но мое тело тоже нуждалось в тренировке, иначе я совсем потеряю форму. Я быстро выбивалась из сил, с трудом бегала. Я помнила, как трудно мне было, когда пришлось бежать из Мистфела. И потому не хотела еще раз попасть в такую же ситуацию.
Мы вошли в общую зону, где нам предложили на завтрак хлеб с маслом и чай. Мне дали специальный напиток из ландыша, чтобы предотвратить нежелательную беременность. Проигнорировав многозначительный взгляд Кэлума, я допила чай и вернула пустую чашку женщине, которая раздавала их всем желающим.
Мы продолжили свой путь и вскоре добрались до пещеры, где тренировались бойцы. В тот момент, когда мы вошли, взгляды всех присутствующих обратились на меня, и мне стало не по себе. Я знала, что обо мне ходили разговоры после того, как Мелиан поручила мне читать тексты. Поэтому здесь меня не ждали. Во всяком случае, не сейчас, когда моего внимания требовала другая задача.
– Она же не думала, что ты будешь целыми днями сидеть запертая в этой пещере в одиночестве, – проворчал Кэлум, шагавший рядом.
Он понизил голос, и в нем прозвучали язвительные нотки. Ему не нравилось, что Мелиан дала мне такое задание, и еще больше ему не нравилось, что мне придется выполнять его одной, вдали от него.
– Может, и мне стоит упомянуть, что я тоже умею читать на древнем языке. Если перевод этих текстов так важен для нее, то, конечно же, мое время лучше потратить на это, чем на тренировки с ее бойцами.
– Мелиан считает, что нас нужно держать отдельно друг от друга по возможности. И я очень сильно сомневаюсь, что она разрешит нам проводить больше времени вместе, – фыркнула я, пока Кэлум вел меня к центру тренировочного пространства.
Он снял с полки два тренировочных меча и бросил один мне, и я тут же споткнулась, когда попыталась поймать его за рукоять.
Когда Лорис учил меня приемам защиты, у меня недоставало сил поднять его меч, поэтому мы сосредоточились на кинжалах и моем собственном теле, которое тоже могло быть оружием. Деревянный меч для тренировок оказался тяжелым, но не настолько, чтобы у меня заныли руки. А может, это было связано с изменениями, которые произошли во мне после того, как я стала меченой, и возросшая сила превратила меня из человека в нечто большее.
Кэлум поднял свой меч, и глаза у него загорелись в предвкушении момента, когда я нанесу удар. Это ожидание шло вразрез со всеми моими знаниями о том, как вести себя в сражении. Хрупкое телосложение всегда ставило меня в невыгодное положение, и поэтому я никак не могла решиться сделать первый шаг. Я не знала, как драться на мечах, когда мой противник не считает меня неумехой и готов противостоять моим даже минимальным навыкам.
Я покрутила меч в руке, проверяя вес и приспосабливаясь к незнакомому предмету. Мне была ненавистна мысль, что моя первая попытка боя на мечах произойдет на глазах у зрителей, которые будут смотреть на меня, судить меня, оценивать. Но допустить, чтобы они поняли, насколько я беспомощна, я тоже не могла.
Нет. Больше никогда.
– Давай, звезда моя. Покажи им, как ярко ты горишь, – тихо промурлыкал Кэлум.
Он пристально посмотрел на меня, и от него повеяло таким спокойствием, что я приободрилась и отбросила неуверенность. Смысл тренировки заключался не в том, чтобы продемонстрировать имеющиеся у меня навыки. И не в том, чтобы что-то кому-то кроме себя доказывать.
Нет. Смысл был в том, чтобы учиться.
Я нанесла удар, двигаясь так, как двигались мужчины, когда я наблюдала за их тренировками в казармах Мистфела. Кэлум заблокировал его, быстрым взмахом оттолкнув в сторону.
Я снова попыталась ударить, чувствуя себя неловко со слишком длинным оружием в руке и боясь потерять равновесие.
– Запомни, Эстрелла, меч – это продолжение твоего тела. Твой меч – это часть тебя. Не самая важная и даже не единственная, но часть. У тебя внутри есть стержень, Ты умеешь двигаться и умеешь сражаться. Я видел, как ты разоружила двух человек, сама будучи вообще без оружия. Меч – это просто еще один инструмент. Не больше, не меньше. Погрузись мысленно в ситуацию, когда твоей жизни действительно угрожает опасность, – сказал Кэлум.
Я глубоко вдохнула, закрыла глаза и вспомнила обуявший меня ужас в лесу, когда мы наткнулись на Дикую Охоту, и то, как я подняла ветку, чтобы сразиться с ними. И призрачного всадника, которого я пронзила его же собственным оружием. Вспомнила страх, который испытала в пещерах, когда проснулась от острия меча, прижатого к моей груди.
И тогда я двинулась вперед с плавной грацией, которой, как я себя уверяла, у меня вообще не было. Имея маленькое тело, я могла маневрировать в пространстве в более естественным ритме, чем крупный человек. Я ткнула мечом в сторону Кэлума, словно целилась ему в грудь, а потом упала на колени и провернулась на них, пока он пытался блокировать удар, который я на самом деле не планировала.
Плоской стороной деревянного меча я нанесла ему удар по коленной чашечке с такой силой, что его звук эхом разнесся по помещению. Кэлум охнул, и в его голосе послышался смешок, когда я вскочила на ноги и попятилась так же быстро, как и бросилась в атаку.
– Умница, – одобрительно сказал Кэлум голосом, полным восхищения и физического влечения.
– Нет, это действительно ненормально, что тебе так сильно нравится, когда я тебя бью. – Я отступила на шаг назад, когда он медленно подошел ко мне.
Я заставила себя стоять на месте, крепче сжала рукоять меча и приготовилась к нападению, которое должно было неминуемо последовать.
– Если ты смогла ударить меня, то сможешь ударить кого угодно, – произнес Кэлум и сделал быстрый выпад.
Я отклонилась назад, чтобы меч не попал мне в грудь.
– И я жду не дождусь, когда увижу, как ты разишь наших врагов бок о бок со мной.
Он снова направил оружие в мою сторону, чтобы подчеркнуть свои слова, но я быстро взмахнула мечом, чтобы блокировать удар. Кэлум перешел в атаку, нанося удары один за другим, так быстро, что мне оставалось только отражать их. Я едва успевала защищаться, поэтому мне было не до наступления.
– Давай, Эстрелла, – настаивал Кэлум, с раздражением в голосе, призывая меня двигаться быстрее и быть сильнее, чем я была в реальности. – Погрузись в себя и вспыхни.
Изо всех сил я пыталась восстановить самообладание, найти внутри себя то место, где пылало пламя звезды, и умение защищать себя, пыталась погрузиться
