Первая половина дня у нас прошла под знаком прогулки, причем многое объяснять пришлось не только мелкой, но и её воспитательнице. Феба погрузилась в стазис сразу после того, как Рим раскатал Ахейский союз и о современных реалиях имела крайне смутное представление. Она, например, не могла взять в толк, почему Священные Дома с настороженностью и легкой опаской относятся к христианской церкви, у неё не укладывался в голове факт существования Министерства чародейных дел, концепция научно-технического прогресса без магии вовсе отторгалась напрочь. Она не разбиралась во множестве бытовых вещей. По уму, ей самой следовало бы найти воспитательницу.
В общем, первую половину дня я отвечал на вопросы. Самые разные, от детских до сложных, можно сказать, концептуальных. Почему европейцы правят миром? Потому что они, во-первых, чрезвычайно умелые организаторы, а во-вторых, невероятные подонки. Нарушить слово и ткнуть друга ножом в спину для них — раз плюнуть. Остальные причины, вроде технического прогресса, вторичны.
После завтрака в «Клевере» мы пошли в магазин, торговавший кистями, красками, глиной для лепки и иным подобным товаром. На Перекрестке всё есть, правда, не для всех. Посторонним не покажут особые краски, с помощью которых можно нарисовать проклятый портрет, убивающий изображенного на нём, или набор инструментов для высекания из дикого камня весьма специфических фигурок, обеспечивающих утерю землей плодородия. Нам, правда, ничего подобного не требовалось, женщины ограничились цветной бумагой, карандашами и какими-то особыми нитями для вышивания.
С Гленом у меня до того состоялся короткий и насыщенный намёками разговор:
— Позвольте выразить соболезнования в связи с кончиной леди Ксантиппы, юный лорд, — поклонился трактирщик. — Жаль, что так вышло с ней.
— Спасибо, Глен. Она покинула нас рано, утешает только, что её кончина была быстрой и безболезненной, — во всяком случае, мы так думаем. — Однако жизнь продолжается и кое-какие перемены неизбежны. Хочу сказать тебе, что в обозримом будущем лорд Лотарь не сможет посещать Перекресток, его внимание целиком сосредоточится на делах поместья.
Глен медленно кивнул.
— Поэтому скажи, сколько он задолжал, я оплачу сделанные им долги. Возможно, тебе известно, должен ли он кому-то ещё?
— Я слышал, у него были какие-то дела с Моррисом, юный лорд. Вряд ли тот захочет рассказывать, какие конкретно.
— Ну, значит, пускай ждет. Года два самое меньшее.
Моррис, надо же. Курительные смеси, «особый» табак и прочая наркота. А я ведь и не подозревал.
Банк, он же цвергский храм, подвергся настолько тщательному осмотру, насколько это возможно за половину часа. На наше общее счастье процесс выбора личного бога-покровителя напоминал интересную экскурсию, которую мы с удовольствием выслушали, я так даже второй раз. Феба выбрала некоего Стнка, не любящего рисковать. Мне кажется, этого божка цверги содрали со Стоящего-в-Красном-Прибое, больно уж описание у них схожее.
Отправив наконец-то обеих женщин, маленькую и большую, домой, я облегченно выдохнул и минут двадцать просидел за столиком, бездумно пялясь на фланирующий по рыночной площади народ. Вроде ничего не делал, а вымотался. Может, учителей нанять? Обычно воспитанием маленьких детей в Домах занимаются вассалы; Черная Вода опять идет своим путём. В нашей ситуации или самому корячиться, или искать одного-двух специалистов, согласных работать с ребенком из рода с весьма неоднозначной репутацией.
Даже не представляю, с чего начинать. Нужна женщина, сильная магичка — иная не сможет находиться в основной части поместья, — согласная принести нужные клятвы, опытная, желательно имевшая прежде дело с нашими сородичами… Если такое сокровище где и есть, то его тщательно прячут и посторонним не показывают. Придётся самому.
К появлению Олбана я окончательно погрузился в умиротворённо-философское состояние, чему немало способствовал хороший кусок говядины, поданный Гленом. Небольшое хамство, конечно, вежливость требовала подождать гостя, но я успел закончить до его прибытия и сидел, потягивал чай. Главный маг Перекрестка выглядел уставшим.
— Подкинули вы нам работенки, юный лорд, — после приветствий уселся за стол Олбан, с удовольствием начав поглощать суп и одновременно рассказывать. — Агентов много, сообщения приходят постоянно, свести их в систему — та ещё задача.
— Уверен, вы найдёте, как использовать полученные сведения.
Если он таким образом намекает на оплату, то обойдётся.
— Безусловно, — согласился маг. — Уже готовимся переносить часть вторичек в соседние регионы. Под Колчестером грань до того ослабла, что число проколов за последний год выросло втрое. Мы решили не рисковать и убираем оттуда порталы — кто его знает, вдруг пространство трескаться начнёт?
— То есть началось год назад?
— Церковники считают так. У нас свой человек в епархиальной администрации работает, он докладную записку епископу краем глаза видел.
— Вот как? В той записке было что-то ещё полезное?
— Только вывод о рукотворности процессов. Они уверены, что ослабление искусственное. Зато от себя готов добавить, что Колчестером проблемы не ограничиваются. Месяц назад в Ньюкасле работала комиссия Министерства во главе с владыкой Силвервайн, проводили ритуал укрепления.
— Владыка заметил нарушение естественного порядка?
— Заметил и даже что-то разгромил, какую-то секту. Скорее всего, уничтожил связующие обелиски. Но в Колчестере ничего подобного нет, ни церковники, ни министерские физических носителей не нашли.
— Тогда в чем смысл? — не понял я. — Без обелисков, одними ритуалами полноценный прорыв Изнанки в реальность не устроить.
— Да, импульс затихнет. Не знаю, — пожал плечами маг, переходя ко второму блюду. — Может, какие-то особенности местности? Колчестер — город старый, ещё римлянами основанный. В нём много кто чаровал.
Хорошая идея. Надо бы проверить.
— Я, пожалуй, съезжу туда. У вас есть список мест прорывов?
— Лучше! — Олбан отвлекся от обеда и потянулся к брошенной на диван сумке. — У меня есть карта с отметками. Как чуял, что пригодится.
Красные точки на чертеже совершенно явно кучковались в историческом центре города.
— Видите, юный лорд? Святоши тоже заметили, — довольно сообщил Олбан. — Говорят, всё обыскали, но так ничего и не нашли. Ценник на недвижимость в тех районах упал чуть ли не до уровня трущоб, дома продают за бесценок.
— Благодарю, мистер Олбан. Теперь у меня есть, с чего начать.
Вовсе не обязательно я найду что-нибудь, но хотя бы своими глазами погляжу на возможное место глобального прорыва. Странно только, что город, расположенный в паре часов езды от столицы, не проверили министерские.
— Проверили и тоже ничего не нашли, — объяснил маг. — К тому же у них случился конфликт с местной епархией, со взаимными обвинениями, так что Министерство больше туда не суется. По-видимому, решили подождать, пока святоши запросят помощи.
— Вряд ли. При угрозе грани Священные Дома обязаны действовать, невзирая на политику смертных. Их подталкивает Закон, сопротивляться ему бессмысленно. Должно быть что-то другое.
— Вам лучше знать, юный лорд.
Учитывая, что в Министерстве полно сородичей, о ситуации они осведомлены. Тогда почему не вмешиваются? Или просто их деятельность не видна? Надо бы с Хреметом обсудить, когда он восстановится.
Сведения от Хилла пришли одновременно со вновь показавшимся призраком.
Глава детективного агентства передал с посыльным толстую пачку документов, в сопроводительном письме указав, что пока готова только первая часть и остальное пришлет позднее. В ответном письме я написал, чтобы он не торопился, потому что мне и того, что уже есть, надолго хватит. Действительно — много информации. Люди Хилла сперли секретный отчет Особого отдела Скотланд-Ярла, посвященный умонастроениям в крупнейших диаспорах Лондона, и добавили к нему своих комментариев. Не хочу знать, как они добывали сведения.
