году… черт, вот надо было ее спеть… хотя какой из меня певец. О! Надо было нас всех собрать и… а это идея. Если оформить все как следует и… надо будет нашим сказать. Хороший номер, отличная песня со смыслом и не надо будет каждому в течении недели носиться как заяц с выпученными глазами.
— Тра-та-та-таа… та-та… мы трудимся вместе — поддерживает нас Дездемона: — никто один! — у песенки довольно простой и запоминающийся ритм, и слова повторяются, так что даже если ты не знаешь слов — ты можешь присоединиться, а у нас, за исключением меня — каждый певец или певица. Потому я и не удивляюсь, когда единственный куплет подхватывают и мелодия набирает силу.
— Мы трудимся вместе, мы трудимся вместе, никто один! — звучит песня и я вижу, как к нам присоединяется и Кимико, ее низкий, грудной голос вплетается в хор голосов, придавая ему глубину и душевность — никто один! Это песня о том, что никто не будет забыт и оставлен позади, о том, что тому, кто споткнулся — помогут встать, протянут руку и посадят рядом. О том, что каждому будет место за праздничным столом, что никого не обделят, что ты наконец можешь быть спокоен, ведь ты — дома. О том, что мы трудимся вместе, мы сражаемся вместе, мы пьем все вместе — никто один! Я вижу, как блестят слезы в глазах у Кимико, как украдкой вытирает глаза Сора — мечница не может позволить себе такие слабости! Да, это невероятно сладкое чувство — причастности к чему-то большему, на какое-то время позволить себе не задавать вопросов, не искать свои ответы, не планировать, не переживать, а просто довериться чему-то, что больше и сильнее тебя, почувствовать заботу других людей и ответить им тем же…
— Ээ… ребята? — говорит со сцены растерянная ведущая и ее голос ломается: — Что происходит?
Мы поем — уже все вместе, и я вижу, как нам подпевает Накамура-сан, старший оператор, он стянул с головы наушники и наклонил голову, смотря на нас из-за камеры. Шика-сан, прикрываясь своим планшетом — тоже вытягивает и я отчетливо слышу ее голос — мы трудимся вместе, никто — один!
— Мы трудимся вместе, мы трудимся вместе, никто — один! — звучит песня, набирая обороты и становясь все громче. Наконец с места встает Юрико, решительно взмахивает гривой своих черных волосы и проходит на сцену, отбирает микрофон у ведущей (та, надо сказать — не сопротивлялась, только глазами моргала).
— Что будем мы делать? Что будем мы делать семь дней подряд?! — выкрикивает она в микрофон, вытягивая руку вверх и тыча пальцем в потолок: — Что будем мы делать?
— Мы будем работать! Мы будем работать! Семь дней подряд! — отвечаем ей мы: — Мы трудимся вместе! Мы трудимся вместе! Никто — один!
— Никто один! — поет Юрико: — никто один! Только все вместе! — музыки нет, но она нам и не нужна. Да, нехилый фестиваль рока можно было бы сейчас замутить, мощные колонки есть, куча людей умеющих горланить песни тоже есть, большинство из них девушки… нам и выпивки не надо, устроим тут…
— Все-таки Юрико — классная. — твердо говорит Кимико: — В такие моменты я хочу от нее ребенка.
— Да ты подойти и попроси, уверен Юрико не откажет. — говорю я: — У меня правда здоровые сомнения насчет зачатия, но попробовать-то вы можете…
— А потом я вспоминаю, сколько стоит ребенка в школу отправить и это желание пропадает — вздыхает Кимико: — вот стану богатой — с твой помощью, тогда и заведу себе ребенка.
На сцене ведущая наконец отбирает микрофон у Юрико и возмущенно фыркает в него.
— Все! Успокойтесь! — машет она рукой: — сейчас я наконец оглашу результаты голосования!
POV Кисимото Минами, ака Бьянка-сан
— Нууу… по крайней мере это было весело! — говорит Айви, плюхнувшись на заднее сиденье лимузина рядом с Бьянкой: — жаль, конечно, что так вышло, но… интересный парнишка, верно?
— Интересный парнишка? — пробует это слово на язык Бьянка: — Пожалуй можно сказать и так.
— Ага! Значит ты что-то увидела! — ерзает на сиденье, устраиваясь поудобнее Айви: — Ну, говори!
— Ты и сама должна была многое увидеть — отвечает Бьянка. Этот… тип, этот Кента — за какие-то несколько недель он подчинил себе все окружение. Все участники шоу буквально у него с рук едят. Одно то, как он сидит — в окружении своих львиц, мечница по правую руку, гимнастка по левую и AV-идол — за его спиной. Немного позер, конечно, любит пыль в глаза пустить… или скорее — не отказывает себе в маленьких удовольствиях. При этом она не видит признаков негативного воздействия, шантажа, или угроз. Это значит, что он воздействует на своих союзников по белому, что делает такую привязку надежней и долговечней. Вы можете угрожать, шантажировать или платить деньги, но у таких людей не будет лояльности и как только вы не сможете поддерживать уровень угрозы, или у вас кончатся деньги — вас бросят. Как говорил Лето Атрейдес — лояльность нужно заслужить. Даже если ты герцог — чтобы твоя кухарка была верна тебе не за деньги — ты должен заслужить ее лояльность. И Кента это хорошо знает. Люди, которых он подчинил своей воле, индокринировал, зомбировал, вложил в голову свою программу — эти люди верны ему не за страх или деньги. Они верны ему по доброй воле. Что, конечно ужасает.
— Что я увидела? Он просто невероятно социально интегрирован! Всех там знает! Скажи, а ты знала имена операторов на шоу, когда участвовала? — спрашивает Айви и Бьянка сжимает зубы. Ошибка. Она терпеть не могла ошибаться. Кто бы знал, что нужно обращать внимания на этих, одетых в синюю с серым униформу, незаметных как мыши в доме, людей? Что надо узнавать их дни рождения и о здоровье их мамы, детей и о их личной жизни… да кому это вообще может быть интересно?! Зачем? Они живут своей мышиной жизнью, они просто — технический персонал и… это была ошибка. Бьянка знала, что успеха достигает только тот, кто учится на своих ошибках. А чтобы учиться на своих ошибках — надо уметь их признавать. Хотя неохота, но надо.
— Эй, Мак! — поворачивается она к своему оператору, который возится с камерой: —
