class="p1">– Мистер Мэллой, не так ли? – Она сплюнула косточку и толстыми пальцами отправила в рот очередную сливу.
– Да, – ответил я. – А вы кто?
– Я – миссис Зальцер.
Я должен был и сам сообразить это. Она не могла быть никем иным.
– Я не хочу вас обидеть, – сказал я, – но ответьте мне на один вопрос: вы любите своего мужа?
На ее тупом лице появилось удивление, тут же сменившееся гордостью.
– Доктор Зальцер – прекрасный человек. Во всем мире нет ему подобных!
– Какая жалость, что вы скоро потеряете его!
– Что вы имеете в виду? – она настороженно посмотрела на меня.
– Скоро узнаете! Если вашего мужа не отправят в газовую камеру, то уж двадцать лет ему наверняка дадут. Похищение и убийство как раз столько и потянут.
– Какое убийство?
– Женщина по имени Мэри Дрю была убита по указанию вашего мужа. Меня похитили. Здесь есть еще одна похищенная девушка – Юнона Фридлендер. А потом – есть еще сестра Гарней…
На толстом лице женщины появилась хитрая улыбка.
– Он не имеет отношения к этому делу. Он думает, что Юнона Фридлендер – моя подруга, которая потеряла память.
– А как насчет Мэри Дрю?
Она пожала плечами.
– Несчастный случай. Она требовала денег, и я послала Бенни поговорить с ней, а он оказался слишком грубым.
Я почувствовал, что она говорит правду.
– А сестра Гарней?
– С нею тоже произошел несчастный случай. Она спускалась с пожарной лестницы и оступилась. Я положила ее в машину, но она свернула себе при падении шею. Не знаю почему, но мне кажется, что она очень испугалась меня…
– Что вы с ней сделали?
– Я бросила ее в кусты. Там. – Она махнула рукой в сторону окна. – Там, в пустыне. А что же я еще могла с ней поделать?
Я схватился за голову. Она же сумасшедшая!
– Это вы придумали поместить меня сюда?
– Да. Видите ли, доктор Зальцер не разбирается в психических болезнях, а я разбираюсь. У меня была большая практика. Доктор Зальцер купил это заведение для меня. Он считается главным, но работаю я. Он только числится главным.
– Нет, это не так. Он подписал свидетельство о смерти Макдональда Кросби.
– Вы не правы, – холодно сказала она. – Это я подписала свидетельство. У нас почерк одинаковый.
– Но он считал, что у Дженнет Кросби эндокардит. Так мне сказал доктор Бьюли.
– Доктор Бьюли ошибается. Зальцер случайно оказался в доме Кросби, когда умерла девушка. Доктор Бьюли глухой и старый, он неправильно понял.
– Зачем же его позвали? Почему же не вы подписывали свидетельство о смерти Дженнет, если вы лечили ее?
– Меня не было в то время. Мой муж поступил правильно, позвав доктора Бьюли. Он всегда поступает правильно.
– Прекрасно, – заявил я, – тогда ему лучше выпустить меня отсюда.
– Он считает, что вы опасны, – она усмехнулась. – Да, мистер Мэллой. Вы слишком много знаете. Мне очень жаль, но вам не следовало вмешиваться в эти дела. Боюсь, что вы надолго останетесь здесь, а со временем ваш ум начнет портиться. Видите ли, люди, которые часто употребляют наркотики, становятся слабоумными.
– Значит, меня ждет слабоумие?
Она кивнула.
– Боюсь, что да. Но я не хочу плохо думать о докторе Зальцере. Он прекрасный человек. Поэтому я рассказала вам много больше, чем обычно позволяю себе. Но это не имеет значения – все равно вам отсюда не выбраться.
Она повернулась и собралась уходить.
– Эй, постойте! – крикнул я и сел. – Сколько Мэрилин Кросби платит вам за то, что вы меня здесь держите?
Она равнодушно посмотрела на меня.
– Она не знает об этом. Это не имеет к ней никакого отношения. Я думала, что вы знаете… – И она исчезла, словно привидение.
Глава 20
Из ванной Хоппер вернулся в гораздо лучшем настроении, и за завтраком я его спросил, пытался ли он бежать.
– Мне некуда бежать, – ответил он, пожав плечами. – Кроме того, моя нога всегда прикована к кровати. И все-таки я еще мог бы попытаться, если бы кровать не была прикована к полу.
– А зачем они кровати прикрепляют к полу? – спросил я, намазывая джем на хлеб. – Достаточно и одних наручников…
– Вон там, в верхнем ящике, – таинственно шепнул он, указывая на шкаф у противоположной стены, – они держат запасные ключи от наручников. Это сделано на случай пожара.
Я чуть не подпрыгнул до потолка.
– Что?! Ключи в этом ящике?
– Считается, что никто про это не знает, но я видел, как однажды Блэнд доставал их оттуда, когда потерял свои.
Я прикинул расстояние от своей кровати до шкафа. Если бы меня приковали к кровати ногой, а не рукой, я сумел бы дотянуться рукой до ящика. Но с наручником на запястье это невозможно…
– А почему вы прикованы ногой?
– Сперва они меня тоже приковали за руку, – равнодушно отозвался Хоппер. – Но оказалось, что так мне трудно читать, и Блэнд приладил мне наручник к ноге.
За несколько минут до одиннадцати Блэнд принес в комнату большую вазу с гладиолусами и поставил на стол.
– Неплохо, правда? – он улыбнулся. – Это для посетителей.
Он собрал посуду, унес ее и тут же вернулся. Критически осмотрел нас, заботливо поправил подушку у Хоппера, а мне простыню.
– Теперь все в порядке, – сказал он. – Только, ради бога, не нарушайте порядок. Хочешь книгу? – он обратился ко мне.
– А можно?
– Конечно. Им это тоже нравится. Они любят смотреть на читающих пациентов.
Он вышел из комнаты и вернулся с тяжелым томом, который положил мне на колени.
– Как же я буду управляться с нею одной рукой? – недовольно спросил я.
– Хорошо, что ты мне напомнил, бэби. – Он достал ключ. – Мы обычно убираем наручники, чтобы их не было видно. Чиновники слишком мягкосердечны…
Я наблюдал, как он снял у меня с запястья наручники и прикрепил к лодыжке.
Я едва сдержал свою радость.
– О'кей, бэби, теперь все в порядке. Если они спросят, как с тобой обращаются, скажешь, что все в порядке. Не задавай никаких вопросов, они этого не любят. И тогда после их ухода тебе не придется иметь дело со мной.
В начале двенадцатого в коридоре послышались голоса. Блэнд выпрямился и пригладил волосы. Хоппер усмехнулся и закрыл книгу. В комнату вошли двое. Первым, очевидно, был доктор Зальцер – самый заметный из всех, с гривой седых волос. Его худое лицо было холодным, глубоко посаженные глаза – задумчивыми. По возрасту ему было около 60-ти, но он держался прямо и казался крепким. В глаза бросились его руки: красивые, сильные – руки хирурга… или убийцы?
За ним следовал коронер Лессуэйс. Я узнал его по фотографии,
