надо, надо! Будем делить, как от дней древних…». Каждый курень предлагал своего кандидата, поэтому выборы часто продолжались очень долго, а иногда заканчивались ссорами. Когда же, наконец, останавливались на самом достойном сечевике, его приглашали на площадь. Выбранный по старинке должен был дважды отказываться от такой чести, а в третий раз дать согласие. Когда же выбранный сопротивлялся и отпрашивался, то вели его силой под руки и говорили: «Иди, иродов сыну, потому что нам тебя надо; ты теперь наш отец, ты будешь у нас паном». На совете кошевой атаман кланялся на 4 стороны, благодаря, под возгласы запорожцев: «Будь, пан, здоровый и гладкий. Дай тебе Бог, лебединый век и журавлиный крик». Каждого кошевого выбирали лишь на год. Славных, самых почитаемых – переизбирали в течение 5 и более лет. Например, Иван Сирко атаманствовал в течение 15, а Петр Калнышевский – в течение 10 лет.
Кошевых атаманов к середине XVII века часто называли гетманами. Во время военных походов власть атамана была фактически неограниченной, но в мирное время важнейшие вопросы военного и политического характера выносили на рассмотрение совета старшин и военного совета. Кошевой атаман имел четко определенные обязанности: открывать военные Рады (Круг), председательствовать на старшинских радах, вступать в дипломатические отношения с иностранными государствами, распределять военную добычу, доходы от пошлин, узаконивать разделение пастбищ, земель и угодий для охоты и рыболовства. Кошевой атаман утверждал выбранного Сечевой Радой кошевого старшину – военного писаря, военного судью, войскового есаула, которые были его ближайшими советниками и помощниками. Назначал паланки и наказного старшину, иногда и военных служащих – военного довбиша, военного переводчика, военного кантаржия, военного канонира и других. Кошевой атаман, выполняя функции верховного судьи, утверждал приговоры, вынесенные кошевым судьей, в том числе и смертные, принимал духовных лиц из Киева и назначал священников в сечевую и паланковые церкви. На время своего отсутствия назначал своего заместителя – наказного атамана.
Внешним признаком власти кошевого атамана была железная булава (иногда тростян). Обиход и жизнь атаманов мало чем отличалась от жизни остальных казаков. Он жил и питался вместе с собратьями. Кошевой имел участок земли, выделенное ему жалование, слуг (джур, своеобразных адъютантов). Кроме отряда атаманов были на Сечи 38 куренных атаманов, выполнявших роль интендантов, они заботились о питании, добыче казаков. Последним кошевым Запорожской Сечи был Петр Калнышевский.
Как тут не вспомнить утверждение Джузеппе Гарибальди, что образовать государство очень тяжело, а создать нацию значительно труднее.
Первые Романовы и Киев
С ростом значения Москвы, еще за два столетия до 1613 года, не уменьшился интерес к Киеву – матери городов русских. Московские цари хотели иметь его в своих владениях вместе с Тверью, Псковом, Новгородом. На западных границах царства уже образовалось мощное Литовско-Руськое княжество, границы которого доходили до Черного моря, а его удельные князья Кориатовичи ставили замки в Каменец-Подольском и Мукачеве.
Начиная с Ивана III, в сношениях московского правительства с Литвой красной нитью проходит стремление возвратить «искони вечной вотчины Киева с уездом и пригородами». Киевскими пригородами считались Житомир, Овруч, Переяслав, Канев, Черкассы, Остер, Чернобыль, Мозырь. Московские бояре считали, что «вся русская земля с Божьей волею от старины, от наших прародителей, наша отчина». А после взятия Казани Иваном IV Грозным летописец выразил желание видеть его «государем на Киев». Когда же польский король Сигизмунд Август запретил братии Печерского монастыря принимать к себе монахов из чужих земель, Иван Грозный, игнорируя это решение, посылал туда с нарочными от себя щедрую милостыню, то есть и тогда Москва старалась не терять влияния на киевские земли. Московские цари и православные иерархи старались привлечь на свою сторону как можно больше единоверцев с западных, киевских земель. На древнюю аристократию, среди которой было немало Рюриковичей и Гедиминовичей, рассчитывать не приходилось, все они по той или иной причине становились католиками, забывая веру предков, обычаи и язык. Им роднее был Краков, нежели Киев.
К царям зачастило украинское духовенство, надеясь получить не столько поддержку в вопросах веры, сколько финансовую, отправляя на северо-восток в составе делегаций писцов и иконописцев, а так как в Московии грамотных не хватало, то их привечали.
Первый из Романовых Михаил Федорович был болезненным юношей, однако процарствовал тридцать два года. Он имел о Киеве весьма приблизительное представление, которое зиждилось более на рассказах священников, побывавших у киевских святынь. Просвещенное духовенство, отправляясь к Гробу Господнему, старалось не миновать Киев – отсюда привозили не только рассказы о святых мощах, но и духовную литературу, иконы, необходимую утварь для проведения церковных служб. Так как основные православные монастыри Востока и Греции находились под мусульманским владычеством, то украинские обители, хоть и испытывали притеснения католической церкви, тем не менее старались сохранить господствующее положение в образовании духовенства и создания церковной литературы и искусства. Неспроста именно на Украину в Острог и Львов бежал от преследований московской «черни» Иван Федоров.
Михаил Федеолвич Романов. Открытка 1913 г.
В 1624 году у царя денежного вспоможения просило Киевское братство, которое спустя два года эту просьбу повторило. А через шесть лет митрополит Иов (Борецкий) через своих посланцев Андрея Борецкого и Павла Князицкого обратился к московскому царю с предложением принять в подданство запорожских казаков. Св. митрополит Петр (Могила) в 1640 году предложил царю организовать в Москве словяно-греческую школу. Но эта заявка была перенесена на более благоприятный срок, она открылась с помощью киевлян лишь через 47 лет. Святой Петр напоминал о себе московскому царю неоднократно, так в 1634 году захотел воссоздать знаменитую Десятинную церковь – после разрушения ее ханом Батыем сохранилось частично всего две стены. Митрополит к ним достроил еще две. Во время работ по расчистке храма были подняты и вскрыты саркофаги равноапостольных святых княгини Ольги и ее внука Владимира. Это было очень тяжелое время. Католическая церковь постоянно осуществляла давление на коренное население украинских земель. Особенно усилились гонения на православных после Брестской унии 1596 года. У них забирали церкви, монастыри, земли. Православным нужны были особо почитаемые в народе святыни. Поэтому митрополит Киевский был несказанно рад, когда в саркофаге были найдены останки святого князя Владимира. Он приказал взять правую руку и голову Крестителя Руси. «Чесную главу» поместил в Софийском соборе, который незадолго до этого отнял у униатов. Правицу, которой св. Владимир крестил Русь, Петр Могила как дар, «достойный его царской милости», в октябре 1639 года послал царю Михаилу Федоровичу. Где сегодня находятся эти реликвии – неизвестно. Последние сведения о них теряются в конце 1930-х годов. Уверен, что их находка сыграет большую роль в духовном обновлении Украины!
Последний Рюрикович и старый ревнитель православия
В Киеве над Подолом и
