Вертрана с трудом удержалась от смеха. Конор выглядел растерянным и крайне забавным в этот момент. Мужчины!
— Эмбер? Куклу? Только если это кукла-артефакт!
— Кстати, об артефактах… — Лицо Конора сделалось совсем виноватым.
— Что?
— Ничего, ничего… Сейчас это не главное!
Пока они судили да рядили, как задобрить Эми, девочка сумела их удивить. Однажды вечером Вертрана зашла в детскую и увидела Эмбер со спицами в руках и клубком шерсти на коленях. Высунув язык от усердия, она набирала петли под чутким руководством Шейлы.
— О! Ты вяжешь? А что это? Шарфик для папы?
Эми явно собиралась вязать небольшую по размеру вещичку.
— Да нет же! — Эми отвлеклась и спустила петлю, потому и рассердилась. — Это кофточка для братика!
Вертрана так и села. Едва не мимо кресла.
— Что?..
— Внутри тебя. Братик, — с расстановкой, словно беседовала с неразумным младенцем, пояснила Эми. — Или ты не знаешь?
— Знаю… Его зовут Ларан…
Эмбер кинула вязание и побежала обниматься. Верта посадила ее на колени, благо живот пока позволял.
— Я скучаю по нему, — прошептала девчушка. — Спасибо тебе…
Однажды во время завтрака в столовую заглянул дворецкий и доложил, что лорда Ространа дожидается у крыльца какая-то женщина.
— Пусть зайдет!
— Она отказывается. Просит вас спуститься.
Конор поднялся, Верта следом.
— Ты никуда не идешь, — сказал он довольно жестко.
Верта мысленно сделала себе пометку для нового серьезного разговора, но на этот раз послушалась. Вернулся лорд Ростран нескоро. К еде больше не притронулся, смотрел перед собой и комкал салфетку. Вертрана переглянулась с Эмбер.
— Кто это был?
— Клара…
— Клара? Здесь? Зачем она приходила? — взвилась Вертрана. — Надеюсь, ты ее прогнал?
— Нет. Клара рассказала, что прежде деньги на содержание выделял Ларан…
Не договорил, покосившись на Эми, но Верта и так все поняла: теперь Кларе стало не на что жить.
— Да! — ответил он на вопрос, который появился в глазах жены. — Я дал ей денег. И буду давать впредь. Это не оспаривается!
Корн встал, пресекая ссору, но Верта не собиралась ругаться. Странно, но в этот момент она полюбила мужа еще сильнее…
***
— Девушка, милая, садитесь, подвезу! — крикнул молодой бойкий голос над ухом Вертраны, выводя ее из задумчивости. — Для будущей матери — бесплатно. Устала, поди!
С Вертраной поравнялся возница, улыбчивый парнишка. Верта специально оделась просто, чтобы выглядеть как обычная горожанка. Одинокая аристократка притягивала бы ненужные взгляды.
— Нет, благодарю, мне совсем недалеко осталось идти, — отказалась она.
На самом деле недалеко — Институт за углом.
Сегодня они с Мей договорились увидеться с Эйлин. Маленький лорд Ройм вот-вот появится на свет, так что Тео сам привезет жену. Впрочем, он и так практически не покидает Института, с утра до ночи помогая Элли наладить учебный процесс. Зато получает неплохую зарплату. Достаточную, чтобы содержать большую семью.
Конор работал на добровольных началах. Разрабатывал проекты законов, спорил до хрипоты с лордом Геронимом. На первых порах они едва друг друга не убили, а потом ничего, сработались.
После того, как был уничтожен Небесный Алтарь, появилась масса проблем, которые надо было решать в срочном порядке: несколько убийств бывших хозяев, разные юридические тонкости. Вертрана все принимала слишком близко к сердцу, а потом слегла со спазмами. После этого в доме поселились лекари, а Конор, коварный человек, подговорил всех немедленно оставлять разговоры о делах, если в комнату входили Вертрана или Мей, которой волноваться тоже не следовало.
Эйлин сейчас приходилось нелегко. Она очень уставала, под глазами залегли тени, и все-таки юная начальница Института выглядела довольной, как человек, который делает трудное, но важное дело.
Мей и Вертрана старались почаще навещать Элли. Закрывшись в кабинете, подруги смеялись, болтали о пустяках, будто снова превращались в девочек-воспитанниц.
— Для Аланы я уже нашла работу, — делилась Эйлин. — Место неплохое, правда, в провинции. Им нужна магисса, чтобы защищать посевы от вредителей. А Лора меня беспокоит… Недавно я узнала, что она предлагала свои услуги лорду… Ужасно, что наложенную печать снять уже невозможно, мне кажется, это ее подкосило… Ничего, я с ней еще раз поговорю. Мир изменился, она должна это понять.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Ты такая умница! — шептала кругленькая Мей.
— Ах вы мои пузырики! — смеялась Эйлин. — Обещайте навещать меня даже тогда, когда мальчишки родятся! Кстати, когда Эми собирается поступать в Институт?
— Не в следующем году точно. Она рвется, конечно, но еще слишком мала. Да и Конор не налюбуется на дочь. Не согласится отпустить так рано…
Иногда девушки очень осторожно говорили о том, что теперь можно отыскать свои прежние семьи.
— Если ты захочешь узнать, где сейчас твоя мама, Эмбер найдет ее в мгновение ока, — как-то напомнил Корн. — Все, что нужно, — капелька твоей крови.
Вертрана пока не решалась посмотреть в глаза матери, которая, если рассуждать здраво, выкупила ценой жизни дочери благополучие для себя и брата. Верта сама вызвалась, но она была ребенком… Впрочем, Тим тоже ни в чем не виноват.
— Когда-нибудь я обязательно с ней встречусь, — ответила Вертрана мужу. — Но не сейчас…
Дни бежали за днями. Ясные и светлые дни. Только Конор иногда становился чересчур задумчив и смотрел на Верту так, словно хотел ей о чем-то рассказать, но не решался.
Утром, прежде чем выйти из дома, Вертрана прижала его в угол в прямом и переносном смысле слова, пообещав, что воспользуется своим правом свободы, если муж не перестанет темнить.
— Ладно! — сдался он. — Но знай, что без твоего согласия ничего не будет…
— Ты меня начинаешь пугать!
Конор бережно обнял жену.
— Давай-ка присядем, родная…
— Теперь уже по-настоящему боюсь! Говори немедленно!
— Отец уходит в отставку. Он написал впервые за много лет… Предлагает мне занять должность королевского артефактора. Здесь не столько важна сила магии, сколько знания, — быстро проговорил Конор. — Если я соглашусь… Если мы согласимся, это произойдет не раньше, чем Ларану исполнится год. Я… Да нет, глупость, конечно…
Он опустил голову. Вертрана взъерошила ему волосы на затылке.
— Хочешь честно? Ты создан для этой должности! Никто не любит и не знает артефакты так, как ты! Соглашайся!
Лицо Конора просветлело, он прижал к щеке ладонь Верты.
— Ты мой самый главный артефакт!
— Что, такая же древняя? — Верта посмотрела строго, пряча улыбку.
— Такое же сокровище!
…Вертрана вошла в открытые ворота Института, поднялась на крыльцо и только собралась постучать, как дверь распахнулась.
— Ага! Я знала, что это ты! — воскликнула Эйлин. — Почувствовала, что ты идешь!
За ее спиной посмеивалась рыжуля.
— Пирожные и чай нас уже давно ждут, девочки! — провозгласила новая директриса. — За мной! Только осторожно, малышки-чаинки сегодня носятся по лестнице, словно дикие белки!
Она пошла впереди, строго поглядывая на воспитанниц. Те при виде Эйлин переходили на шаг и приседали в поклоне. Но стоило подругам пройти, они снова принимались прыгать и задорно смеяться за их спиной.
— Все изменилось, — тихо, будто не веря себе, произнесла Вертрана. — Мир изменился…
— Мы его изменили, — улыбнулась Элли. — Мы. И не вздумайте говорить, что это не так.
Вертрана, Эйлин и Мей обнялись, соприкоснувшись головами.
— Подруги навсегда! — сказали они хором.
Конец
