой. Я решил осмотреть комнату, в которой держали Юнону. Может, она еще там? Я выпил глоток для храбрости, приготовил дубинку и пошел по коридору. У двери остановился и прислушался, но кроме шума ветра ничего не услышал.
Мягко нажал на дверь, и она легко подалась. Комната была точно такая же, как та, в которой недавно находился я сам.
Здесь тоже стояли две кровати. Одна была пуста, на другой лежала девушка. При свете голубой ночной лампы я видел рассыпанные по подушке волосы, глаза, устремленные в потолок. Она была накрыта простыней.
Я пошире открыл дверь, прислонился к косяку, и выжидал: мне не хотелось понапрасну пугать ее. Взгляд ее медленно перешел с потолка на стену и, наконец, остановился на мне. Мы молча разглядывали друг друга.
– Привет! – как можно непринужденнее сказал я.
Она широко открыла глаза.
– Кто вы? – голос был тихий, безразличный.
– Я – нечто вроде детектива и нахожусь здесь для того, чтобы помочь вам вернуться домой.
В глазах у нее мелькнул испуг.
– У меня нет никакой одежды! Всю забрали…
– Я найду что-нибудь… Как вы себя чувствуете?
– Хорошо, – девушка немного успокоилась. – Но я не могу вспомнить, кто я. Мне сказали, что я потеряла память. Мило, не так ли?
– Да, – осторожно сказал я. – А вы хотите домой?
– У меня нет дома. – Она вытащила руку из-под простыни и поправила волосы. – Сестра говорит, что мне здесь лучше, чем там. А вы знаете, где мой дом?
– Да. Поэтому я здесь.
Она на мгновение задумалась.
– Значит, вы знаете, кто я?
– Вас зовут Юнона Фридлендер и вы жили в Сан-Франциско.
– Да? Не помню… Вы уверены?
Я смотрел на ее исколотую руку. Значит, они постоянно впрыскивают ей наркотики, она и сейчас находится под их действием…
– Уверен. Вы можете встать?
– Не думаю, что хочу этого… Больше всего мне хочется спать.
– Хорошо, поспите немного. Потом вам станет лучше, и мы уйдем.
– Я же сказала, что у меня нет одежды. Даже халат остался в ванной. Кто вы?
– Мэллой… Вик Мэллой. Нечто вроде детектива.
Она кивнула.
– Мэллой… Попробую запомнить. У меня стало плохо с памятью, я ничего не могу вспомнить. – Ее губы дрогнули, и она надолго замолчала, потом заговорила как во сне: – Вы знаете, она застрелила его… Я была там. Она взяла ружье и застрелила его. Это было ужасно…
Наступила тишина. Она уснула. Я боялся, что сейчас войдет медсестра и мне придется избавиться от нее. Может, связать ее простыней или еще чем-нибудь?
Я открыл по очереди все ящики. Большинство из них были пусты, в других лежало постельное белье. Одежды не было.
Я подошел к шкафу, открыл его и заглянул внутрь. Там был халат, шлепанцы
