class="p1">— Мне срать, что у тебя там происходит, у тебя есть работа, так работай, твою мать! Марко не должен заниматься тем, за что я плачу
тебе! — Гаш ткнул пальцем в сторону Марко, который практически слился со стулом. Хочешь выжить — не привлекай к себе внимание, когда Гаш взбешен, вот так вот все просто.
Я согласно кивнул.
— Понял. Это больше не повторится, — пообещал я.
— Вин говорит, что пару дней назад он завез тебе товар на неделю. Хочу видеть деньги в воскресенье. Не в понедельник. Не во вторник. В чертово воскресенье! Я слежу за тобой, и мне совсем не нравится то, что я вижу, — предупредил Гаш и провел мизинцем по шраму под глазом.
Пару лето тому назад, какой-то обдолбавшийся наркоман пытался пырнуть его ножом. Этот наркоман мертв. А Гаш по-прежнему тут. Все предельно ясно.
Я снова кивнул.
— Ты их получишь, не проблема, — хотя плохо то, что на самом деле это большая проблема.
— Тебя немного потряхивает. С тобой все в порядке? — поинтересовался Гаш, внимательно на меня поглядывая. Он далеко не глуп. Догадываюсь, что он знает, что я качусь по наклонной.
— Это из-за этих транквилизаторов. Тебе нужно что-то, чтобы взбодриться. Попробуй вот эти. Просто соберись. Не хочу, чтобы моим товаром торговал чертов наркоман. Эта твоя зависимость мне ни к чему, — прорычал он, и швырнул мне на колени пакетик с какими-то травами.
Я открыл его и понюхал содержимое. Что это такое? Пахнет не как травка. Может это какие-то сильные галюценогены.
— Это травяной чай, придурок. Гинко билоба и немного женьшеня. Обеспечивает хороший приток крови к мозгу. Вали домой и завари себе чашку чая.
Мне хотелось рассмеяться над иронией ситуации. Гаш — самый крупный наркодилер по эту сторону Нью-Йорка, предложил мне пакетик с травяным чаем.
Я рискнул бросить взгляд на Марко, который жевал внутреннюю сторону щеки, стараясь не рассмеяться над боссом, распространяющим чертов травяной чай.
— Конечно, звучит отлично, — смиренно сказал я и засунул пакетик в карман.
Гаш снова ткнул пальцем в мою сторону.
— Я серьезно, на этих выходных я даю тебе шанс показать мне, что ты все еще способен справляться со своей задачей. На следующей неделе прибудет партия товара из Мексики, и все мы сможем заработать целую пропасть денег, но я должен быть уверен, что ты знаешь, что я хочу, чтобы ты делал.
Мы с Марко встали.
— Ты все получишь, Гаш, — пообещал я.
— И выпей этого чая, — напомнил босс, когда мы уже были в дверях. Я похлопал по карману, давая понять, что так и сделаю.
Оказавшись на парковке, я вытер пот со лба. Мне надо домой. Мне надо привести себя в чувства. И к черту этот чай.
— Легко отделался, Макс. Тебе лучше слушаться Гаша, — начал читать нотации Марко.
Я закатил глаза; мне осточертело слушать одну и ту же ерунду.
Только после того, как я добрался до дома и принял еще несколько таблеток, я вспомнил про Обри. Перед тем как вырубиться, я задался вопросом, приходила она или нет. Может быть, мне следовало позвонить ей. Объяснить, что произошло.
Но тут таблетки начали действовать и под кайфом я напрочь забыл об Обри.
Я обо всем забыл.
Глава 24
Обри
Я зла.
Нет, я в ярости.
Прошлой ночью я ездила к квартире Макса и стучалась в дверь. Он не открыл. Поэтому мне пришлось ждать его на улице. На морозе. Не один час!
А он так и не появился.
Я пыталась до него дозвониться, но звонок сразу перенаправлялся на голосовую почту. Меня так и подмывало звонить ему снова и снова, но мне удалось совладать с этим порывом.
А сейчас я не только пребываю в ярости, мне не просто больно, на самом деле я готова нанести телесные повреждения в следующий раз, как увижу его.
Нашим отношениям всего пара недель, но мы уже успели все испортить. Какие шансы могут быть у наших отношений, если я увязла в своих сомнениях и настороженности? Я понимаю, что когда Макс не со мной, он скорее всего занят чем-то, что разобьет мне сердце.
Я знала, что ему нельзя верить.
Но он не с другой девушкой. Нет, все свое время он уделяет крошечным белым таблеткам, которые так любит.
Я вышла из корпуса психологии и натянула капюшон на голову. Пока шли лекции, на улице начался снег, и мне хотелось оценить установившееся белое безмолвие. Но у меня не получалось — я была слишком взвинчена.
— Обри!
Резко подняв голову, я вижу, что через весь двор ко мне спешит Макс с сумкой на плече. От снега волосы намокли и некоторые пряди прилипли ко лбу. На лице у него сияет широченная улыбка, пока он торопливо идет ко мне. Я надеялась уйти с кампуса, не встретившись с ним. Но мне следовало догадаться. Меня смущает, что он так хорошо изучил мое расписание.
Если взглянуть на него сейчас, то он ничем не отличается от любого другого студента колледжа. Но я-то знаю, что скрывается под оболочкой… за красивым лицом прячется уродливая тьма.
Я подумывала проигнорировать его и просто уйти, но поняла, что он просто пойдет следом за мной. А я не собираюсь бегать от него по всему кампусу.
Поэтому я остановилась и ждала, пока он не подойдет ко мне.
Он потянулся вперед, намереваясь взять меня за руку, но я отпрянула прежде, чем он коснулся меня.
Макс поморщился.
— Верно, я и забыл, где мы. Прости, — извинился он, а затем на его лице снова засияла улыбка, еще более яркая, чем предыдущая.
— У тебя сегодня еще есть занятия? — спросил он, подстроившись под мой шаг.
Я не стала отвечать: не могу общаться, когда раздражена и расстроена.
Когда тишина затягивается, улыбка Макса увядает, и он хмурится. Схватив за руку, он останавливает меня.
— Что не так? — озадаченно спрашивает он.
— Я ждала тебя вчера весь вечер, — прищурившись, холодно поясняю я.
Макс опускает голову.
— Верно. Я знал, что ты придешь. Прости, — снова извиняется он. Он поднимает голову, чтобы взглянуть на меня, на его лице выражением, умоляющее меня простить его.
— Где ты был? — спрашиваю я, давая волю раздражению.
— Зашел Марко. Нам нужно было ненадолго отъехать, — отвечает
