скажешь…
Остаток пути проехали молча. Когда подъехали к мельнице, возница слез с телеги и пошёл во двор. Свиридов и Елисей переглянулись. В это время на улицу вышел крупный мужчина.
- Здорово Иппатий, - поздоровался он с мужиком, доставившим Андрея и Елисея.
- Здорово Агафон, - ответил тот. – Вот зерно привёз, перемели.
-А это кто? – спросил мельник Иппатия и показал рукой на сидящих и недоумевающих путников.
- Елисей, а у вас тут все такие бесцеремонные? – спросил Свиридов.
- У нас в Переяславле – нет. Это же столичные жители, они нас за быдло считают.
- Какие же столичные? До Киева ещё далеко.
- Значит не так уж и далеко, или эти себя считают таковыми.
- Интересно, во все времена одно и то же, - «восхитился» Андрей.
- А с другой стороны, с чего бы им церемониться. Они нас не знают, мы пришли, затем ушли из их жизни, зачем мы им. У каждого своих дел невпроворот.
- Умён ты, Елисей, - улыбнулся Свиридов.
- Эй вы, умники, слезайте с телеги, идите сюда, - позвал беседующих мельник.
Друзья повиновались и подошли к Агафону и Иппатию.
- Кто такие? Откуда и куда путь держите? – спросил хозяин мельницы.
- Из Переяславля мы. Я – Елисей, посланник князя переяславского к великому князю киевскому, а этот убогий - Андрейка, прибился ко мне по дороге. В пути напали на меня люди лихие, бился я с ними да не совладал, больно много их было. Ударил меня кто-то по голове сзади, я и лишился чувств. Очнулся, коня, оружие, денег не нашёл, вестимо забрали тати, а энтот рядом сидит и плачет. Откуда только взялся? Вот и бредём теперь до князя, послание передать то надо.
- Чтой-то не похож он на убогого, - кивнул в сторону Андрея Иппатий, - я их ещё на дороге разумел, вороги это, лазутчики литовские али польские. Давай вязать их, да отдадим воеводе.
Андрей мгновенно отскочил в сторону и принял боевую стойку:
- Ну подходите гады, всех порешу! – крикнул он.
- Андрейка, погодь! – закричал Елисей, - не надо, поговорим.
- Да о чём с ними говорить, видишь глаза уже кровью налились, сейчас попрут.
И точно, возница и мельник начали заходить с боков расставив руки и пытаясь схватить путников. Андрей, долго не раздумывая, сблизился с мельником, резонно считая его более сильным противником, чем привёзший их крестьянин. Елисей, следуя примеру товарища, пошёл на сближение с Иппатием. Удары они нанесли одновременно, с той лишь разницей, что Свиридов бил ногой в пах, а гонец - рукой в лицо. От удара в челюсть, возница упал и потерял сознание, мельник же дико заверещал и запрыгал на пятках, о нападении он больше не думал. Елисей оттащил бесчувственного Иппатия к дому и уложил в тени, после чего подошёл к Андрею, тот стоял и смотрел, как подвывает мельник, которому, наверное, до сих пор было больно.
- Не будете трогать честных людей, - констатировал Свиридов.
- Так, где нам взять коней и далеко ли до Киева? – в унисон спросил Елисей.
Мельник сквозь зубы, с ненавистью в глазах ответил:
- Где взять коней не знаю, а до Киева пол дня пути.
Андрей сделал шаг в сторону и выставил ногу. Мимо него с внушительной дубиной в руках, споткнувшись о препятствие, пролетел возница и приземлился рядом с мельником.
- Как ты узнал? – спросил пограничника гонец.
- Солнце у нас за спиной, тени перед нами, да и сопел он громко.
- Ты даёшь! – рассмеялся Елисей.
- Ну, ладно, делать здесь больше нечего, есть просить не будем, а то отравят ещё, но кое-что можно взять с собой, - решил Андрей, - Елисей побудь с ними, а я быстро разведаю, что у этого хозяина можно конфисковать на правое дело.
Свиридов скрылся в доме. Через некоторое время он вышел с седельной сумкой на плече, набитой съестными припасами, на его боку болтался внушительных размеров кожаный кошель.
- Раз есть седельная сума, значит есть и кони, хотя бы один, - улыбнулся посыльный, - где они?
- За мельницей, в сарае, - угрюмо отозвался хозяин.
- Вот и чудно, Елисей запрягай, - распорядился Свиридов.
Через некоторое время, из-за мельницы показался Елисей, ведя в поводу двух отличных коней под седлом.
- Спасибо хозяину радушному за приём, за ласку. И тебе крестьянин спасибо, что подвёз. Теперь последний вопрос: «В какой стороне Киев?», - спросил Елисей.
Агафон и Иппатий дружно ткнули пальцами в одном направлении.
- Коней заберёшь в княжеском подворье, за сохранность денег не отвечаю, может быть, предстоят большие траты в дороге, - рассмеялся Свиридов и легко запрыгнул на скакуна.
Елисей с нетерпением уже ждал товарища сидя верхом. Друзья дружно ударили коней в бока и вылетели со двора. Мельник с возницей так и остались сидеть на раскисшей земле.
Глава 5
Глава 5.
Торкский хан Торет сидел в юрте, вокруг него собрались наиболее приближённые князьки. Обсуждался поход на Русь. Торет был в возбуждённом состоянии и торопил своих полководцев с выступлением. Но те, помня прошлые битвы с русичами, медлили и под разными благовидными предлогами откладывали начало выступления. Торет нервничал и ругал своих опасливых князей:
-Вам только у женщин под юбками сидеть! Где ж это видано, хан требует похода, его верные слуги отказываются. Или вам деньги, невольницы не нужны? Слаба сейчас Русь. Ярослав тем, что поделил её между сыновьями, внёс раздробленность. Бить их надо сейчас, пока они каждый за свой удел трясутся. А то может кровь братская взыграть, и выйдут братья на помощь Всеволоду, тогда не совладаем с русами. Время играет не на нас.
Долго ещё убеждал, молодой и горячий хан своих опытных и стареющих князей и, наконец, убедил. День выступления против Переяславля был назначен.
-----------------------------
Всеволод получил очередное донесение от лазутчика, в нем говорилось о начале выдвижения вражеского войска к границам переяславского княжества. Он вызвал к себе думного мужа:
-Что присоветуешь, Епифан?
-Да что тут советовать, надо готовиться к осаде, авось братья подоспеют. Ведь сам знаешь, в поле торки отличные вои. Их лошадки выносливы, обучены, манёвренность у них лучше, а вот во взятии городов степняки не сильны, нет у них ни подобающей сноровки, ни орудий осадных. Так что разумею, надо народ
