в тот момент, когда я слишком сильно боялась умереть и потому не переживала из-за потенциальной травмы.
Но то, что я обнаружила внутри себя, оказалось не светом, горевшим с яркостью тысяч звезд на ночном небе. То, что я нашла в самом центре своего тела, было обжигающим холодом. Так обжигает ледяная вода морозной зимой. Вода из черного чрева, где меня окружала только чернильная тьма.
Медленно я погрузилась в эту холодную пустоту внутри себя, позволив ей заключить меня в знакомые объятия. Пальцы горели на рукояти меча, когда я оттолкнула оружие Кэлума в сторону, быстро шагнула к нему и подняла ногу, чтобы пнуть его в грудь между атаками.
Я вложила в удар всю силу, на которую была способна, и увидела, как Кэлум отшатнулся. Когда он поймал меня за лодыжку, его лицо осветила улыбка. Он схватил меня так, что подошву ботинка я вжала ему в грудь. Согнув ногу в колене, я навалилась на него всем весом и оттолкнула его еще дальше. Ровно настолько, чтобы высвободить ногу из его хватки и снова обрести устойчивость.
Когда Кэлум потерял равновесие, я поспешила плашмя шлепнуть его мечом по животу, и в этот момент по залу эхом разнесся женский смех. Кэлум прервался и обратил внимание на Мелиан, которая шагала прямо к нам.
– Удивительно и совсем не похоже на мою библиотеку, – сказала она, вздернув подбородок и вызывающе глядя на меня.
Ее губы изогнулись в намеке на удивление, вызванное тем, что я дерзнула бросить ей вызов, как будто она находила меня по-своему забавной.
– Я могу драться. И с моей стороны глупо терять эту способность, посвятив всю себя книгам, к которым я вернусь через час, – они же никуда не денутся, – возразила я.
Дышала я прерывисто, напряжение после боя еще не спало, и я по-прежнему чувствовала тяжесть, вырвавшись из темного пространства внутри и возвращаясь к реальности.
– Я не возражаю против того, чтобы ты занималась здесь физическими упражнениями, Эстрелла. Но для меня важно, чтобы ты продолжала работу с текстами. Твоя ценность не в том, чтобы у нас было еще одно тело, которое наши враги смогут порубить на куски, а в разуме, сохраняющем информацию, которой не хватает большинству из нас.
И, хотя голос ее звучал мягко и успокаивающе, в нем слышался тихий отголосок приказа, будто она не смогла полностью отключить руководителя, но приложила усилия, чтобы не показаться грубой или жестокой.
– Прекрасно. А я-то думала, что моя ценность в том, чтобы раздвигать ноги и отдаваться вашим мужчинам. Во всяком случае, согласно Дженсену, – ответила я, и слова разнеслись по комнате.
Первый вывод, который они сделали о том, какую пользу я могла бы принести, трахаясь с их мужчинами, никуда не денется. Они всегда будут помнить, что хотели пользоваться мною так же, как мужчины пользовались мной всю мою жизнь. И ее оценка не избавит их от этих мыслей.
– С Дженсеном уже разбираются за неподобающее поведение по отношению к тебе. Обещаю тебе, Эстрелла. На тебя не будут давить, чтобы ты стала кем-то, кем не хочешь быть. Только не у нас, – сказала Мелиан, и печаль в ее голосе отозвалась во мне болью.
До сих пор я не могла поверить, что смогу существовать где-то не просто как тело для совокупления или размножения, а как нечто большее. Так уж меня воспитали, и всю жизнь я верила, что меня ждет именно такое будущее.
Я не нашлась что ответить. О своей позиции я заявила. С человеком, который причинил мне беспокойство, обещали разобраться. А больше ничего разумного мне на ум не шло.
– Пойдем, потренируешься со мной, – сказала Мелиан, кивнув в сторону одного из свободных мест.
Я оглянулась на Кэлума и вздрогнула, когда увидела, как он на нее смотрит.
– Думаю, что я и сам вполне способен обучить ее, – сказал он с усмешкой.
Было абсолютно ясно, что разногласия между ними никуда не денутся, даже несмотря на то, что Мелиан встала на нашу сторону в ситуации с Дженсеном. У меня же она вызывала симпатию, мне даже хотелось восхищаться ею. Потому что она руководила сообществом, членами которого были как мужчины, так и женщины.
– Ты сдерживаешься, когда тренируешься с ней. – Мелиан отвела бедро в сторону и скрестила руки на груди, встретившись взглядом с Кэлумом. – Я видела, как ты сразил сразу четверых моих людей. Эстрелла может драться, у нее есть потенциал, и однажды она станет великим воином, если мы научим ее должным образом. Но ты не поможешь ей, если будешь с ней нянчиться. Ее Виникулум защитит ее от Стражи Тумана, если им не удастся заковать ее в железные кандалы. Ей нужно тренироваться, чтобы уметь драться с фейри, а они куда более сильные бойцы, чем ты, – сказала она, протянув мне руку.
Бросив вызов гневу Кэлума, Мелиан оттащила меня от него, и мы переместились на то место, которое она указала раньше. Там нас ждал манекен, сшитый из ткани и набитый соломой. Заостренные уши, торчавшие с обеих сторон головы, не оставляли никаких сомнений относительно того, кого он представлял.
– Ему это не понравится, – пробормотала я, когда мы отошли дальше и Кэлум уже не мог нас услышать.
Плотно сжав губы, я постаралась подавить ухмылку и смешок, которые грозили вырваться на поверхность при взгляде, который Мелиан бросила на меня.
– Как мило, что ты думаешь, будто мне не все равно. Но, если честно, я давно привыкла к тому, что людям что-то не нравится. Такова жизнь руководителя, которому приходится принимать трудные решения, последствия которых могут означать жизнь или смерть, – сказала она, улыбнувшись мне. – Итак, убить фейри можно двумя способами.
Мелиан подошла ко мне сзади, взяла мои руки с мечом в свои и подняла оружие, чтобы постучать тупым краем лезвия по шее манекена.
– Отрубить ему голову или проткнуть сердце железом. Все остальное они могут с легкостью пережить и со временем восстановиться, – объяснила она, прижимая острие меча к тому месту, где на манекене была нарисована мишень.
– Но железо и нас ослабляет, – сказала я, вспоминая кандалы, которые надели мне на шею.
Я и представить себе не могла, как можно постоянно носить нечто подобное на себе, преодолевая тяжелое чувство, которое пронизывает тебя насквозь.
– Железо воздействует на Виникулум так, что он теряет способность нас защищать, – ответила Мелиан, кивая в знак согласия. – У некоторых фейри есть заколдованные мечи, которые их не ослабляют, но таких немного, даже у самих фейри. У нас такой роскоши нет, но ты можешь
