Читаем без скачивания Джонни Д. Враги общества - Брайан Барроу

Пёрвис увидел, что в зал входит Билли. Она приблизилась к стойке и остановилась между Пёрвисом и пьяным Ларри Стронгом. Пёрвис предложил ей стул. Она отрицательно покачала головой, потом заказала пиво и, наклонившись к Ларри Стронгу, стала ему что-то говорить. Пёрвис напрягал слух, чтобы расслышать, но она говорила очень тихо. Посидев еще примерно минуту, он вышел на улицу. Неподалеку стоял его агент. Пёрвис кивнул ему. Ральф Браун выхватил из-под пальто автомат и ворвался в таверну. Вслед за ним вбежали другие фэбээровцы. Билли и Стронг были арестованы.

Как это ни удивительно, никто не вспомнил про человека, сидевшего в машине напротив. Вместо этого Пёрвис по каким-то одному ему известным причинам (он ничего не написал о них в своих отчетах) взял двоих агентов и пошел осматривать подвал таверны. Только после возвращения оттуда он вдруг задался вопросом: а на чем Билли сюда приехала? «На машине», — ответил кто-то из сотрудников. Сразу несколько агентов кинулись на улицу, но Диллинджер уже ускользнул из-под носа у ФБР — вот уже второй раз за сутки.

Когда через несколько дней Билли привели в суд, чтобы предъявить обвинение, она открыто насмехалась над ФБР перед репортерами. Она утверждала, что Диллинджер был в таверне, когда ее арестовали. «Такое смехотворное заявление я комментировать не собираюсь», — ответил на это Пёрвис.

Да, Диллинджера, разумеется, не было в баре, но Пёрвис слишком поздно сообразил, что он был за рулем машины, которая привезла Билли. Что касается отчетов агентов по этому поводу, то они являют собой настоящие шедевры самооправдания. Двое писали, что хорошо разглядели мужчину в «форде» и что это был точно не Диллинджер. Агент Меткаф, который прошел чуть ли не в нескольких дюймах от Диллинджера, оправдывался тем, «что тротуар в том месте, где стояла машина, был необыкновенно высок, и пришлось бы очень сильно наклониться, чтобы заглянуть в нее».[232]

Арт О'Лири был у себя дома, когда зазвонил телефон. Звонил Диллинджер.

— Фэбээровцы только что забрали Билли, — сказал он.

— Как это случилось?

— Я сидел в машине на углу. Там было слишком много копов вокруг, я не мог ее выручить. Это все эта крыса Ларри Стронг. Где мистер Пикетт? Все еще в Вашингтоне?

— Да, — ответил О'Лири.

— Позвони ему прямо сейчас, пусть он сделает все возможное, чтобы ее отпустили.[233]

Билли Фрешетт в наручниках привезли в Бэнкерс-билдинг. Агенты усадили ее под очень мощной лампой посреди конференц-зала. Всю ночь и весь следующий день они засыпали ее вопросами, но она отказывалась говорить о Диллинджере. Билли просила дать ей поспать, но агенты не разрешали. В какой-то момент секретарша Пёрвиса Дорис Роджерс принесла ей сандвич. Дорис была потрясена увиденным. Семьдесят лет спустя она вспоминала:

— Я вышла оттуда, а потом зашла к Мэлвину и сказала ему: это бесчеловечно!

— А что, по-твоему, мы должны делать? — спросил Пёрвис.

— Вы должны дать ей поспать.

— Где?

— Я отведу ее в дамскую комнату.

Пёрвис согласился. Дорис вернулась в конференц-зал и пригласила Билли следовать за ней.

— Я не могу, — ответила та. — Они мне не разрешают.

— Пойдем, — сказала Дорис.

В дамской комнате был кожаный диван. Дорис дала Билли стакан воды и велела ложиться. Билли заснула. Через час Дорис ее разбудила. Билли умоляла секретаршу не вести ее в конференц-зал и говорила, что все расскажет ей здесь. Но Роджерс ничего не могла поделать. Билли пришлось идти обратно и садиться под слепящую лампу.

«Мне всегда было жалко этих женщин, — говорила Дорис Роджерс в старости. — Обычно у них вся жизнь была разрушена, и им приходилось бегать с бандитами, потому что иначе они не могли прокормиться. И у каждой обязательно был ребенок или двое, и с ними обращались бог знает как… Нет, я вам скажу: Депрессия — это было ужасное время».

В тот же день, когда агенты ФБР рыскали по всей Центральной Индиане в поисках Диллинджера, заместитель директора ФБР Хью Клегг в офисе бюро в Сент-Поле приступил к допросу жены Эдди Грина — Бет. Газеты в Твин-Ситиз вовсю трубили о какой-то таинственной рыжеволосой женщине, арестованной ФБР. Клеггу предстояло убедиться, что Бет Грин не собирается ничего говорить. Не собиралась поначалу, по крайней мере.

Эти двое представляли собой разительный контраст. Клеггу было 35 лет, но выглядел он старше. Это был коротенький и толстенький человек, бывший адвокат из сельских районов штата Миссисипи. В то время он только начинал свою долгую и успешную карьеру в ФБР. Он послужил агентом, но настоящий его талант был бюрократический. Гувер показывал инспекторские отчеты Клегга другим сотрудникам в качестве образца. Клегг был образцовым подхалимом, таких, как он, особенно много появилось вокруг Гувера в последующие годы. Директора он обожал и называл «мой герой». Гувер, со своей стороны, ценил Клегга за преданность и за ту живость, с которой этот южанин общался с вашингтонской элитой. Заместителем директора он был назначен в прошлом году, после того как Гувер получил от вице-президента письмо с пышными похвалами в адрес Клегга. Клегг сопровождал вице-президента в поездке по западному берегу.

Через сорок пять лет Клегг будет вспоминать Бет Грин как единственную понравившуюся ему преступницу из всех, с кем довелось общаться в жизни. Они несколько раз подолгу беседовали, но Грин отказывалась выдать Диллинджера. Во вторник 10 апреля Эдди Грин впал в кому, а на следующий день умер. Он прожил семь дней после фатального ранения. Узнав о его смерти, Бет Грин вдруг стала рассказывать Клеггу все, что знала.[234] Она называла массу имен и мест. Именно от нее ФБР впервые услышало имена всех членов банды Диллинджера: Ван Митер, Томми Кэрролл, некто по кличке Ред (это был Джон Гамильтон), а также страшный маленький человечек Джордж Нельсон по кличке Малыш. Хотя Нельсону было уже 24 года, Бет Грин сказала про него: «такой… пацаненок».

При этом Бет Грин знала не только членов банды Диллинджера. Ее супруг имел дела с Баркерами, и Бет была знакома с ними очень хорошо. Ее показания дополнили уже имеющуюся у ФБР информацию. Бет назвала всех бандитов и всех их подруг, в том числе несовершеннолетнюю «Дульсинею» Карписа — Делорес Делани, которую Бет охарактеризовала как «дурочку тупоумную». От нее же фэбээровцы впервые услышали про Гарри Сойера: про его роль в уголовном мире Сент-Пола и про то, что именно он был наводчиком при похищении Бремера. Бет Грин указала также на таверну Луи Черноцки как на место встреч обеих банд.

Все эти сведения пригодились ФБР не сразу: Гувер просто не располагал таким количеством людей, чтобы немедленно начать раскручивать все ниточки. Силы бюро и так были напряжены до предела: на это указал Натан в телефонном разговоре с Гувером на той же неделе. Гуверу не оставалось ничего, кроме как положиться на Мэлвина Пёрвиса. Сохранилось письмо, которое Гувер написал ему от руки: «Ну, сынок, сожми зубы и добывай мне Диллинджера. И тогда мир будет у наших ног».

XII

СМЕРТЬ В СЕВЕРНЫХ ЛЕСАХ

10 — 23 апреля 1934 года

Диллинджер был потрясен арестом Билли Фрешетт и искал способ ее выручить. Он понимал, что в Бэнкерс-билдинге Билли очень хорошо охраняют, однако, по сообщениям газет, ее скоро должны были перевезти в Сент-Пол, чтобы предъявить обвинение в укрывательстве преступника. И он решил попытаться освободить ее по дороге туда. Предстояла перестрелка, и ему необходимо было раздобыть бронежилеты.

В тот вечер, когда Билли арестовали, Диллинджер доехал до таверны Луиса Черноцки в Фокс-Ривер-гроув и вошел через черный ход. Черноцки поджарил ему бифштекс и выдал бутылку виски. Диллинджер забрал все это и спустился в свою подвальную комнату. У бандитов была договоренность держать связь через таверну Черноцки. На следующий день здесь появились Нельсон с женой и Томми Кэрролл со своей подругой. Еще через день, вечером в среду 11 апреля, появились Ван Митер и Гамильтон с Пэт Черрингтон.[235] Нельзя сказать, что кому-нибудь из бандитов понравилась идея Диллинджера освободить Билли. Но Ван Митер сказал, что знает, где достать бронежилеты.

В пятницу в четверть второго ночи 54-летний полицейский Джадд Питтенджер стоял на перекрестке в городке Варшава (Индиана). Варшава — маленький тихий городок в тридцати милях от Форт-Уэйна, и Питтенджер совершал ночной обход в полусонном состоянии, не ожидая встретить никаких нарушителей порядка, серьезнее бродяг или пьяных хулиганов, которые иногда попадались на улицах в такие часы. Тут позади него послышался звук шагов. Питтенджер обернулся и увидел двоих мужчин в длинных плащах. Они распахнули плащи и наставили на него автоматы. Впоследствии полисмен утверждал, что узнал их: это были Диллинджер и Ван Митер. «Нам нужны бронежилеты, — сказал Диллинджер. — И мы не шутим».